Олег Таругин - Товарищи офицеры. Смерть Гудериану!
- Название:Товарищи офицеры. Смерть Гудериану!
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент «ИП Махров»3e12e4af-66f2-11e3-b1c9-0025905a069a
- Год:2015
- Город:Москва
- ISBN:978-5-699-53715-0
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Олег Таругин - Товарищи офицеры. Смерть Гудериану! краткое содержание
Самый необычный «попаданец» на Великую Отечественную! Георгиевский кавалер становится Героем Советского Союза. Белый офицер поднимает красноармейцев в атаку «За Родину! За Сталина!».
Еще вчера он дрался против «комиссаров» в охваченном Гражданской войной Крыму, а сегодня принимает бой против еще более страшного врага – гитлеровского Вермахта и войск СС. Перенесенный в 1941 год, готов ли поручик Дроздовского полка жертвовать жизнью за ненавистный СССР? Изменит ли прежнее отношение к «краснопузой сволочи», встав плечом к плечу с бойцами Красной Армии против «коричневой чумы»? Сможет ли сделать самый трудный выбор в жизни и ради спасения Родины поступиться былыми принципами? Сорвет ли вместе с товарищем из будущего немецкий Блицкриг, убив Гота и Гудериана? И будут ли красноармейцы идти на смерть под белогвардейский марш:
Смело мы в бой пойдем за Русь Единую
И как один умрем за Неделимую!
Товарищи офицеры. Смерть Гудериану! - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Так вот, пойми главное: все, что произошло, во многом просто немыслимое совпадение, череда случайностей, приведшая к такому, – я покрутил в воздухе кистью правой руки, – неожиданному результату. Да, атака на твою батарею была заранее спланирована и блестяще проведена немцами, но в чем тут твоя вина? Вот ответь, в чем? В том, что ты, как настоящий советский человек и красный командир, решил не отсиживаться в тылу, не прятаться, прости за резкие слова, за спиной товарища Сталина, а воевать? Нет в этом твоей вины и быть не может! Согласен?
Джугашвили, по-прежнему глядя в землю перед собой, лишь коротко дернул плечами. Вот же упрямец! Ну ладно, слушай дальше:
– Отлично, будем считать, согласен. Теперь насчет нападения на колонну Гудериана – даю тебе слово, мы даже понятия не имели, кто именно в ней едет. Вчерашней ночью мы с лейтенантом хотели просто добраться до расположения батареи, чтобы убедиться, что ты не попал в плен. Или освободить, если это уже произошло. Когда выяснилось, что мы опоздали, на обратном пути напоролись на немцев, при допросе которых и узнали, что перед рассветом по дороге проедет некий большой начальник. Дальше, полагаю, понятно? Хоть мы и провалили основное задание, никак не могли упустить шанс нанести противнику урон, тем более что и бойцы, и оружие с боеприпасами имелись. Вот и решили устроить засаду. Так что, как видишь, и здесь твоей вины нет. Или снова не согласен?
– Но сейчас-то снова погибли бойцы… – Покрасневшие от усталости глаза старлея глядели на меня в упор. Взгляд был тяжелым, подавленным, но где-то в глубине уже мелькала искорка робкой надежды. – И лейтенант Якунов. Да и тебя вон тоже ранили.
Ага, отлично, Яша принял-таки навязанный стиль общения, тоже обратившись ко мне на «ты». Уже прогресс.
– Ну, тут-то уж совсем просто! – широко улыбнувшись, ободряюще сжал его плечо. – Мы все – и бойцы, и лейтенант с сержантом, и ты, и даже вон Валюша, – я шутливо кивнул в сторону санинструкторши, – просто спасаем свои жизни, как ни банально это звучит. И возвращаемся к своим, чтобы затем снова бить врага везде, где он только появится. Вот и вся моя философия. И как бы вы, товарищ старший лейтенант, ни спорили, нет в этой самой философии места для вашей вины. Поди, когда тому эсэсману пулеметным прикладом полбашки снесли, никакими комплексами вины не маялись?
Джугашвили робко улыбнулся – едва ли не впервые с момента нашего знакомства.
– Так что хватит переживать, нам еще фрица до Берлина гнать, да Гитлера на фонаре вешать. Вот там за всех наших павших и сочтемся. И вот еще что…
Отстегнув тугую пуговицу, я снял с пояса почти пустую флягу погибшего танкиста:
– Давай помянем погибших да станем собираться. Этих мы перебили, да не ровен час еще кто к нам прилепится. До утра мы, кровь из носу, должны до наших дотопать…
Подошедший поручик, узнав, за что пьем, понимающе кивнул и тоже сделал глоток. С минуту помолчали, вспоминая павшего товарища – шебутной, но искренний и немного наивный Серега, так уж вышло, оказался первым, кто повстречался нам в этом времени, и мы уже успели к нему привязаться. И от этого на душе становилось еще тяжелее.
Вернув мне фляжку, Гурский сообщил:
– Собираемся, мужики, нужно уходить. Один из немцев был еще жив, когда мы его нашли, так что удалось задать пару вопросов, прежде чем помер. Их группа, к счастью, была единственной, но кроме них следом за нами бросили еще фельджандармов и пехоту. Правда, если он не соврал, в этом квадрате их нет, но засиживаться на одном месте все равно опасно. Кстати, собака у них действительно была, тут ты угадал. Подорвалась на наших минах вместе с проводником и еще двумя эсэсовцами. Виталий, как твоя рана? – Вопрос, разумеется, был с подтекстом, понятным только нам двоим, но не отвечать же прямо, что, мол, пустяки, через часок окончательно зарастет?
– Нормально, командир. – Я незаметно подмигнул Гурскому. – Вообще не болит. Да и какая там рана, так, тьфу, глубокая царапина. Валюша меня перевязала, так что до свадьбы заживет.
– Добро, тогда я к бойцам пойду, а вы с товарищем лейтенантом пленных развяжите, пусть немного кровь разгонят перед дорогой, засиделись, поди.
Увидев, как я подхожу к ним со свежеперевязанной рукой, в покрытой темными пятнами подсохшей крови гимнастерке и с трофейным штыком на поясе (заточку эсэсовского «хынжала» я собственной кожей оценил еще во время драки, так что после боя немедленно прибрал его к рукам вместе с ножнами), немцы заметно напряглись, чисто интуитивно подтянув в подсознательном защитном жесте поближе к животу согнутые в коленях ноги. Ну, понятно, решили, что я решил отомстить за погибшего товарища. Или их выражение моего лица напугало? Похоже, правильно мне жена говорит, что я за собственными эмоциями следить не умею…
Наклонившись над сжавшимся Лунге, освободил тому стянутые ремнем кисти, кивнув на ноги: мол, самообслуживание, херр полковник. Разомкнув следом наручники на запястьях фон Тома, убрал браслеты в карман – нужный девайс, вдруг еще разок пригодится – и отошел в сторону, наблюдая, как фон-бароны, неумело орудуя затекшими руками, освобождают стреноженные нижние конечности.
– Danke… – пробормотал генерал-майор, не глядя мне в глаза. Судя по покрасневшим ушам, фрицу было слегка стыдно за предположение о моей кровожадности.
– Битте шён, – буркнул я, использовав еще одно из знакомых мне из просмотренных фильмов «про войну» немецких слов. И, припомнив любимую детскую книжку про четырех отважных танкистов и собаку, не удержался и выдал:
– Гиб мир зи, битте, дизен фрош! [20]
– Was?! – на округлившего глаза сверх всякой меры фон Тома было жалко смотреть, и я с трудом сдержал готовое вырваться «капуста, квас», просто указал рукой на сидор с шифровальной машинкой, развернулся и потопал прочь.
Гордый зараза оберст так и промолчал, не опустившись до выражения благодарности грязной русской свинье. Вот же гад неблагодарный! Ну и ладно, сам виноват, значит, тебе первому груз и тащить. И парочку пулеметных лент в придачу, ибо, как говорится, не фиг…
Лишнее оружие, которого после боя у нас оказалось в избытке, с собой решили не тащить: закинув в чащу затворы, притопили вместе с патронами в небольшом бочажке, предварительно наполнив фляги свежей водой. Теперь все бойцы были вооружены исключительно автоматическим оружием. Правда, патронов к такому количеству «МП-40» оказалось не столь уж и много, меньше, чем по три магазина на ствол, но зато и скорострельность значительно возросла. Как там это называется, «масса залпа», что ли? Или это только у артиллеристов? Нужно будет у Феклистова поинтересоваться, так сказать, ради общей эрудиции.
Несмотря на сократившийся количественно отряд, поручик все-таки решил взять с собой оба пулемета, столь успешно служившие нам в последних боях, благо патронов к ним оставалось еще изрядно. Причем на одном из них мы даже сменили, изрядно повозившись, ствол на менее изношенный, сняв его с эсэсовского, пришедшего в полную непригодность после того, как ему покорежило пулей затворную коробку и расщепило приклад. Насчет замены – это уж я дотумкал перед самым выходом, припомнив, что именно возможность быстрой смены перегретого ствола считалась одним из главных плюсов «МГ-34».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: