Олег Чеснаков - Амперсанд

– Митя, заводи! – Его голос от страха ломался.

Старенький движок завелся и закряхтел с первого раза, на удивление, а не как всегда. Охранник, сидевший рядом с ним, дотянулся до открывающей ручки двери, отдернул и попытался спокойно, чтобы не тревожить экипаж, сказать. Лишние эмоции здесь были ни к чему:

– Садись скорее. – Но она будто не слышала. Или материнский инстинкт брал верх или страх, но двинуться Надя, и прям, не могла.

Непробиваемый её женскими чарами крепкий мужчина спрыгнул с крыши и одним движением рук толкнул, но почти закинул, худенькую блондинку в кабину, а после запрыгнул и сам. Пассажирское место было рассчитано на двоих человек, а сейчас там сидели трое, пришлось тесниться. Одному водителю было комфортно. Если это слово подходит в сложившейся ситуации. Запахло мочой.

Машина рывком тронулась с места. Экипаж стал волноваться только тогда, когда на кочках начало сильно трясти. Видно, иного выхода просто не было, но Леру оставили умирать.

***

Как реагировать на произошедшее Лера не знала, она продолжала бежать вслед пыли, что оставила «Газель». Выхлопные газы закрыли весь обзор, и не давали дышать. Сначала девочка кашлянула, пытаясь выдавить из тела этот едкий дым, а потом споткнулась о камень и упала.

Из-за черно-серого облака, которое теперь будто укрывало малышку, не было видно даже земли, но то, что на тебя накинулись три тела, можно было и просто почувствовать.

Как дикие собаки, замученные голодом, краснокожие монстры, борясь уже друг с другом, пытались урвать себе кусок побольше. Из-за этого становилось еще страшнее. Встать Лера просто побоялась.

Вот один уже прыгает на неё, кажется, вот-вот заберет сытный кусочек, и от девочки останется лишь пятно крови, на уже травянистом асфальте, если и его монстры не захотят слизать или обмазать молодой кровью свои тела, и он улыбается. В самые страшные для нас моменты, время будто замедляется, дав страху шанс поиздеваться над тобой подольше. И это, правда, было страшно. Ты понимаешь, что через секунду умрешь, это само по себе вызывает страх, а когда причина твоей смерти летит на тебя и улыбается с дикими неживыми глазами. Вот тогда ты понимаешь, что стоит бояться смерти.

Но тут Лериного убийцу сбивает другой, с одной стороны, еще более страшный монстр. Так и не могли они добраться до цели.

А когда дым почти рассеялся, стало видно, что приближается извне, из мира за облаком выхлопных газов – это был вожак стаи. Лера смогла понять это по его размерам. Хоть он и был тощим, но при росте чуть более двух метров, это выглядело немного не пропорционально. Еще его выдавала одежда, а если точнее – её остатки. Другие монстры её не носили. Прикрывали их половые различия только огромные слои крови и грязи.

Он медленно и почти бесшумно подошел к трем краснокожим, которые вели себя как звери, и почти превратились в них, сражаясь друг с другом за больший кусок молодого мяса. Было страшно от одного вида. Эти существа были готовы рвать кожу друг с друга и самих себя, дабы показать, что другим добыча не достанется. Пока не прозвучал рык.

Сравнить этот рык с чем-то другим было очень сложно. Что-то между воем волка на луну и рычанием льва. При произведении такого боевого клича вожак закинул голову верх и вертел ею во все стороны. Обнажив свои уже не ногти, а когти, он напряг все тело для нужного эффекта.

Монстры около девочки, как испуганные псы, на четвереньках, скуля, поползли за спину главаря. За ним собралось уже около сорока краснокожих, а может даже и больше. Лера боялась как-то двинуться и просто подать сигнал, что побежит. Это было бесполезно, все равно схватят. Боязливо было пустить даже слезу. Она просто ждала, что будет дальше. И честного говоря, другого выбора у неё и не было.

Вожак стаи приблизился к малышке и стал на одно колено. От него пахло гнилью и сыростью. Как будто он был мертвым. Холодный и гнилой. Представьте, что чувствует девочка? двухметровый, тощий труп подошел к вам. Он провел внешней стороной ладони по её волосам, поправляя их там, где нужно. Лера не смогла сдержаться, хоть даже и прикусывала губы, начала плакать от страха. И издавала сдавленный скулеж.

Один из монстров заговорил с вожаком на непонятном Лере языке. Скорее это был даже не язык, а конкурс «кто кого пере рычит». Остальные краснокожие подхватили. Казалось, будто они говорят главарю, что пора устроить пир, где главным блюдом станет семилетняя, пухлощекая девочка.

Наконец убрав грязную, пахнущую гнилью когтистую руку он прорычал в ответ. Это было похоже на «нет» или «молчать». И тогда он сказал уже на человеческом языке.

– Она приведет к ним. – Ему сложно было говорить, но удивительно, что даже такие монстры могут понять, что лучше подождать и получить больше, в этом случае мяса, чем съесть маленькую девочку сейчас.

Лера оперлась о локоть и попыталась встать. Слова монстра она пропустила мимо ушей, сейчас это было не главное, это было не нужно слушать и думать об этом. Главный монстр, увидев это, сделал шаг назад. Девочка испугалась и приготовилась к худшему, но разве можно быть готовым к смерти? И он рыкнул на неё, как рычит бродячая собака перед атакой, если вы проявите к ней агрессию.

От страха девочка спотыкалась на каждом шагу, но уже бежала. Бежала без оглядки, без мысли о том, что её могут догнать. Сейчас малышка хотела быть как можно дальше от них, от монстров, от запаха гнили, который её окружал, от этого заманчивого красного цвета.

***

Спустя пару минут Лера была уже далеко. Не знала она, есть ли еще монстры за её спиной. Пытаются ли они догнать. А может на самом деле её уже разорвали на части? Сил бежать уже почти не осталось, и тут появилось здание, которое даже не окружал забор. Наверное, это выглядело странно, но еще удивительнее выглядела огромная дыра в стене. Несмотря на это, здание еще чудом держалось. Над главным входом боком висела, наполовину укутанная пылью и грязью, табличка «…СОШ №5». Наверное, раньше это была школа.

Дверь открылась с диким воющим скрипом. Плитка в холле сохранилась лучше, чем все остальное здание. В некоторых местах можно было увидеть даже свое отражение. Но малышка побоялась посмотреть на себя. Боялась даже вида глаз, которые будут пристально смотреть на неё. Она села на покалеченную временем лавку холла, точнее на одну дощечку, что осталась от неё, сомкнула в руках ноги, уперлась головой в колени и начала плакать. Пыталась тихо, но эхо даже шепот разнесло по всему холлу. Она плакала от безысходности. О чем можно думать, когда даже самым близким людям нельзя доверять? Когда тебя оставляют наедине с загнивающим миром, где ты в любой момент можешь стать обедом для прохожего. А может это не самое худшее? Малышка не замечала, пока убегала от монстров, что даже на стенах школы есть кровавые следы, будто тени людей. Что все это значит?