Виктор Мар - Последний is человек
- Название:Последний is человек
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2021
- ISBN:978-5-532-98121-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Виктор Мар - Последний is человек краткое содержание
Последний is человек - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Конечно, был и один плюс, бутылку-линзу возле глаз, в отсутствии гравитации, можно было удерживать совсем без помощи рук, только наморщив носик, но этот фактор погоды не делал.
И всё же Алекса нашла выход из положения. И совсем не потому, что она была самой умной, самой ловкой, самой сильной и вообще, самой-самой с самого детства. Алекса была на голову круче всех везде и всюду: во всех организациях, во всех коллективах, будь то спортивные секции, образовательные КОЛИБРИУМЫ 17 17 КОЛИБРИУМ – образовательное учреждение.
или даже вокальные студии. Но в этот раз её беспредельная крутость была не причём, ей просто повезло. Когда Алекса укладывала на место гравитационный палас, она случайно положила его обратной стороной наверх. После включения выяснилось, что и в таком положении он прекрасно работает. Тогда Алекса решила наносить изображения на тыльной стороне включённого гравитационного паласа. И работа пошла. Хотя бутылку, используемую в качестве линзы, приходилось держать рукой.
В первый день в карцер был отправлен всего один человек. Это был православный епископ, кажется, с Кипра. Наказание он получил не за споры, а за то, что он нес с трибуны. При этом, все три предупреждения вынес ему сам понтифик, так как гвардейцы, учитывая высокий церковный сан киприота, не решались его остановить.
Епископ вылез на трибуну одним из первых и понес апокалиптическую чушь, ссылаясь то на библейскую саранчу, то на фантастов ХХ века… Короче, по его мнению, не хрен дёргаться, нужно молиться и в муках принять Божью «милость». Пока его стаскивали с кафедры, наверное, каждый из присутствующих сожалел о том, что карцер киприоту светит всего на сутки.
В первый день работали недолго. Через пять, максимум шесть часов выступления прекратили. Всех чудно накормили и развели по номерам, извиняюсь, по кельям. Хотя в большинстве отелей, где мне выдавалось останавливаться, номера, в сравнении с этими кельями, выглядели захудалыми сараями.
Второй день начался с драки. Два научных противника, которые до этого дискутировали только в прессе, находясь по разные стороны Атлантики, на сей раз вцепились друг другу в глотки, и при помощи кулаков, ногтей и зубов смогли в непосредственной близости отстаивать свою сугубо научную точку зрения.
Тому удавалось прикидываться немым и уходить от вопросов ещё несколько дней. Он понимал, что в случае разоблачения, карцер на год будет сравним с манной небесной. Но дело уже было не в боязни разоблачения. Том втянулся в происходящее и старался не пропустить ни одного доклада, ни одной мысли. Можно сказать, что он ловил каждое слово, даже каждую букву, будь то выступление докладчика или прения. Несмотря на абсурдность большинства выдвигаемых мнений и теорий, общая картина вырисовывалась вполне понятной. Конечно, как победить ужасный вирус, который оказался вовсе и не вирусом, а какой-то инопланетной спермой, было ещё не понятно, но собравшийся коллоквиум начал работать продуктивно. Бывшие противники начинали, как говорится, дудеть в унисон. На совершенно абсуодную теорию одного нанизывалась ещё более фантастическая трактовка другого, а дальше третьего, четвёртого… В результате, в конце цепочки, состоящей из полного научного и околонаучно бреда, вырисовывалась ясная, обоснованная и всем очевидная теория.
Такие метаморфозы очень забавляли и увлекали Тома. Он часто был так увлечён, что начинал азартно выкрикивать либо браво, либо какие-то замечания и уточнения. Выкрикнув, Том осекался от собственного голоса, озирался, но каждый раз оставался нерассекреченным. Все вокруг были так же увлечены процессом, что до Тома и его ложной немоты никому не было никакого дела. Конечно, так не могло продолжаться вечно. В конце четвёртого дня, Том так увлекся, что не заметил, как выскочил прямо к кафедре, для того чтобы лично задать уточняющий вопрос докладчику. Тот был с Мадагаскара, говорил без переводчика, но не очень хорошо и с сильным акцентом. Из-за двоякого понимания его мадагаскарского английского поднялся шум, и Том рванулся к кафедре. Он даже не успел задать вопрос докладчику, как его за плечо взяла и остановила огромная сильная рука. Том тут же ощутил себя нашкодившим школяром и виновато повернулся. Перед ним стоял огромный гвардеец-швейцарец и пристально глядел Тому в глаза.
Глава 3
Алекса зависла над исписанным от и до паласом. Зависла в двух смыслах этого слова. Во-первых, в прямом смысле, отключив гравитацию, и в образном, она никак не могла понять, что могут означать эти каракули.
Алекса изогнулась, резко перевернулась и занырнула в ботинки. Крепёжки затянулись, создав вместе с гравитатором приятное урчание. Алекса перевернула палас в правильное состояние и, пока шла до кабеля включения, подумала, что гравитаторы обуви делают ходьбу похожей на ходьбу в коньках без чехлов по асфальту. Алекса усмехнулась, она только что смотрела это видео, где она, ещё малышка, выбежала со льда к папе. И никак не могла понять, чему он не рад и почему ругается, и машет на своего любимого птенчика руками. Да, изменилось в мире многое, но коньки, как и прежде, были железными, а асфальт асфальтовым, извините за тафтологию.
Алекса подключила гравитационный палас, разблокировала двери и уселась смотреть своё хоум видео, без всяких расшифровок.
В дверь постучали, Алекса встрепенулась.
– Да, кто там?
На капсуле никто никогда не стучал. Для любой комуникауии использовалась ласта.
Дверь сдвинулась, в комнату осторожно вошла Унь.
– Подруга, у тебя все в порядке?
– Все ОК, а ты чего скребёшься?
– Детка, у тебя отключены все коммуникаторы, и датчики хампа тебя не фиксируют. По приборам тебя либо нет, либо ты того…
– Что того?
– Совсем того…
Девушка заулыбалась и подошла к Алексе.
– Я тут замечталась над архивом.
– Можно я с тобой побуду, не помешаю?
– Не сколько, усаживайся поудобнее.
Унь посмотрела на экран. На экране маленькая фигуристка в розовом платье цветочек катала настоящую программу под смешную детскую песенку.
– Алекса, это ты?
– Конечно.
– Класс какой! А сколько тут тебе?
– Так сразу и не соображу. Постой, по элементам прикину. Уже прыгаю аксель, обратный винт… Наверное лет пять, может только исполнилось шесть.
– А эти аксель и винт – это фигуры?
– Нет, это элементы.
– А почему тогда катание называют фигурным, а не элементным?
Алекса рассмеялась.
– Было бы круто…
Алекса встала в пафосную позу оперного певца и продекларировала:
– Начинаем соревнования по элементному катанию!
Девушки расхохотались.
– А если серьёзно, то в своём зародыше, ещё в конце XIX века или начале ХХ, суть спорта была как раз в рисовании коньками рисунков на льду.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: