Александр Уваров - Лети, мой ангел, лети… [СИ]
- Название:Лети, мой ангел, лети… [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Уваров - Лети, мой ангел, лети… [СИ] краткое содержание
Такой господин птичек и зверюшек изучать не будет. Неразумные твари ему ни к чему. И слишком разумные — тоже ни к чему. А вот такие вот, полуразумные, в самый раз. И чем ярче выражена эта полуразумность и твёрже сопротивление цивилизаторским усилиям, тем азартней профессор будет давить лапами и мять глиняных человечков, выделывая их на свой манер».
Лети, мой ангел, лети… [СИ] - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
И тут же по лбу себя хлопнул.
«Понимаю! — возопил. — Понимаю, почему богов нет! Лишняя сущность!»
Я и согласился сразу же: «Конечно, ибо это так! Они же вкалывают с утра до вечера, выживают как могут. Судя по комплекции, недоедают и часто болеют. Ни запасов еды, ни лишнего времени нет. Откуда богам взяться и на кой демон они тут нужны?»
Клянусь, Эбиган с уважением на меня посмотрел!
Недолго, правда, он так смотрел. Потом опять прежний, высокомерный вид принял и давай рецептами сыпать.
«Напрямую нам с племенем в контакт вступать ни к чему. Но и без помощника нам не обойтись. Потому найдём же самого перспективного аборигена и сделаем его нашим доверенным лицом. Собственно, уже нашли! Вот он!»
И на экран показывает.
А там — мама моя! Совсем общипанный дикаришка самого премерзкого вида, весь в жёлтой грязи от макушек до пят, с спутанной в колтун бородой и — безумными, хищным огнём горящими глазами.
Собственно, про этого мужичонку мне кое-что было известно. Судя по отзывам соплеменников, презренная и противная личность.
Слабак, психопат, агрессор (если есть возможность кого-нибудь безнаказанно обидеть), сплетник и интриган, пакостник и сквернослов.
Как я понял, в племени его все били, даже женщины, дети и старухи. Он им героев видеошоу заменял, они его раза три в день гоняли по лужам для потехи да комьями грязи закидывали.
Он верещал постоянно, чушь какую-то бессвязную нёс и то о жалости молил, то грозил всё племя загрызть во сне, а потом на трупы непременно помочиться.
На охоту его не брали. Мужики вообще брезговали к нему близко подходить. Женщины подходили, только чтобы плюнуть или гадость какую-нибудь сказать. Но тоже старались слишком уж не приближаться, ибо грязен он был и даже по самым первобытным стандартам.
Запах дрон передать не мог, но судя по виду… Запах общему образу наверняка соответствовал.
Не убили его до сих пор и даже отбросами иногда подкармливали именно потому, что глумление над грязнулей и дурачком доставляло аборигенам несказанную радость, примиряло с тяжкой лесной судьбой, помогало преодолевать бытовые невзгоды и даже отчасти возвышало племя в своих собственных племенных глазах.
Кстати, звали красавца Быб. Это вроде бы какое-то неприличное слово. Что-то связанное с репродуктивной системой местной разновидности болотной саламандры.
Вот этого Быба профессор и выбрал в посредники.
Я сразу согласился и сказал, что учёному человеку видней.
«Иди, целуйся с этой зловонной козявкой!»
Это я подумал так. Вслух же сказал, что парень хоть куда.
На племя только немного обижен. Проблемы с внутриплеменной коммуникацией. А так — талант. Всю жизнь, небось, отбросами питается и такую энергию сохранил!
Вот как забавно в кустах кувыркается, увёртываясь от плевков.
Славный малый, только закомплексован немного и задавлен враждебным социумом до крайности.
«Такой и нужен!» — провозгласил профессор.
И дальше уж такую чушь понёс, что подзаряжавшийся в углу командирской рубки Косорыл стал от слов его тревожно пищать и помигивать цветоиндикаторами.
Дескать, изгой не связан с племенной протокультурой, не скован путами условностей и личных привязанностей, откровенно презирает племенные традиции и в силу своей социопатии открыт для благотворного воздействия прогресса.
И потому грандиозный эксперимент с его участием непременно увенчается успехом, и профессор вернётся триумфатором и посрамит интриганов из аппарата правительства, и будет на руках внесён в Зал Вечной Славы, и подарят ему венок, сплетённый из ветвей бутерии, и…
Тут я окончательно и согласился. Венок — дело хорошее.
И попросил его меня при случае не забыть. Пристроить куда-нибудь… ну там, в науку или в благочиние…
На том и порешили.
На следующий день пошли с Быбом знакомиться.
Все вчетвером. Точнее, впятером: Косорыла я тоже с собой взял.
Профессор объяснил, что для преобразований благороднейшему Быбу потребуется силовая поддержка. А из оружия у нас — один Косорыл.
Можно, конечно, было бы и пару шокеров взять, но с Косорылом спокойней.
С Быбом познакомиться было нетрудно. Не было необходимости на той ранней зорьке пробираться в центр стойбища, рискуя прежде времени разбудить не осчастливленных пока прогрессом дикарей и навлечь на себя их гнев вкупе с градом заостренных палок и гнилых плодов. Быб, по счастью, жил, как и подобает исключительной личности, на отшибе, шагах в ста от стойбища, возле ямы, в коей племя устроило свалку всяческих отходов бурной своей жизнедеятельности.
Мы, по счастью, были в дыхательных масках (один процент углекислого газа — не шутка! Сознание можно на третьем вдохе потерять, я об этом сразу предупредил!), поэтому тошнотворного смрада не почувствовали, но от одного вида Быбова жилища долго кряхтели, борясь с подступающей тошнотой.
Профессор, правда, молодцом оказался. Справился раньше всех.
Косорыл и вовсе к запаху нечувствителен.
Он-то и растолкал сладко дремлющего реформатора (нам, признаться, даже в защитных перчатках вовсе не хотелось его касаться).
Быб, открыв глаза, прохрипел что-то невнятное, покашлял, чихнул, почесал живот.
Потом потянулся, зевнул. Встал и без особых церемоний справил малую нужду прямо нам под ноги (так что пришлось поспешно отойти на пару шагов, а профессор заметил при этом, что его предположения о сходстве физиологии нашей и местных гуманоидов самым решительным образом подтверждаются).
После чего соизволил обратить на нас внимание и спросил: «Чё? Кто такие?»
И тут же проворно пригнул голову, ожидая привычный утренний шлепок.
Профессор понёс было чушь о том, что мы добрые и могущественные лесные духи, пришедшие осчастливить его народ и избравшие доброго Быба своим посланником и новым вождём лесного народа.
И пришли дать закон, и правила, и новый порядок…
Чудила, ей-богу! На борту так умно и правильно рассуждал, а тут околесицу понёс — хоть смейся с него, хоть плач. Чего кружева плести?
И Быб, дурость профессорскую почуяв и решив, что битьё в ближайшее время не грозит, сразу как-то духом воспрял, спину выпрямил, поглядывать стал весело и хамовато.
А по окончании профессорской речи харкнул Эбигану на болотные сапоги и заявил: «Духи глупы! Быб токран, но токраны Быба не любят. У токранов два вождя. Один рыбу хорошо ловит, другой охотится и делает много детей. Быбу не дают делать детей и охотиться!»
«Надо же! — присвистнул Луц. — Такой талант пропадает без потомства!»
И достаются ему одни кости, но…
…Но рыбалка плохая был, и Быбу досталось мало костей.
А потом этот наглец заявил, что духов, особенно лесных, он очень любит, но духи непременно должны ему дать что-нибудь пожрать, потому как рано его разбудили и прервали сон, в котором он много жрал и потому был сыт.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: