Виктор Дачевский - Некробиотика

- Интересно, - пригасил обороты проснувшийся Киллголейм, - что ты выиграешь, рассорив меня с немногими сохранившимися бизнесменами? Думаешь, твои десять процентов от этого вырастут в цене?

- Какой прогресс! Ты уже не сомневаешься в том, что несколько процентов в моем бизнесе принадлежат мне?!

- Не паясничай! Ты уже знаешь, что я помогал твоей семье как мог! А разговор о справедливости и процентах можно продолжить при встрече...

- Вот что, помощник! - сорвался МакЛохлан. - Моя жена не просто живет в трущобах! Она мертва! Моя дочь... впрочем, все это ты знаешь не хуже моего! Более того, сдается мне, что именно ты помогал ей выбрать правильный путь! Завтра я жду тебя в этой хибаре! Ты сдаешь мне дела! А если ты не придешь, нет! Если ты не приползешь, я выдумаю самую страшную пытку, которой еще не видел этот сгнивший мир, и ты узнаешь о ней первый!

- Майк... - устало вздохнул Дорвин. - Ты даже не представляешь, что ты сейчас с собой сделал.

- Зато я отлично представляю, что мне делать с тобой!

- Прекрати сам себя распылять! Разговоры мертвяков в Живую зону автоматически записываются! Завтра я поговорю с Мэлори, она все тебе объяснит, а когда ты остынешь, мы обсудим с тобой все финансовые вопросы. Не думай, что я остался неблагодарной сволочью!

- Что я думаю, уже неважно! Важно другое...

Коммуникатор противно и громко бибикнул прямо в ухо. МакЛохлан умолк. Показалось, что Киллголейм повесил трубку.

- Поступил звонок более высокого приоритета! - бодро заявил коммуникатор. - Желаете ответить по отдельной линии?

- Не желаю! - отругнулся МакЛохлан.

- Абонент высокого приоритета подключается в режиме конференц-связи!

- Какой...

- Что, папаша, не спится?! - не к месту раздался жизнерадостный голос Ника. - Синди просила тебе позвонить...

- С ней что-нибудь случилось?

- А че с ней будет? Она же со мною! Тут такая проблема нарисовалась... Короче, дедуля за нами увязался. Вот. Так пока он просто матом крыл, мы с сестренкой терпели. А когда он в меня кирпичом запулил... В общем, я его по всей строгости закона. Короче, распылил я его футов на семьдесят. Квадратных. А сестренка говорит, что ты расстроишься. Что, может, ты с ним поговорить хотел. Ну, так ты это... не расстраивайся. Недели через две он соберется, не денется никуда.

- Не хотел я с ним разговаривать! - улыбнулся МакЛохлан, как будто камень с души свалился. - Совсем не хотел!

- А, ну тогда все чики-пики! - возликовал Ник. - Тогда я за хрычем недельки через две еще разок зайду. А то больно обидно ругался, козел старый.

- Как там Синди?! - почти шепотом спросил МакЛохлан.

- Да ты не менжуйся, папаша! - весело хамил наследничек. - Сестренка у меня бабец отходчивый! Считай, что все забыто! У нее уже и фингал на личности почти рассосался и рука срослась! Ну, будь! Мамашу не обижай! С чувством некрофильствуй! Пока!

В браслетке еще раз пикнуло.

- Ты что, действительно ударил Синди? - раздался, после писка, удивленный голос Киллголейма. МакЛохлан хотел одновременно возмутиться, удивиться, материться и топтать браслетку ногой. Что такое конференц-связь, он, к сожалению, знал.

- Вот что, подонок воскрешенный, - добил его Киллголейм. - все мои мирные предложения отменяются. Мы еще поговорим. Можешь не сомневаться.

- Общая сумма за использованное время составила два некробакса ровно с учетом НДС! - оптимистично успел заявить браслет до того, как МакЛохлан, словно питчер на Суперкубке, вбил говорящую пластмассу в угол комнаты.

- Нагрузка в три целых восемь десятых ЖЕ не является оптимальной для устойчивого приема сигнала! - послышалось из угла. На этом браслет замолк. Вовремя. Иначе МакЛохлан остался бы без выпивки.

Снились МакЛохлану замороженные соседи. Семейство Барклай соседствовало с МакЛохланами более ста лет. Сам Майкл помнил мистера и миссис Барклай этакими штампованными ярлыками с рекламы фирм социального и пенсионного страхования. Благообразными, лубочно-седыми, как-то по-особенному, по-стариковски подтянутыми и фальшиво-бодрыми. Детей у них не было. Был фокстерьер. Звали Карлом Третьим.

Карл Третий был столь же стар и фальшиво бодр, но толст и облезл. Что не мешало ему копать в МакЛохлановском саду траншеи, которые здорово могли бы пригодиться, если б Последняя война не оказалась последней.

История началась с того, что Карл отдал собачьему богу свою собачью душу. Барклаи были безутешны. Они ни капли не сомневались в том, что, раз уж жили они счастливо, то и умрут в один день. Подкачала псина. Так ведь уже не накажешь. И судьба принесла им великолепное решение на желтой странице. Барклаи решили сделать из покойного Карла Третьего высокохудожественную чучелу, которая и дождется совместного отхода четы Барклаев к местам игры на арфах.

Чучело оказалось достаточно дорогим удовольствием, а Барклаи были отнюдь не бедны, но крайне прижимисты. И им порекомендовали сухую заморозку. Бедного Карла Третьего в позе Убийцы Всех На Свете Крыс засунули в вакуумную морозилку, где из него испарилась вся влага, а замечательный товарный вид остался. Он даже похудел. Для реалистичности Карлу вставили стеклянные глаза и отдали скульптурную композицию изумленным Барклаям, с рекомендациями хранить в сухом, прохладном месте, иначе придется хоронить с зажатыми носами.

Такая перспектива Барклаев не порадовала, они хотели максимум сервиса за свои кровные. Однако, выяснилось, что лучший сервис доступен только людям, да и то - совсем с другими целями. Барклаи заинтересовались.

Почти полгода они изучали рекламные проспекты фирм, предлагающих услуги криомедицины. И, в конце концов, решились на заморозку. А как было не решиться? Их главная радость в жизни, этот разъевшийся траншеекопатель, уже заморожен, а они?

И, как в светлой сказке о неминучем счастье, в один день они заснули, чтобы проснуться через триста пятьдесят лет здоровыми, сильными и молодыми.

Доктора- могильщики вскрыли им, сонным, крупные сосуды на шее и закачали в них жидкость, которая, по их мнению, спасет стариков от холодовой травмы. А потом оба уже, по сути, мертвых и холодных тела уложили в один гроб-холодильник. Согласно их же завещанию Карла Третьего поместили в самое холодное и сухое место. Между ними.

Майку снилась мисс Барклай. Более мерзлявой старушонки он в жизни не встречал. Она куталась в ангорскую шаль даже во время выездов на летние пикники Восточного побережья. Знакомый МакЛохланам шейх, глядя на мисс Барклай, долго и увлеченно рассказывал, что в палящей пустыне его родины нет другого способа выжить, кроме как одеваться потеплее.

Прямо перед глазами стояла знакомая, но чуть приукрашенная картина: покрытая сосульками мисс Барклай привычно пилит заиндевевшего мистера Барклая за то, что он, как обычно, кинул вечно голодному Карлу Третьему не до конца размороженную отбивную. Собачка может охрипнуть!