Вячеслав Рыбаков - Первый день спасения
- Название:Первый день спасения
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Вячеслав Рыбаков - Первый день спасения краткое содержание
Первый день спасения - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Секунду он вглядывался, как бы не узнавая. Потом подошел ближе. Устало спросил:
- Откуда ты?
- Это ты кричал так страшно? - спросила она.
И тогда, ощутив вдруг, что ему, кроме нее, некому рассказать о том, что ему открылось, о главном, которое он понял наконец, он проговорил:
- Я плохой.
Она помедлила, а потом проговорила едва слышно, не столько спрашивая, сколько утверждая:
- Ты мне не рад?
Он задохнулся. Это снова было как удар. Она говорила о своем главном. О том, о чем не с кем было говорить ей. О том, что заставило ее бросить все, помогло неведомо как ускользнуть из бункера, гнало через пустыню, двадцать километров через сумеречную ледяную пустыню, поперек крысиных троп, мимо крысиных городов... О том, что, быть может, спасло ее на этом пути. О том, благодаря чему он не был теперь один. Это было не его главное, совсем другое главное, он даже не очень понимал, что это главное собой представляет, - но он готов был пасть ниц перед ним и драться за него.
И оттого он должен был уступить. Оттого, что он все это понимал, и оттого, что все-таки был сильнее, - он ответил ей правду о ее главном, оставив правду о своем главном для себя:
- Я тебе очень рад.
- Смотри, - насупившись, сказала она, будто предупреждая его о чем-то неприятном. - У меня никого, кроме тебя, нет.
- У меня теперь тоже.
Она порывисто вздохнула внутри своей маски - узенькие плечи судорожно поднялись и опустились.
- Вот, - сказала она. - Нет, так не могу. - И вдруг резко, обеими руками, стянула с головы противогаз. По плечам рассыпались темные волосы. Исподлобья глянула на мальчика робко и гордо.
- Ты с ума сошла... Тебе нельзя, здесь все излучает!
- Подумаешь! - совсем решившись, она швырнула противогаз, - тот мягко шлепнул резиной о дерево где-то в темноте, - и глубоко, с удовольствием почти демонстративным, но искренним, вдохнула морозный воздух. - Хочу, чтоб ты меня видел, - призналась она. - И все равно меня днем должны были убить.
- О чем ты? - тихо спросил он.
Она внимательно посмотрела ему в лицо.
- Ты стал другой. Совсем... совсем... - не смогла подобрать слова и только опять порывисто вздохнула.
- Почему тебя должны были убить?
- Потому что я же должна была встать и пойти за тобой. Я хотела пойти за тобой! Получилось же, что вроде как я тебя заманила. Надо было, чтоб меня убили... Очень хотела встать. А сама реву и не могу подняться, руки-ноги отнялись. Так страшно, когда стреляют.
- Да, - медленно проговорил он, - страшно.
- Ты тоже знаешь? - вскинулась она. - Страшнее этого ничего нет, правда?
Есть, подумал он, но смолчал, глубоко дыша и сосредоточиваясь. Он уже знал, что будет делать. И только очень тосковал, что опять может не получиться. И хотя это было бы вполне естественным - он так устал за день, он совершенно измотался, пытаясь спасти отца, - ему было плевать на все объяснения поражения. Ему нужна была победа.
- Как хорошо, что ты тоже знаешь! Вообще, так хорошо знать что-то вместе, да? Ты когда говорил сегодня в школе, я прямо чуть с ума не сошла. Со мной никогда-никогда такого не было. Вдруг поняла, что ты так все мое понимаешь, что... что без тебя меня и нет! - Она звенела, словно камень свалился у нее с души, словно было неважным то, что она начала умирать и каждый вдох убивает и убивает ее, - она отдавалась, открывалась ему, рассказывала сны, рассказывала, какое мороженое больше всего любила до войны, рассказывала про самых смешных из тетенькиных посетителей и сама смеялась, вспоминая; а он слушал и набирался сил. А потом проговорил:
- Ну что, малыш. Хорошо. Давай попробуем.
Она с готовностью умолкла, завороженно глядя на него. Длинное пламя свечи стояло в ее глазах. Он придвинулся к ней вплотную, сел поудобнее. Положил ладони ей на голову с двух сторон. Губы ее приоткрылись; веки, вздрагивая, медленно упали.
- Давай попробуем, - повторил он, и она самозабвенно кивнула в его ладонях.
- Попытайся расслабиться. Почти уснуть. - Она вскинула на него удивленный взгляд. Он пристально смотрел ей в глаза. - Уйди в себя. Глубоко-глубоко. - Веки ее опустились снова, тяжело и безвольно. - Вот сюда, где мои ладони. Ощути. Слева. Маленький шарик. Над ухом, внутри. В голове. Упругий пушистый мячик. Ощути его. Он такой нежный. Потрогай его мысленно. Пальчиками потрогай.
Ее пальцы слабо шевельнулись, точно ощупывая приснившуюся горошину.
- Постучись в него тихо-тихо. Приласкай. Умеешь ласкать? Умеешь. Учись. Скажи: мячик-мячик, откройся. Скажи ему. Он поймет. Он хороший, добрый мячик. Там, внутри, он очень горячий. Там вспышка и много сил. Скажи ему ласково. Скажи тихо: мячик, откройся, пожалуйста, мне очень нужно. Очень. Очень. Очень, очень нужно. Захоти и попроси. Тихонечко: мячик-мячик...
С изумленным, восторженным, почти болезненным вскриком девочка прянула, выпав из его устало повисших рук. Он откинулся на стену спиной и затылком. Часто дыша, трепеща, девочка стояла перед ним на коленях.
- Удалось... - совсем обессиленно проговорил он. - Надо же... Как мы похожи. Как мы все-таки похожи...
- Что ты сделал? Так горячо внутри... и хорошо, ясно... Пульс даже в пальцах слышно...
- Поднял фильтрацию.
- Что?
Он помолчал, вяло прикидывая, как объяснить. Сказал:
- Теперь ты - как я.
Обеими ладошками она захлопнула себе рот, а потом схватила его руку и прильнула к ней губами.
- Совсем-совсем?
Он не ответил.
- Ты кто?
Он не ответил. Его знобило. Он сидел с закрытыми глазами, коротко и тяжело дыша, распластавшись по стене спиной и плечами. Тогда она снова уткнулась в его ладонь и перепугалась, поняв, какой эта ладонь стала теперь немощной и холодной. Некоторое время она дышала на его пальцы, робко и беззвучно пытаясь их согреть. Минут через десять его дыхание стало глубже и реже. Она спросила едва слышно:
- Ты спишь?
- Нет, - ответил он безжизненно. - Просто очень устал. Прости, малыш.
- Поспи.
- Очень устал. Не уснуть.
Она прыснула и тут же, словно извиняясь, опять прижала его ладонь к губам. Потом все же пояснила:
- Я, например, когда устала, засыпаю буквально пока ложусь.
Он усмехнулся. Рука его постепенно отогревалась.
- Я люблю спать, - призналась она. - Сны так люблю... Тебе снятся сны?
- Конечно.
- Про что?
- Про Землю.
- Про что? - не поняла она.
Он не ответил. Она подождала, потом вздохнула:
- Как странно все...
Он встрепенулся. Жадно полыхнув на нее глазами, спросил скороговоркой:
- Все - будто чужое, да? Не такое, как должно?!
Она опять вздохнула и пожала плечами.
- Да нет... не знаю. Какое есть.
Он сник.
- Я не то сказала? - испугалась она. Он не ответил. - Ты обиделся?
- Нет, что ты.
- Ты не обижайся на меня, пожалуйста. Я и так все время боюсь, - она запнулась. - Знаешь, мне так хорошо никогда не было. Будто снова с мамой, с папой - только еще смелее. Но такое чувство, что карабкаюсь уже высоко-высоко, и сил нет держаться, и отпустить нельзя, потому что если упадешь - разобьешься насмерть... Понимаешь?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: