Дим Край - Идеaльный мир

— Где находится твоя страна?

— В другом мире, в другом измерении — в будущем.

— Не врёшь?

— Нет.

Полковник Малинин сдерживал свои эмоции. Ответы ему явно не нравились, но он не подавал виду, таил гнев и раздражение где-то глубоко в себе. Его взгляд был по-прежнему суровым и тяжким. Смотреть прямо в глаза было некомфортно. Неуютно как-то. Но взгляд полковника Паут выдерживал доблестно. А Малинин вскоре не выдержал напряжённый взгляд иностранца и стал промаргивать, отводить глаза вниз.

Вопрос — взгляд — ответ. Вопрос — взгляд — ответ. Так много раз. Прошёл час беседы. Паут отвечал на все вопросы чётко, за исключением тех, на которые не смел отвечать.

— Кто ты?! — неожиданно спросил он громко. — Прекрати рассказывать эти сказки! Мы знаем, что ты — шпион. Что ты резидент иностранной разведки. Тебя разоблачили. Так что, нечего мне тут разводить фантастику. Я не куплюсь на такое дерьмо! Правду мне говори! Отвечай живо!!

Паут собрался и кинул в злые глаза полковника:

— Я — Паут Воэ. Я — не шпион. Я — генерал Западного сектора Великой Федерации 3048 года. Я говорю правду!! Вам придётся мне верить.

'Вини-Пух неотёсанный! Что за юмор такой у бывшего гэбиста?' — по узкому коридору широкими шагами топал задумчивый полковник Малинин. Он только что от своего начальника вышел, генерала-лейтенанта Дуброва. Ходил он к нему с очередным недельным отчётом о том, как обстоят дела. Нельзя сказать, что иностранный резидент под кличкой 'Паут Воэ', его начальство заинтересовал больно и теперь оно требует отдельного по нему отчёта. Нет. Это практика такая — надо написать отчёт о пойманном агенте: как идёт с ним задушевная беседа, как движется вербовка и движется ли она вообще. В общем, нужно делится результатами с руководством в виде устных и письменных отчётов. Но и нельзя сказать, что иностранец их совсем не заинтересовал. Генерал-лейтенант Дубров вполне ясно дал понять Малинину, что его новый пойманный резидент интересен, хотя бы тем, что очень уникален и профессионален; и признаёт его необычное происхождение. Поэтому с нескрываемым любопытством Дубров ждёт от него каких-нибудь комментариев как продвигается дознание, ясны ли цели визита его в нашу страну, и готов ли иностранный резидент сотрудничать с ними. Сам Малинин долгое время ломает голову над тем, кто же всё-таки это Паут Воэ. Он уже обошёл всех известных ему информаторов, работающих за рубежом, лично с ними переговаривал, фотографии крутил перед глазами: 'Знаешь его?!', 'Никогда не видел', 'Можешь узнать?', 'Попробую…', пробил по многим каналам — глухо. Прошерстили все известные базы иностранных агентов. Давили на союзников и партнёров: выясните что-нибудь! Никакой зацепки. Никто о нём ничего не знает. Как с неба свалился. Может и в самом деле, он из будущего? — уже начались закрадываться такие мысли в измученную голову полковника. Да, нет же! Просто попался им крепкий орешек, сверхсекретный агент, который ни к Ми-5, ни к ЦРУ не относится — он относится к совершенно новой, сверхзасекреченной (и поэтому никому не известной) организации. Но кто себе может позволить создать новую секретную организацию, если не США? — Никто! Значит, он действует в пользу Америки.

Руководство устаёт ждать, теребит Малинина — когда же?! Прошло уже десять дней, как иностранец здесь за толстыми стенами сидит. И фактически ничего о нём ещё не известно: из него невозможно ничего путного выдавить, никто его не знает, все его видят в первый раз. Всё это крайне непонятно, загадочно…

Эта вуаль загадки полностью накрывает иностранца — с головы до пят. И вроде бы понимаешь, кто он на самом деле — пробивает озарение, видишь чёткую картинку в голове, бьёшь себя по лбу — ну, конечно! А потом всё неожиданно затихает, когда понимаешь, что не сходятся концы с концами. Не может быть, чтобы он… И главное же никто не суетится о нём — никто не предпринимает никаких действий. Обычно начинают ожесточённей шмонать российскую резентуру в зарубежных столицах. А тут необычно тихо как-то. Словно ничего не случилось, не произошло никаких перемен. Будто отстранились от него разом все. ЦРУ молчит и негодует, какого чёрта их подозревают в причастности и бочку на них катят. Может, ЦРУ о нём вообще ничего не знает? Не имеет он никакого отношения к ЦРУ… Значит, всё-таки новая секретная организация; и судя по фактам, эта организация сверхмощная! Мощность такой организации затмевает всевозможные представления о секретных организациях, даже 'Седьмой отдел' здесь не идёт ни в какое сравнение.

Иностранец — не просто необычный резидент, он сверхнеобычный резидент. Это понял Малинин буквально в первые дни.

Предварительный допрос ничего не дал. Он гнал ту же 'ересь', которую гнал следователю Порешко в отделении милиции, выдавая за факт. Хотите верьте, хотите нет — но это так. Ладно, подумал полковник, сейчас мы введём тебе 'жидкость Правды', от которой у тебя язык сам развяжется. Всю правду-матку расскажешь, никуда не денешься! Эту жидкость изобрели учёные-химики: она влияет на сознание, на мозг человека; человек отстраняется от реальности, уходит в транс, как бы засыпает, улыбаясь при этом от блаженного состояния, становится мягким, податливым, добродушным и наивным, как младенец. Он помнит только то, что было в реальности и забывает на время, то, что было им выдумано. То есть — всю правду рассказывает, что ни спроси. Эта жидкость давала стопроцентную гарантию успеха. Все крепкие резервисты, которые попадали в их сети — разоблачались моментально. Делов-то на 20–30 минут. Ну, в худшем случае на час. Жидкость эта для ФСБ, конечно, дорогое удовольствие. Её производство штучное; жидкость страшно засекречена и о её существовании знают единицы, включая полковника Малинина, да и тот не знаёт её истинного названия, только и называется в узком кругу: 'жидкость Правды'. ФСБ часто применяет другие, более дешёвые, но менее гуманные приёмы 'выбивания' информации и признаний из людей. Но полковник, прекрасно осознавал, что этот иностранец, крепок как титан и они потратят силы и нервы впустую от стандартных методов 'общения' — не расколется он им. Уж очень он хорош, Малинин видел его способности. Такие орешки не расколешь так просто. Здесь поможет только 'жидкость Правды'.

Они попробовали вколоть ему жидкость — гнулась игла, не прокалывала кожу. Что за ерунда?! — возмущался Малинин, злобно посматривая на специалиста со шприцом в руках. — Слабые иглы стали выпускать?!.. Специалист разводил руками — сам негодовал. Начали думать, что брак. Пробовали ещё, другими иглами. Все иглы гнулись одна за другой.

— У вас не получится, — от чего-то улыбаясь, сказал иностранец.

— Почему 'не получится'? — интересовался Малинин.