Дмитрий Иванов - Временные неприятности (сборник)
- Название:Временные неприятности (сборник)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «Написано пером»
- Год:2015
- Город:С-Петербург
- ISBN:978-5-00071-260-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Иванов - Временные неприятности (сборник) краткое содержание
Временные неприятности (сборник) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
И, кстати, отчего вдруг грабители кричали всё время: «Это он! Это он! Гоголь! Гоголь!»? Не было рядом Николая Васильевича. Не было. Да и быть не могло. Он как раз приболел некстати… и отменил свою традиционную прогулку.
Мысли, мысли… несть им числа. Подумать-то есть о чём, ибо камер-юнкерские долги давно превысили пределы разумного. Настолько, что даже государь Николай Александрович попридержал Александра Христофоровича (Бенкендорфа, разумеется), с его инициативой затеять интригу с «белым человеком»(по другой версии – «белым начальником»), согласно предсказанию внештатного сотрудника третьего отделения – А.Ф.Кирхгоф [16](она же – агент Зарема, малоизвестные архивы охранки). Почему, почему? А долги-то гениального литератора всё равно из государственной казны гасить придётся. Так хотелось бы сначала их немного уменьшить…
НАШЕ ВСЁшёл по зимней галерее Гостиного двора в нелепой «аляске» на синтепоне с надписью «Gold, как сокол! Дубровский и сын, пивные традиции Швейцарских Альп», прикидывая, кому можно будет пристроить сюжеты об одном сентиментальном дворнике, боготворящем собак больше барыни, горбатом звонаре, полюбившем красавицу-цыганку и суфражистке Вере Павловне, которой снились цветные сны о счастливом будущем, где с упоением раздирали на лоскуты знаменитую Гоголевскую шинель.
1. Развёрнутый план исторической драмы «Собора губернской богоматери» – 12 страниц с нескромными чернильными иллюстрациями;
2. Наброски к повести из жизни российских помещиков и их дворни «Муму» – три страницы (с оборотом) и клоком собачьей шерсти;
3. Краткое изложения сюжетных линий социальных романов «Что поделаешь…», «Братья Безобразовы», «Белые ночью» и патриотического русофобского романа в стихах «Кому на Руси жить?». Всего на 34-ёх листах плюс изображение Земфиры и Алеко в интимной позе;
4. Две заключительные главы жалостных повестей «Федот Федотович» и «Таймень» из сериала «Герой нашего века» – дюжина совершенно нечитаемых листов с французскими ругательствами и запахом камелий;
5. Второй и третий тома поэмы «Мёртвые в душе» – 242 страницы второго тома и три листа нецензурных выражений относительно третьего, вымарано цензурой.
В правом нижнем углу списка чётко прорисовывались подпись эксперта и оттиск большой имперской печати с изображением четырёхглавого орла, символизирующего основные религиозные течения Соединённых Штатов Европейского Севера. Подпись и печать не закрывали визу, которую каждый мог легко прочитать: «Все подшитые в большую папку № 23–14/2 документы написаны на русском языке крайне плохим почерком, предположительно принадлежащим лицу негроидной расы».
Откуда-то снаружи свёрнутой в спираль Галактики на процесс снисходительно взирал Господь, тот самый, которого человечество уже начало забывать за перманентным процессом получения удовольствий.
Бог был создан людьми путём овеществления многократно усиленных миллиардов мыслей. Не Бог создал человека, а человек Бога (по образу и подобию ли?). Создал с тем, чтобы потом можно было ему поклоняться. Чтобы нашлось, кому открыть душу. Порой и такой малости бывает достаточно для полного счастья.
Скоро это поймут все… Не было бы только поздно.
Дело чести
Спираль мироздания закручивалась всё туже. Незаметно подступил апофеоз демократических ценностей. В специализированных славянских школах строго рекомендовалось изучать английскую и китайскую классику, а также таджикский эпос «Шахнаме» и «Драхти Асурик» – в подлиннике. Один только Урал всё ещё вставал преградой на пути прогресса. Однако, судя по всему, сопротивление региональных воротил нефтяного и газового бизнеса ослабевало в связи с активной разработкой новых источников энергии.
Ранним февральским утром 2037-го года дежурный комиссар Санкт-Петербургского отделения Европейского департамента полиции Эжен Сваровски был разбужен диким воем зуммера служебной связи. Вызывал старший патруля доверительного участия Питерс Пеновс, из латышей, кажется.
– Месье комиссар, у нас здесь что-то странное происходит. Похоже на нарушение восьмого пункта уголовного уложения Евросоюза. Вам придётся приехать…
– Какого чёрта, Питерс?! Вы будите меня в такую рань, чтобы блеять что-то невнятное. Давайте по существу, и молите своего античного Бафорета [17], чтобы вопрос оказался стоящим… Иначе не посмотрю на ваши неформальные связи в Европарламенте и нарушу обет толерантности – у меня осталось ещё три возможности в этом году – и лишу вас спец-пайка натуральных продуктов до конца квартала.
– Хорошо-хорошо, не кричите так! Сейчас объясню суть дела. Мы приехали в назначенное место, где должно было осуществиться исполнение оплаченной смерти… Да-да, но тут такое… Наш заказчик был убит ещё до реализации своей заявки. Нет, не случайно… Тоже по оплаченному требованию. Того клиента обслуживал другой патруль.
– Так они заплатили за убийство друг друга?
– Так точно, оба внесли всю сумму полностью, мы проверили. Только один успел осуществить задуманное, а заявка второго осталась невостребованной.
– У того, кто убил, было назначено более раннее время, Питерс?
– В том-то и дело, месье, что более позднее. Но тут и другие странности есть. Например, убитый также стрелял раньше назначенного в разрешении на акцию.
– В самом деле?!
– Да, господин комиссар. Приезжайте!
Сколько Эжен Сваровски служил в департаменте, ни разу не случалось подобного. С тех пор, как Европарламент, подогреваемый публичными выступлениями и финансами партии «Полная свобода индивидуальности», разрешил заявленные и оплаченные убийства благонадёжным гражданам, но не чаще одного раза в пять лет, всё обходилось вполне штатно. Патрули доверительного участия, выезжающие к месту заявленного убийства, обычно фиксировали смерть, ставили на бланке заказчика печать, которая свидетельствовала о законности произведённого действия. Реже приходилось констатировать отказ заявителя от совершения акта гражданской свободы то ли по причине его малодушной трусости, то ли по иным – чаще всего форс-мажорным – обстоятельствам. Но вот то, что произошло сегодня, выглядело крайне нестандартно и оттого заставляло нервничать. Никому ещё не приходило в голову совершать оплаченное по закону убийство раньше положенного, поскольку тогда оно превращалось в вопиющее уголовное деяние. В самом деле, никакой патруль не станет свидетельствовать правильность совершения подобного гражданского акта сертификатом соответствия.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: