Галина Гончарова - Клыкастые страсти

Чудом, не иначе.

Но тем не менее следов почти не осталось. Придется только ковер отчистить и диван оттереть. Хорошо, что я выбирала практичные вещи. Ничего белого. Диван – темно-коричневый, ковер – светло-коричневый, вот стены – те в белых, розовых, бежевых и перламутровых тонах, а шкаф – кремовый. Получилось не так и плохо. Особенно с цветными пятнами картин над диваном и компьютером.

Я подумала еще немного – и набрала телефонный номер. Откликнулся автоответчик.

– Это Константин Сергеевич. Оставьте свое сообщение после звукового сигнала.

– Константин Сергеевич, – негромко произнесла я. – Это Леоверенская. Юлия Евгеньевна. Вы звонили мне вчера днем. И буду рада завтра поговорить с вами в любое выбранное вами время. Либо до десяти утра, либо после четырех часов вечера. Сейчас я дома и жду вашего звонка.

Думаю, этого ИПФовцу хватит.

В ванной шумела вода. Я просушила вещи утюгом и стукнула в дверь. Парнишка высунул руку, и я отдала ему брюки с рубашкой. Чуть-чуть прибрала в комнате. Как следует все уберу после его ухода. Потом Сережка высунулся уже одетый и прошлепал на кухню.

– А что у нас есть поесть?

– Бульон с котлетами и бутербродами.

Наготовил Славка на целую армию, что ж никого не побаловать?

Сережка уплетал за обе щеки.

– Это ты готовишь?

– Нет. Чай, кофе?

– Кофе.

Кофе я терпеть не могла, разве что растворимый из пакетиков. Хотя там кофеина днем с фонарем не сыщешь. Пришлось вставать, доставать из шкафа коробку с разными сортами «Лучший, несравненный, идеальный – три в одном» и предлагать на выбор. Потом я залила пакетик «Маккофе» кипятком и плюхнула на столик вазы с пряниками и конфетами.

– Я за тобой попозже вечером зайду? Когда родители уйдут?

– Зачем?

– Погулять пойдем…

Я фыркнула. Радость моя, вечером я гуляю с компанией оборотней.

– Сережа, давай поговорим как взрослые люди. Мы встретились – хорошо. Пытались провести вместе время – не получилось?

– Ну… да…

– Значит, не судьба. Мы совершенно чужие люди. Ты не знаешь меня, я не знаю тебя, так?

– Да. Но я и хочу узнать тебя получше.

– Зачем?

– То есть как – зачем?

– Зачем тебе меня узнавать? Ты симпатичный, с чувством юмора, нахальный. С тобой любая девчонка пойдет.

– Но не ты?

Самое главное он уловил. Умничка.

– Я рада, что ты это понимаешь. Я не могу встречаться с тобой.

– Почему? Родители?

– Нет.

– Ты же не замужем?

– Бог миловал.

– Тогда что нам мешает? Нам было хорошо. И будет…

– Не будет.

– Почему?

Интересно, что говорят в таких случаях другие женщины? Сказать, чтобы отвалил по-хорошему, пока не стало по-мечиславовски? М-да, представляю, как будет издеваться надо мной вампир.

– Сережа, постарайся меня понять. У меня совсем другая жизнь.

– Ты хочешь сказать, что твои родители богаче? Но я же не предлагаю тебе замуж. Погуляем, потом разбежимся. Или ты стесняешься? Из-за того, что тебе стало плохо? Но это физиология! Отравиться каждый может. И я, и ты, и президент России. Зачем всё рвать сейчас? Все ведь может быть очень неплохо.

– Потому что я к тебе ничего не чувствую. А почувствовать мне не позволят.

– Кто?

От необходимости отвечать меня избавил звонок телефона.

– Собирайся и выметайся. Скоро мои предки придут.

Я подняла трубку.

– Да?

– Юлия Евгеньевна?

– Да. А…

– Это Константин Сергеевич.

– Вы получили мое сообщение?

– Да. Юля, вы не возражаете, если я к вам заеду завтра в час дня?

– Что вы. Буду ждать.

– У вас найдется достаточно времени?

– Достаточно – это сколько?

Я старалась быть деловитой и серьезной. Очень старалась, но получалось плохо. И интонации не те, и голос подрагивает… мне тяжело пришлось. И собеседник все это отлично понимал.

– Нам надо обсудить очень серьезную проблему.

– По телефону вы никак не можете мне сказать, что произошло?

– Нет. Простите.

– Бог простит, а черт не осудит. Константин Сергеевич, я вас буду завтра ждать. До свидания?

– До свидания.

Сережа уже стоял в коридоре.

– Я зайду завтра?

– Нет.

– А послезавтра?

– Нет.

Игривый тон сменился недоуменной гримасой.

– А…

– Я не могу встречаться с человеком, который так относится к доблестной российской армии, – печально провыла я. – Прощай! Не вспоминай лихом, вспоминай водкой.

И ловко выпихнула растерявшегося парня на площадку.

Так-то.

Я огляделась вокруг. Что ж, это романтическое свидание Сережа запомнит надолго. И я вдруг расхохоталась как сумасшедшая. Что я обещала мальчику? Незабываемые впечатления? М-да. Интересно, если бы Джульетту стошнило прямо на Ромео, когда он страдал под балконом, – что бы написал дедушка Шекспир? Уж точно не трагедию.

Теперь прибраться как следует, потом еще раз в душ – и одеваться. Оборотни могут и пораньше заехать. Вольпы – ребята обязательные.

Уборка заняла еще около часа. Одежда – минут пятнадцать.

Я не стала привередничать с одеждой. Если кто не знает, инициация нового оборотня проводится либо при форс-мажорных обстоятельствах абы где, либо, если все запланировано, – в лесной глуши, где даже лесники не ходят. Или ходят, так как лесниками там тоже оборотни.

Ой, не просто так по Руси легенды о лесниках ходили…

Я натянула простые джинсы и футболку, которую уже было не жалко, зашнуровала кроссовки и на всякий случай прихватила ветровку. Перекидала мелочи в рюкзачок и набрала дедушкин мобильник.

Как мне не хотелось этого разговора! А надо… Позарез надо.

– Леоверенский.

– Дед, это я.

– Юлька? Что случилось?

Каково? Никаких «о природе, о погоде…». Сразу к делу.

– Ты сейчас один или с мамой?

– Мы телевизор смотрим.

– Тогда лучше выйди, чтобы мама не слышала.

– Минуту.

Я послушно ждала. Наконец дед опять появился в сети.

– Итак?

– Дед, ты там сядь, ладно?

– Давай, говори, куда вляпалась.

– Я – никуда. Славка объявился.

– Кто? – не сразу среагировал дед. Пришлось пояснить.

– Мой блудный брат, а твой гулящий внук.

– И чего он хочет? Прощения и возлюбления?

Ехидства в голосе деда хватило бы на батальон КВНщиков.

Я фыркнула.

– Этого бы и я отвесила. Но ему нужна помощь. Материальная.

Молчание. Потом из трубки понесся такой мат… Истинно солдатский. Я аж заслушалась.

– И это все, что он… хочет?!

– Дед, я ему это уже сказала, – вклинилась я.

Дед перевел дух.

– Извини, Юленок. Увлекся.

– Ничего, я это уже слышала.

– Ладно… Слышала одна такая. Я надеюсь, ты подобным образом не выражаешься?

– Выражаюсь. Других слов Славка не понимал. Пришлось объяснять доходчиво.

– Угу. И чего хочет этот выкидыш семейства?

– Если вкратце, этот придурок умудрился вляпаться в оборотневские разборки и прибежал к нам за помощью. И за билетом до Канар.