Галина Гончарова - Клыкастые страсти

– Надя, Вадим, хэлло! А вы, молодой человек?

– Александр. Я оборотень-тигр.

– Очень приятно. Я Юля, прошу так меня и называть.

– Так и будем. Юлька, покажись, покрутись! Обалденно выглядишь!

Так прошло еще полчаса. Борис мгновенно сфотографировал меня на камеру телефона, отправил снимок шефу, поговорил с ним и получил одобрение, но мне трубку предлагать не стал. Оно и к лучшему. Мечислав меня уже достал по самые печенки с селезенками. Если он меня разозлит перед встречей с Рамиресом, я за себя не отвечаю.

Что такое наш местный аэропорт?

Если вкратце – помойка. Если подробно – запустение и разруха. Как во время перестройки всё растащили, так и не собрали обратно. Выщербленные плиты, покореженный асфальт, старые здания, которым уже лет десять как нужен капремонт, старые мозаики на стенках, изображающие самолеты и молодых строителей коммунизма…

Запах.

Неистребимый запах запустения и разрухи. И почему-то – общественного туалета. Это достало меня больше всего, и мы не стали ждать в здании.

По каким-то странным причинам наш аэропорт все еще работал. К нему было приписано два старых самолета и несколько мини-самолетиков типа «кукурузник». Рамирес собирался прилететь на маленьком частном самолете. По моим скромным прикидкам, этот самолет стоил больше, чем весь наш аэропорт. А на мой вопрос о скрытности Борис только плечами пожал. Настолько даже ИПФ нарываться не станет.

В аэропорту я сидеть отказалась, и мы ждали, как порядочные, в машинах. За это время я тренировалась видеть ауры. Получалось неплохо. Надя была интенсивно-зеленой с оттенками лилового, красного и желтого. Симпатичное сочетание. Борис был в основном оранжевым с красным и синим. В области левой ноги плавали серые пятна; когда я спросила о них, оказалось, что вампир недавно сильно потянул связки. Скоро всё восстановится, но пока болит.

Александр оказался розовато-желтым с примесью синего. Это в основных цветах. Конечно, у всех были примеси, дополнения, вкрапления, а у Нади и Александра еще и серебряный рисунок по ауре. У Бориса он тоже был, но черный. Что-то он изображал, но стоило мне начать вглядываться – и ауры теряли четкость, я просто переставала их видеть. Печально. Вчера мне очень повезло с Настей. Чтобы так долго видеть, да еще и корректировать… Видимо, меня сильно зацепила магия стаи.

Пока мы ждали, у меня затрезвонил телефон. Я взглянула на номер – Валентин – и нажала кнопку приема.

– Да?

– Юля, привет. У тебя есть пара минут пообщаться?

– Да. Привет. Что случилось?

– Да ничего особенного. Просто твой братец очень хочет пообщаться с твоим дедом.

– А не пошел бы он?..

– Юля, ну ты же знаешь, что лучше раньше, чем позже. И еще… Его это сильно волнует, а мне нужен спокойный и полностью контролирующий себя оборотень.

– А ты пригрози ему хвост оторвать…

– Юля…

Ругалась я больше из принципа.

– Ладно. Сейчас позвоню деду; если он не спит, перезвоню тебе.

– Договорились. Не прощаюсь.

Оборотень отключился. Я взглянула на часы и набрала домашний номер. Повезло, трубку снял дед.

– Леоверенский.

– Леоверенская. Привет, салфет!

– Сама такая, поганка. Опять к матери не зашла?! Уши оборву! Что случилось?

– Славка хочет с тобой повидаться.

– Зачем мне на него смотреть? Пошли его сама к чертям!

– Мне он не верит.

– Так дай ему трубку, я сам скажу.

– Его рядом нет. Может, я его все-таки привезу?

Дед помолчал пару минут.

– Ладно. Привози. Завтра у меня с часу до двух свободное время. Сможешь?

– Спрашиваешь!

– Тогда договорились. С матерью поговоришь?

Мне бы и хотелось, но скоро прилетит Рамирес. Нельзя перед такой встречей расслабляться, нельзя…

– Потом. Обещаю.

Дед помолчал еще секунд двадцать.

– Когда у тебя решатся проблемы?

Вот так. И я ведь ничего не говорила, даже не намекала, что у меня проблемы… Если из нашей семьи кто и ясновидящий, так это дед.

– Если все срастется – сегодня или завтра.

– Если нет?

– Неделя.

– Неделю я твою мать придержу. Потом изволь явиться. Ясно?

– Да.

– До завтра.

– До завтра.

Из трубки донеслись гудки. Перезвонить Валентину и договориться, что завтра за мной заедут оборотни со Славкой, было делом техники.

А потом загудел самолет. Мы поспешно прошли на взлетно-посадочную полосу, и по лесенке к нам спустился Рамирес. Как всегда, очаровательный: черный костюм, белая рубашка, красно-серый галстук – вампир был похож на преуспевающего бизнесмена, а не на эмиссара Совета. В прошлый раз, когда мы виделись, он выглядел совершенно по-другому.

Или это он в домашней обстановке расслабляется, а здесь старается не выделяться? Наверное, именно так.

– Юленька, я рад вас видеть! Прикажите сопровождающим захватить мои чемоданы.

– Разумеется, – пропела я. – Александр, Борис, позаботьтесь, пожалуйста. А я пока провожу нашего гостя к машине.

– С радостью воспользуюсь вашим приглашением.

М-да, хорошо, что мы на двух машинах, и обе джипы. Куда бы мы погрузили шесть чемоданов размером со средний холодильник – ума не приложу. Но для Бориса они проблем не представляли. Надя тоже подключилась к процессу. Оборотни и вампир подхватили каждый по две штуки и потащили к машинам. А Рамирес ловко подцепил меня под руку.

– Рамирес. Рада вас видеть.

– Юленька, вы стали просто очаровательны. При нашей первой встрече вы были алмазом, но теперь вы бриллиант, рассеивающий темноту ночи.

– Мечислав – прекрасный ювелир, – пожала я плечами. Небрежно, но доходчиво. Так-то. В переводе – смотри, но руками не трогай. Не про твою честь пирожки пекли… Не твоя – не лапай!

– И поэтому вас потянуло на сторону от такой прелести?

Твою антилопу! Сутки, как я переспала с мальчишкой, а Рамирес уже откуда-то об этом знает?! Кто настучал?! Найду – на куски порву урода!

Взревел в глубине души зверь-из-зеркала. Но внешне я осталась спокойной.

– Мне хотелось попробовать, каково это с человеком.

– И Мечислав разрешил?

– Он был недоволен, но все понял.

Ни слова неправды. Я же не уточняла, когда он все понял – до или после секса.

– А к другим вампирам это относится?

Рука Рамиреса легла мне на колено.

Ты что себе позволяешь, падла?! Да если каждое непарнокопытное меня руками трогать будет, коленей не напасешься! – в унисон взревели обе части моей души.

И внутри медленно, но неотвратимо поднялась волна ярости. Рамирес, кажется, почувствовал ее, но сделать уже ничего не смог бы. Сила , раскручивающаяся вокруг меня облаком, уверенно вцепилась в его ауру, опознала – и не захотела отпускать свою жертву. Она собиралась вокруг нас грозовыми тучами, и я все отчетливее понимала, что мне надо либо отдать все вампиру, либо просто прибить его. Меньше как-то не получится.