Array Сборник - Пособники. Исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма
- Название:Пособники. Исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:978-5-6043328-3-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Array Сборник - Пособники. Исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма краткое содержание
Издание ориентировано не только на профессиональных историков, но и на всех читателей, интересующихся данной проблематикой.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Пособники. Исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
На основании положений уголовного законодательства СССР, включая подзаконные акты, изданные в период Великой Отечественной войны, в 1943–1949 гг. в СССР состоялись 20 судебных процессов в отношении нацистских военных преступников и коллаборационистов – в Харькове, Краснодаре, Краснодоне, Смоленске, Брянске, Ленинграде, Николаеве, Минске, Киеве, Великих Луках, Риге, Сталино, Бобруйске, Севастополе, Чернигове, Полтаве, Витебске, Кишиневе, Новгороде и Гомеле. Так, важным событием был Краснодонский судебный процесс над коллаборационистами (август 1943 г.), которые обвинялись, в том числе, в предательстве известной подпольной организации «Молодая гвардия». Трое осужденных были казнены публично в присутствии около 5 тыс. жителей Краснодона. Харьковский процесс (декабрь 1943 г.) – первый в мире суд над нацистскими военными преступниками, среди которых были трое германских военнослужащих и один коллаборационист. Они были приговорены к смертной казни, которая была приведена в исполнение в присутствии 50 тыс. жителей Харькова. Именно этот процесс создал юридический прецедент, закрепленный позже Международным военным трибуналом в Нюрнберге: «Приказ не освобождает от ответственности за геноцид» [51] Сагалов З.В. Прелюдия к Нюрнбергу: Повесть, основанная на документах. Харьков, 1990. С. 83.
. Следует также отметить, что амнистия 1955 г. не применялась «к карателям, осужденным за убийства и истязания советских граждан».
К коллаборационистам, совершившим на оккупированных территориях СССР военные преступления, фактически, применялись не только «законы военного времени», но и положение об обстоятельствах, отягчающих вину: «совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений… с особой жестокостью, насилием или хитростью, или в отношении лиц, подчиненных преступнику… либо в особо беспомощном по возрасту или иным условиям состоянии» (ст. 47 УК РСФСР).
Одним из наиболее спорных моментов для историков является оценка причин и последствий политических мотивов участия в коллаборационизме. Однако, с точки зрения советского законодательства, здесь все однозначно – эти мотивы имели своей целью насильственное изменение в СССР конституционного строя (соответственно, реализация этнополитических мотивов выливалась в покушение на территориальную целостность Советского Союза), а такой вид преступных деяний всегда признается особо опасным для государства.
Известны два резонансных судебных процесса над «политическими» коллаборационистами. Первый был проведен 30–31 июля 1946 г. по обвинению, пожалуй, самого известного коллаборациониста из числа граждан СССР – бывшего генерал-лейтенанта Красной армии А.А. Власова, а также 11 его соратников. Обвинение было предъявлено по статьям 58 1б, 58 8, 58 9, 58 10, ч. 2, 58 11УК РСФСР и по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. Всем подсудимым был вынесен смертный приговор, приведенный в исполнение 1 августа 1946 г. Решением Верховного суда РФ от 1 ноября 2001 г. с осужденных было посмертно снято обвинение в «контрреволюционной пропаганде» (ст. 58 10, ч. 2), однако по остальным пунктам обвинения они реабилитированы не были, в том числе по «коллаборационистской» статье 58 1бУК РСФСР.
15–16 января 1947 г. состоялся судебный процесс в отношении П.Н. Краснова, А.Г. Шкуро, Султан-Гирея Клыч, С.Н. Краснова, Т.Н. Доманова и Г. фон Паннвица. Обвинения были предъявлены по статьям 58 1а, 58 6, ч. 1, 58 8, 58 11УК РСФСР и по упомянутому выше Указу Президиума Верховного Совета СССР. Среди подсудимых единственным гражданином СССР был Т.Н. Доманов, и поэтому только он получил обвинение по «коллаборационистской» статье 58 1а(наряду с ст. 58 11и Указом). Г. фон Паннвиц, урожденный гражданин Германии, не имевший отношения ни к России, ни к СССР, был осужден исключительно за военные преступления (т. е. только по Указу). Обвинения в отношении четырех остальных подсудимых – деятелей Белого движения, эмигрантов из России и не граждан СССР – были основаны на нормах Указа и разных сочетаний статей 58 6, ч. 1, 58 8, 58 11УК РСФСР. Всем подсудимым был вынесен смертный приговор, и 16 января 1947 г. они были казнены. Из всех осужденных был в 1996 г. реабилитирован только Г. фон Паннвиц, однако в 2001 г. это решение было отменено.
Субъект
Наконец, субъект преступного деяния – это всегда, по определению, человек (физическое лицо). Для деяния, которое квалифицируется как коллаборационизм, советское законодательство определило специальный субъект – лицо, обладающее гражданством СССР [52] Трайнин А., Меньшагин В., Вышинская З. Уголовный кодекс… С. 63.
. Это один из самых важных моментов в определении термина «коллаборационист», поскольку иногда в публицистике к «отечественным» коллаборационистам причисляют людей в независимости от наличия у них гражданства СССР.
Таким образом, при квалификации преступного деяния необходимо осуществить идентификацию гражданства (подданства [53] В государствах с монархической формой правления.
) человека . В Советском Союзе наличие гражданства подтверждалось материалами учета в соответствующих государственных органах (паспортные столы и пр.) и документом, который находился на руках у человека (паспорт гражданина СССР). В этом вопросе могут возникнуть две основные трудности. Во-первых, утрата учетных материалов паспортных столов в условиях войны (можно представить, сколько документов не было вывезено или было уничтожено, особенно летом и осенью 1941 г. и летом 1942 г.). Во-вторых, отсутствие паспортов у сельского населения. Согласно постановлению СНК СССР от 28 апреля 1933 г.,жители сельской местности (таковые составляли около 67 % населения Советского Союза) были лишены права иметь паспорта (кроме жителей «населенных пунктов, являющихся районными центрами, а также на всех новостройках, на промышленных предприятиях, на транспорте, в совхозах, в населенных пунктах, где расположены МТС, и в населенных пунктах в пределах 100-километровой западноевропейской пограничной полосы Союза ССР»).
Может возникнуть трудность также в выяснении наличия гражданства у эмигрантов из России и СССР, которые были вовлечены в сотрудничество с Третьим рейхом и его сателлитами. С одной стороны, советское законодательство предусматривало некоторую «принудительность» присвоения гражданства СССР. Ст. 3 Положения о союзном гражданстве(утверждено постановлением ЦИК СССР от 29 октября 1924 г.) гласила, что «каждое лицо, находящееся на территории Союза ССР, признается гражданином Союза ССР, поскольку не будет им доказано, что оно является иностранным гражданином». Таким образом, не совсем правомерно на самого человека возлагалась обязанность доказывания отсутствия у него советского гражданства.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: