Арие Бен-Цель - Рассказы для Ноя
- Название:Рассказы для Ноя
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:9785005142191
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Арие Бен-Цель - Рассказы для Ноя краткое содержание
Рассказы для Ноя - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Под конец трапезы, когда все начали ощущать несколько утомительную и слегка усыпляющую истому, отец сделал ожидаемый ход.
– Ну, как дела в академическом мире? Были ли какие-нибудь революционные открытия в литературе за последнее время? – спросил он, ставя на блюдце кофейную чашечку.
Ной хорошо помнил колкие реплики отца вроде «Если человек „пишет в стол“, это значит, что он пишет для „мебели“?» или «Хватало слов, но не хватало мысли. Когда хватало мысли, не хватало слов…»
– Папа, ну к чему этот сарказм. Искусство, как ты отлично знаешь, это не наука, где постоянно происходит революция. Единственная заметная динамика в литературе – это неуклонно растущее количество пишущих людей. И почти все из них хотели бы называться писателями. Это объясняется и высокой грамотностью населения, и доступностью литературы, и возможностью и легкостью опубликования текстов благодаря Интернету. Если когда-то, ну, допустим, во времена Александрийской библиотеки, несмотря на ее богатство, доступ к ней был ограничен в первую очередь неумением большинства населения читать, то теперь мы практически все читатели, и любая литература нам доступна через компьютер.
– Полагаю, что соотношение писателей и читателей не особенно изменилось в пропорциональном соотношении, – начал было отец развивать свою гипотезу о спросе и предложении в искусстве в разные исторические периоды.
– Ты полагаешь, что, не будь у «пророка» своего мнения о содержимом книг в Александрийской библиотеке, грамотность населения продолжала бы расти? – спросил дед.
– Несомненно. Спрос порождает предложение и наоборот. Однако насилию власти искусство мешало всегда. Оно, и в первую очередь литература, стимулировало «ненадежный элемент», который был опасен для власти даже в неграмотном обществе, – ответил Ной.
– Да-да, мы все читали Вольтера. Он, кстати, был тот еще тип – скользкий, хитрый, но в некоторых случаях и весьма щедрый, хотя, по-видимому, расчетливый, – вставил отец. – А как же насчет соотношения писателей к читателям в качественном смысле?
– Если мы говорим о художественной литературе, то еще со времен Ренессанса, грубо выражаясь, в спросе на искусства вообще, а на литературу в частности, наблюдается постоянный рост как среди потребителей, так и среди поставщиков. Знаковой фигурой в этот эмбриональный момент эволюции литературы является Эразм Роттердамский 1 1 Эразм Роттердамский – крупнейший ученый Северного Возрождения. Способствовал возвращению в культурный обиход литературного наследия античности.
, – ответил Ной.
– Тебе все-таки нужно было стать экономистом. Ты говоришь об искусстве, как экономист, – перебил его дед.
– Это было специально для тебя, дедушка, – улыбнулся внук.
– Мне кажется, что не только как экономист, но и как историк. А вот скажи-ка мне, универсальный литератор, какова все же тема твоей диссертации? Она ведь не на тему исторического развития литературы? И, я думаю, не о ее экономической целесообразности? Полагаю, избранная тобой тема не ставит перед автором задачу раскрыть роль юриспруденции в литературе? Растиньяк 2 2 Эжен де Растиньяк – один из героев некоторых романов эпопеи «Человеческая комедия» Оноре де Бальзака.
, пожалуй, самый яркий известный мне юрист в литературе, да и он не делает особой чести профессии, – продолжил язвить отец. – Литература и юриспруденция явно не братья-близнецы.
– Литература и история гораздо ближе, почти как юриспруденция и экономика. В этих парах всегда гораздо больше интеракции и взаимопроникновения.
– Так какова же твоя тема? – с интересом спросил дед, возвращаясь к вопросу сына.
– Не знаю… – тихо и грустно ответил Ной. – Мое предложение о сравнении героев международной литературы, находящихся в зените своих возможностей, было отвергнуто, – продолжил он.
– Честно, я не могу понять почему. Мне кажется, что эта тема очень интересна. Провести сравнительный анализ сходств и различий самых разных героев из самых разных стран, когда все они приближаются или находятся в зените своего потенциала. Увидеть, что между ними общего. Какова их связь с их средой обитания. Каковы их цели и амбиции. Как они воспринимаются обществом. Что за ними стоит и что толкает совершать те или иные поступки.
– Я бы сказал, что это здорово напоминает социологический опрос, – сказал дед.
– Ну не без этого, хотя в гораздо более широкой и углубленной форме и, естественно, со своими нюансами. Но при желании нечто аналогичное можно сказать и об исследовании Авраама Маслоу 3 3 Авраам Маслоу – известный американский психолог, основатель гуманистической психологии.
. Это возраст, в котором былые горизонты уже не воодушевляют, как прежде, и постепенно трансформируются в более реальные цели.
– Мы же, конечно, уж не те, но в коей мере все же эти… – съязвил отец. – Если былые горизонты более не воодушевляют, не является ли это возрастным или депрессивным влиянием? – добавил он, как бы спрашивая самого себя.
– Это тот возрастной этап, на котором интеллектуальные, эмоциональные и физические приобретения максимально выше потерь. По-видимому, мужчина достигает оптимального возраста, когда его приобретенный и продолжающий расти опыт доходит до одного уровня с начинающимся возрастным спадом энергии и физических возможностей. В такой момент впервые человек начинает осознавать, что здоровье – это не нечто само собой разумеющееся. Ответы на многие жизненные вопросы найдены, и обнаружены другие вопросы, ответы на которые найдены не будут. Это тот возраст, когда молодецкое «Я все могу» еще не успело побледнеть, но и зрелое и рациональное «А имеет ли это смысл» уже начинает проявляться. Перевалив через очередной возрастной барьер, предшествующий, как правило, начинает казаться прекрасным. Не этим ли феноменом определяется наше сентиментальное отношение к мемуарам? Большую часть жизни мы считаем себя молодыми в прошлом и старыми в настоящем, – сказал дед, а он знал толк в философии. – А жизнь, кажущаяся такой длинной и медленной в начале, всегда кажется такой короткой и быстротечной в конце. Думаю, это потому, что год в восьмилетнем возрасте – это двенадцать с половиной процентов прожитой жизни, тогда как в восьмидесятилетнем – это всего лишь один процент с четвертью, – заключил он.
– Общение с интересными людьми делает нас более интересными. Я бы нисколько не удивилась, если бы узнала, что это и было одной из руководящих идей, которая стояла за исследованием Маслоу, – вставила бабушка.
– С возрастом у меня все чаще возникает впечатление, что я оказался не так умен, как считал раньше. Судя по тому, что я это вижу, я все же становлюсь умнее, а если так, то не исключено, что это не поздно и в моем возрасте, – опять заговорил дед.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: