Полиэн - Стратегемы

1. Телесиник Коринфянин в гавани сиракузян вступил в морское сражение с афинянами. Когда же, большую часть дня сражаясь, они устали, послав маленькое суденышко в город сиракузян, приказал привести в гавань съестные припасы. Когда он увидел привезенное, то, подав сигнал, отплыл до начала морского сражения к гавани. Афиняне же и сами поспешно с удовольствием на земле стали завтракать, рассеявшись друг от друга; он же, когда воины употребили готовую еду, тотчас отправившись со многими лучниками и дротикометателями на палубах, неожиданно напав на афинян, вынужденных в беспорядке и в замешательстве совершать восхождение на корабли, атаковав их триерами с обращенными на врагов носами, и победил [1159].

2. Телесиник, когда враги завтракали по своим сигналам и все остальное делали сходным образом, приказал, чтобы его воины на лучше всего плавающих триерах, позавтракав до утра, сев на корабли, отдыхали. Когда же пришло время завтрака, он по обыкновению дал сигнал. Те же, кто был на других судах, готовили завтрак, и враги, то же самое видя, занимались приготовлением пищи. Те же из сиракузян, которые раньше взошли на корабли, выйдя на палубы, отплыв, уничтожили многие триеры врагов, когда те занимались едой.

1. Помписк Аркадянин, всегда становясь лагерем, дороги, ведущие к лагерю, одни срывал, а вторые загораживал рвом, а другие же новые он прокладывал, чтобы лазутчики или нападающие ночью, падали во рвы, так как не знали о новых дорогах.

2. Помписк, так как враги с близкого расстояния наблюдали за его сигналами и приказаниями, тайно повелел воинам пользоваться явными приказами наоборот.

3. Помписк, окружив город войском, мешал врагам выйти в большую часть окрестностей, он оставил одно место и грабящим приказал удерживаться от этого места. Люди из города здесь без страха проходили. Он же от разведчиков узнал, что было много выходящих, напав, большую их часть одолел.

4. Помписк, осаждая укрепление, которое было невозможно взять, послал перебежчика, сообщившего, что, когда аркадяне послали за ним, Помписком, он оказался в затруднительном положении, как бы ему снять осаду; они же, обрадовавшись и через немногое время увидев войско отступающим, сочтя, что перебежчик говорит правду, выйдя вперед, разграбили многое из лагеря. Помписк же, повернув назад, напав, захватив их, овладел и их укреплением.

5. Помписк, чтобы быстрее поймать лазутчиков врагов, немногие входы в лагерь приготовил и поставил около них на возвышенности пилос [1160], и отправлявшимся за фуражом приказывал проходить мимо пилоса. Лазутчики, остерегаясь этих проходов, как очевидных для врага, пытаясь пробраться по окольным дорогам, быстро были пойманы.

6. Помписк послал лазутчиками людей, не знавших друг друга, чтобы они не сговорились и не принесли лживых сведений. Он же запретил им разговаривать с кем бы то ни было из находящихся в лагере, чтобы кто-либо раньше их не сообщил врагам об их намечающемся выступлении.

Никон Самосец, кормчий на корабле, вблизи триер врагов, стоявших на якоре, желал, проплывая, остаться незамеченным; он свой корабль выкрасил цветом вражеских триер [1161], приказав самым лучшим и самым сильным телом гребцам проплыть около самых носов вражеских триер, словно бы он является им другом. Пройдя у крайних стоящих на якоре кораблей, бегущий отплыл от испуганных и удивленных врагов. И только тогда они узнали, что он враг, когда уже невозможно было его схватить.

Неарх Критянин овладел Телмессом [1163], находящимся под властью Антипатрида [1164]. Неарх приплыл в гавань. Когда же Антипатрид, являющийся его старинным другом, спустился из крепости к нему и они переговорили о некоторых делах и договорились, критянин сказал, что он хочет оставить у него пленных женщин и детей. Антипатрид позволил, пленные дети перенесли багаж женщин-певиц: в деревянных ящиках из-под флейт находились обнаженные кинжалы, в сундуках же — пельты. Как только они оказались внутри крепости, люди, ведущие женщин и детей, обнажив кинжалы, захватили крепость, и Неарх овладел Телмессом.

Дорофей Левкадиец [1165], имея один корабль, преследуемый двумя триерами, вернулся в гавань, пройдя недалеко от них вперед. Обогнув оконечность гавани, он тотчас повернул корабль; передняя из вражеских триер, преследуя Дорофея, стремительно несясь, входила в гавань. Дорофей, напав с фланга, потопил ее, другой же корабль, увидев переднюю триеру тонущей, удалился.

Сосистрат склонил народ сиракузян постановить изгнать мужей-друзей Агафокла, содействовавших ему в тирании, вместе с домашними. Когда оказалась вне города тысяча мужей, сопровождающие их гоплиты и всадники одних, схватив, убили, а других, разбежавшихся, Сосистрат, объявив, приказал уничтожить. Сам же захватил имущество изгнанников, и, собрав воинов из эллинов и варваров и из освобожденных из каменоломен, под их охраной он управлял сиракузянами [1166].

Диогнет Афинянин, желая захватить некий город, ночью, тайно высадив воинов и посадив их в засаду, на следующий день сам открыто приплывает. Жители из города к кораблям побежали помогать, а сидящие в засаде устремились в город и легко его захватили. Диогнет, приплыв и причалив, высадившись с кораблей, захватил тех, кто пришел на помощь.

Архебий, (будучи) гераклиотом, так как враги совершали непрерывные высадки, вытащив лодки рыбаков и под дном канатами соединив, сделал их неподвижными, сам вместе с некоторыми воинами сел в засаде. На дереве был наблюдателем трубач. Тот, увидев врагов, причаливающих на длинном корабле и двух триаконтерах и высадившихся, одних грабящими, а других — освобождающими от канатов лодки, дал сигнал трубой. Архебий, выведя сидящих в засаде, врагов убил, а их триаконтеры и длинный корабль отвел в гавань города.

Аристократ Афинянин, захватив лаконский корабль, обладая им, приплыл в город, союзный спартиатам, имея внутри корабля много мужей, вооруженных кинжалами. Одни приняли корабль в гавани как союзный, а другие (люди Аристократа), высадившись с корабля, напав на проходящих, десять из них убили, а двадцать пять, схватив, увезли, которых Аристократ освободил за большие деньги.

Аристомах, захватив триеры кардиян, поменяв гребцов и снабдив триеры, носами своих кораблей, играя на флейте, подплывал, таща собственные корабли, поздно причалил к берегу. Кардияне устремились из города к кораблям как к своим и победившим, аристомаховцы же, высадившись с кораблей, убили многих из кардиян [1168].