Афиней - Пир мудрецов

Стояли медные там тазы

Больше погреба на двенадцать лож;

Подпоясавшись, Котис сам разливал

Из них золотым половником суп.

Напробовавшись из кратеров, упал

Он пьяным еще до попойки.

На флейте играл им Антигенид,

На кифаре - аркадский Кефисодот,

[с] И Аргас пел; воспевали они

То широкоравнинную Спарту,

То, меняя напев, доходили до Фив

Семивратных. Жених в приданое взял

Кобыл двух гнедых, стадо коз, да щит

Золотой ...... плоскодонный фиал [ср.485а],

Со снегом кувшин, да проса горшок,

Погреб луковиц-бульб {17} в двенадцать локтей

{17 ...луковиц-булъб... — Речь идет о луковицах мускари (Muscari comosum Mill.), повседневной греческой пище наряду с луком и чесноком; что касается гекатомбы (изначально праздничная жертва из ста быков, потом — любая большая жертва), то она «устроена» либо из осьминогов, либо, что реальней для Фракии, при условии метрической гаплологии (πολυπόδων вместо πολυποδίων, — как немногим дальше, в описании правильного пира, πουλυποδείων вместо πολυπόδων), из растения многоножка обыкновенная или сладкокорень (Polypodium vulgare L.), обладающего в основном медицинскими качествами (эффект слабительного), весьма широко применяемого в античности, так что оба примера служат показателем того, что описываемое свадебное торжество нельзя назвать роскошным.}

И целых сто осьминогов!

Вот какой дал, разносит молва,

Котис свадебный пир Ификрату.

Величавей его и пышнее стократ

[d] У наших хозяев готовится пир.

Чего только нет здесь, какого добра!

Сирийской миррою дом пропах,

Дымится ладан; радуют глаз

Лепешки ячменные, пироги

Молочные, мягкие булки,

Потроха, осьминоги, сало, чеснок,

Колбасы, похлебки, свекла, бобы

Натертые, "трии", ячменный отвар,

Пирожные винные, скумбрия,

Сардины, пшеничная каша,

Бобы и бобовые, вика, фасоль,

Бараний рубец, молозиво, мед,

Орехи, сыр, запеканки,

Кальмары и крабы жареные,

Вареные каракатицы,

Кефаль, мурены и пескари.

[e] Губаны вареные, самки тунцов

Поджаренные и окуни,

Морские черти и камбалы,

Сростнозубые рыбы, колючая

Акула, султанка и скаты -

Электрические, шиповатые,

Соленая рина, алозы и хек,

Медовые соты и виноград,

С ними яблоки, смоквы, лепешки, кизил,

Гранаты, мак и груши с ветвей,

Тимьян, сафлор и масличный жом,

Маслины, молочные пироги,

И лук, и порей, и лук-порей,

Лук-бульба, цветная капуста, укроп,

Закваска сычужная, уксус, кунжут,

Чечевица, кузнечики, сильфий и кресс,

Трубачи, и пинны, и яйца, и соль,

И мидии, и гребешки, тунцы,

И устрицы, блюдечки; кроме того,

Бесчисленное количество птиц:

Утки, горлицы, гуси, дрозды, воробьи,

Сойки, лебеди, жаворонки, пеликан,

[f] Водяные дрозды и журавль...

- А журавль .

Возьми и задай по спине, по бокам

Зеваке праздному трепку,

Разбей ему лоб!

- Здесь есть для тебя

И вина: белое, сладкое,

......................... местное,

С нежным букетом, дымчатое.

8. Линкей же в "Кентавре" вот как высмеивает аттические обеды [Коск.III.274]:

- Скажу: приносит жертвы и готовит мне

Родосский повар, сам я - из Перинфа гость.

Ведь никому из нас пиры афинские

Не нравятся; приезжим отвратительны

(132) Аттические эти угощения:

Внесут большой поднос, на нем пять махоньких

Подносиков, и на одном их них чеснок,

Морских ежей на следующем парочка,

Лепешка винная на третьем, далее

Лежит десяток конхов, на последнем же

Осетрик маленький. Пока я ем одно,

Мой сотрапезник {18} поедает прочее,

{18 Мой сотрапезник... — Столики на пирах приносили к ложам, на которых пирующие возлежали по двое.}

И сколько съест он одного, я столько же

Другого уничтожу. А ведь я хочу

Поесть, милейший, и того и этого!

Но требую я, видно, невозможного:

Не пять ведь глоток у меня, не пятеро

[b] И рук. На вид красиво всё разложено,

Но ничего желудок не почувствует,

Лишь губы пачкаешь, не сыт нисколечко.

Чем угощаешь?

- Много устриц.

- Вынеси

Мне их большой поднос, не надо прочего!

А есть ежи морские?

- Разумеется;

За восемь я оболов раздобыл поднос.

- Вот это блюдо только нам и вынеси,

Чтоб ели все одно и то же, а не так:

Я ем одно, другое - сотрапезник мой.

Как рассказывает Гегесандр Дельфийский [FHG.IV.415], когда [c] парасита Дромея спросили, где обеды лучше, в Афинах или в Халкиде, он ответил, что закуска перед обедом в Халкиде приятнее, чем целый обед в Афинах. Закускою он называл разнообразных устриц, во множестве подававшихся перед обедом.

9. Дифил же в "Потерявшей мужа" выводит повара, который рассуждает так [Kock.II.545]:

- А много ли гостей на свадьбу позвано,

[d] И кто они, милейший? все афиняне,

Или иные с торжища приморского?

- Какое дело повару до этого?

- Пойми, отец, что в нашем деле главное -

Кого мы кормим, знать заблаговременно.

Допустим, ты позвал к обеду родосцев -

Так поднеси им сразу же горячего:

Вареного сома иль рыбы-лебия -

Им это слаще, чем вино душистое.

[e] - Сом - рыба знаменитая.

- А ежели

Гостей ты ожидаешь из Византия -

Во всё клади полынь, клади чеснок и соль

У них такая прорва рыбы водится,

Что заложило нос и притупило вкус.

Также у Менандра в "Трофонии" [fr.397]:

- Обед в честь гостя.

- Что за гость? Откуда он?

Ведь это знать небезразлично повару.

К примеру, если гость приехал с острова,

Где изобилье рыбы всевозможнейшей,

[f] Его не удивишь соленой рыбою -

Он до нее едва-едва дотронется

И предпочтет скорей с мясной начинкою

И с пряною приправой блюда тонкие.

Кто ж из далекой от морей Аркадии -

Тот должное воздаст моллюскам-блюдечкам,

А ионийцу-богатею сделаю

Кандавл, {19} и суп, и снедь афродисийскую.

{19 Кандавл — блюдо знаменитой своей роскошью лидийской кухни (подробнее см. XII. 516с-517а), по одной из версий, готовилось из отварного мяса, тертого хлеба, фригийского сыра, укропа и жирного соуса или бульона.}

10. Действительно, для возбуждения аппетита древние пользовались и (133) специальными блюдами, например маслинами в рассоле, которые они называют "утопленницами" (κολυμβάδας) [ср.56b]. Аристофан, например, пишет в "Старости" [Kock.I.426]:

Почтенный! Предпочтешь подружек зрелых ты

Иль полудевок, плотных, как соленая

Маслина?

Филемон в "Преследователе", или "Похлебкине" [Kock.II.488]:

- Какой же ты нашел

Вареную рыбешку?

- Очень маленькой!

Ты понял? И потом, всё заглушил рассол,

Густой и белый, - я приправ не чувствовал,

[b] Сковородой не пахла рыба. Врали все,

Что ты рассол хороший варишь.

Ели для аппетита даже цикад и акрид. Аристофан в "Анагире" [Коск.I.404]:

О как я рвусь {20} ловить на обед

{20 О как я рвусь... — Пародия на «Ипполита» Еврипида (219).}