Алла Щедрина - Эмигрант

– У тебя глаза, ид‑диот! – почти заорала Арика.

Роджер, появившийся на пороге, поинтересовался:

– Что стряслось?

Колдун поставил флакон обратно, стремительно подошел к шкафу, рывком открыл дверцу. Он действительно увидел себя в зеркале. Но назвать, то, что там отразилось, глазами можно было только с очень большой натяжкой. Неудивительно, что Арика так среагировала.

Впечатление было, что в глазницах плескался туман. Или что‑то очень похожее, серо‑дымчатое, постоянно движущееся. Причем отсутствовал даже намек на зрачок – серый цвет играл всеми оттенками, меняясь чуть не ежесекундно. Выглядело жутковато.

Зато, кажется, его нынешнее зрение, в отличие от того, что было, работало не хуже обычного. Даже лучше – колдун понял, что он и сквозь повязку видел, просто расплывчато, из‑за чего и не мог нормально ориентироваться.

Жорот попытался прикрыть веки. Во‑первых, они тоже были не совсем веками, настоящие давно превратились в шрамы, во‑вторых, он и сквозь них видел. Но тоже гораздо более размыто, что, теоретически, должно было давать хоть какой‑то отдых.

Арика тихо подошла сзади, обняла его за плечи. Поймала его взгляд в зеркале и тихо заметила:

– Извини. Я от неожиданности.

– Проверка, – выдохнул Жорот, поворачиваясь к ней лицом. – А что она дала тебе?

– Откуда я знаю? – Арика передернулась, зябко обхватила себя руками – без рубашки было прохладно.

– Ох. Прости, – спохватился колдун. – Давай закончим с перевязкой.

Женщина плюхнулась обратно на кровать и хотела взяться за флакон, но Жорот не дал.

– Мне удобней, – и принялся смачивать присохшие бинты.

– Стол здесь накрывать? – уточнил Роджер.

– Нет, – помотала головой женщина.

– Да, – кивнул колдун.

Они переглянулись. Причем Арика невольно передернулась от непривычного зрелища. Что не помешало ей возмутиться:

– Ну не люблю я в постели есть!

– Хорошо‑хорошо, – хмыкнул Жорот. – Где скажешь, мне не хочется, чтоб меня опять приложили спиной о подоконник.

Роджер вышел, а женщина недоверчиво уставилась на колдуна. Это когда она его из спальни магией вытолкнула, что ли? Арика прикинула план гостиной и возмутилась:

– Вот только не надо! Окно в противоположном конце комнаты было!

– Там и было, – кивнул колдун, продолжая возиться с раной, – Потерпи…

Женщина нахмурилась. Ну не могла она настолько сильно его швырнуть! Она покосилась на невозмутимого мужчину. Или могла? Ну и черт с ним. Извиняться все равно не станет. Меньше доставать надо.

Жорот тем временем разрезал бинты, снял их с плеча. Привычно обработал рану и перебинтовал заново. Поверхностные стигматы смазал из второго флакона и сообщил:

– Кровоостанавливающее. Это перевязывать не стоит. Идем?

Она кивнула, накинула свободную футболку и поскорей вышла из спальни. Чтоб Жорот опять не вздумал ее на руках таскать.

Стол был уже накрыт, на табуретке рядом сидел Роджер. Арика, увидев еду, побыстрей подсела – оказывается, была жутко голодна, только сейчас поняла. И принялась накладывать себе на тарелку всего понемногу. Колдун последовал ее примеру.

– Так что у вас стряслось? – уточнил Роджер.

– Проверка, – отозвался Жорот, открывая бутылку водки и наливая себе и Арике. – Незапланированная. Я вообще не знал, что Силы могут в Проверку вводить.

– Я не собираюсь напиваться с утра пораньше, – ворчливо сообщила Арика, покосившись на стаканчик.

– Считай, что еще вечер, – заметил колдун, – полчетвертого. И, пожалуйста, не капризничай. Сама после последней Проверки стресс снимала тем же.

– Все‑то ты знаешь, – хмыкнула Арика. – Родж, ты наябедничал?

– Отнюдь, – тоже хмыкнул колдун. – Ко мне примчалась Атана и стала выспрашивать, действительно ли можно отравиться двумя бутылками водки. Ее близнецы разыграли. Охламоны.

– Это детки подсматривали, как я надираюсь? Нормально…

Жорот пожал плечами и выпил.

– У кого из вас была Проверка? – уточнил Роджер.

– У обоих. Одновременно, – мрачно отозвалась Арика. И тоже опрокинула в себя рюмку – Жорот прав. И заснет легче, и нервы стабилизируются. Не к Ларсену же обращаться, в самом‑то деле. От этой мысли ее передернуло сильнее, чем от водки. Она уткнулась в тарелку.

– Что значит «одновременно»? – уточнил Роджер.

– В Проверке был не один, как обычно, а два реальных человека – я и Арика. Я так думаю, – сообщил колдун в перерыве между едой. Судя по скорости уничтожения того, что лежало на тарелке, он проголодался.

– Я тоже, – проворчала женщина. – Потому как никакая Проверка не смогла бы смоделировать твои, – она запнулась, не зная, как поделикатней сформулировать, – поступки.

Жорот поморщился:

– Нас поставили в ситуацию, когда можно было идти только в одном направлении. Ни ты, ни я по‑другому просто не смогли бы.

– Да при чем здесь ситуация, – раздраженно отозвалась Арика. Колдун, как всегда, подошел с какой‑то странной точки зрения, игнорируя единственный реальный факт – они чуть не убили друг друга.

– Как ты думаешь, почему в Проверке не было Роджа? Не потому ли, что в его присутствии мы бы не поссорились?

– Ну да. А без него…

– Это только один из факторов, – решительно перебил ее колдун. – Я уверен, Тодерс не станет в реальности требовать, чтобы ты вошла в Круг. Это было настолько дико, что выстегнуло меня полностью. Еще и Н'еве, который не прекратил это безумие, а поддержал.

– Значит, на инициацию можно, а в Круг нельзя?

– Да я и за инициацию… – Жорот осекся, – Но в ней основная нагрузка придется на меня! А в Круге на кого пойдет напряжение – предсказать невозможно!

– Ну‑ну, что «ты за инициацию»? – подбодрила его Арика. – Сцепишься с Н'еве?

Жорот промолчал, разливая. Какое‑то время жевал, хоть и не так энергично, как раньше. На вопрос, кстати, так и не ответил. Уставился на Арику своими жутковатыми глазами, мягко спросил:

– Выпьешь со мной?

Женщина взялась за рюмку. Роджер, дождавшись, пока люди выпьют, поинтересовался:

– Так что все‑таки было в вашей Проверке? Хоть приблизительно…

Он наблюдал, как переглянулись Жорот с Арикой. Наконец женщина неохотно начала говорить. Сухими, безличными фразами. Колдун так же сухо уточнял то, что Арика просто не могла знать. Когда они закончили, женщина не выдержала:

– Ну какого ты устроил бунт на этом своем Совете? Тоже нельзя было обойти?

– Не поверишь – нельзя. Меня в Совете никто не поддержал, хотя должны были. А работать в заведомо неверном направлении я не собирался, поэтому объявил о своем выходе и о том, что снимаю с себя всякие полномочия. И получаса не прошло, как меня арестовали. Заявили, что «по законам военного времени» я не имел права уходить с поста. Саботаж, еще что‑то там…