Курт Эйхенвальд - Песочные замки Уолл-стрит

Хотя далеко не все инвесторы понимали, что это значит, Кридон не сомневался, что это отлично понимает юридический отдел. Это был низкий поступок. Любой, кто не присоединится к групповому иску, может лично подать в суд на фирму. В этом случае он имеет возможность не только вернуть все свои деньги плюс проценты, но и добиться штрафных компенсаций.

При этом очень немногие адвокаты из тех, что берутся за групповые иски, в серьезных случаях мошенничества с ценными бумагами добиваются сколько-нибудь значимых результатов. Немногим из них удается довести групповой иск до разбирательства в суде. Вместо этого дело почти всегда улаживают выплатой компенсаций из расчета несколько центов за доллар. Инвесторам, потерявшим десятки тысяч долларов, возвращают несколько сотен. При этом адвокаты берут за урегулирование такого дела 35 % от общей суммы компенсации и получают миллионы. Кридон знал, что групповой иск против VMS выгоден лишь адвокатам да самой Prudential-Bache, которая аннулирует свои колоссальные денежные обязательства, выплатив ничтожные компенсации.

Кое-кто из брокеров и менеджеров Pru-Bache считал ответ юридического отдела гениальным ходом. Его в шутку называли письмом «а не пошли бы вы все». Некоторым брокерам очень нравился такой поворот дела. Если бы клиенты подавали иски персонально, скорее всего, записи об этом появились бы в их личных делах. Однако сведения о групповых исках туда не вносятся.

Кридон поднялся из-за стола и направился в кабинет своего босса Джона Айсла.

«Джон, все это мне очень не нравится, — сказал Кридон. — Мне говорили, что дело каждого клиента будет рассматриваться в индивидуальном порядке, но все они получили стандартные письма, в которых от них попросту отмахиваются».

«Такова избранная нами линия поведения, — сказал Айсл. — Эти клиенты собираются подать групповой иск. И мы будем решать эту проблему именно в таком виде».

Кридон начал было излагать свои сомнения по поводу групповых исков, но Айсл перебил его.

«Послушай, это вопрос решенный, и тебя он совершенно не касается, — сказал он. — Ты тратишь слишком много времени, размышляя об этом».

«Джон, это не может меня не касаться. Ведь страдают мои клиенты».

«Тогда перестань волноваться за этих клиентов и начинай подыскивать новых», — ответил Айсл.

Кридон не знал, что ответить. Очевидно, фирму не волновало, что пожилые инвесторы несут убытки из-за VMS. Его уверенность в порядочности Prudential-Bache испарилась без следа.

«Послушай, Джон, я считаю, что Prudential совершает большую ошибку, — сказал он. — Фирма избрала неправильную линию поведения. Все, чего она добьется, — выведет всех из себя. Все знают, что творилось здесь на самом деле. Куда продуктивнее быть честным и отвечать за то, что продаешь».

«Ты слишком много об этом думаешь, — сказал Айсл. — Отправляйся искать новых клиентов. А со старыми поговори по поводу группового иска. На другие темы не стоит».

Кридон недоуменно посмотрел на Айсла, не зная, что сказать. Он слышал те же указания, которые давали брокерам по всей стране: предай своих клиентов, продай их, найди новых. [25] Prudential Securities отрицает, что когда-либо пыталась склонить инвесторов к групповому иску, и отрицает, что Айсл предлагал сделать это. — См. Источники и примечания. В этом случае брокеру ничто не грозит, а фирма будет защищена.

Через несколько недель Кридону начали звонить отчаявшиеся инвесторы. В качестве проверки он предлагал им связаться с Айслом, своим менеджером. Каждый раз инвесторы звонили ему вновь и говорили, что, по словам Айсла, единственный вариант для них — присоединиться к групповому иску. Кридон спокойно предлагал им уточнить этот вопрос у их собственных адвокатов.

В конце лета клиенты начали звонить Кридону, чтобы посоветоваться насчет группового иска и иных своих законных прав. Пообещав перезвонить им, Кридон решил еще раз зайти к Айслу.

«Джон, моим клиентам очень не нравится идея о групповом иске, — сказал он. — Они хотят знать, каковы другие возможные варианты. Я хочу дать им полное представление об их правах. Объяснить, что они могут обратиться в арбитраж или по крайней мере поговорить с адвокатом. Полагаю, моя прямая обязанность действовать в их интересах».

Айсл поднял вверх указательный палец.

«Если ты посмеешь рассказать своим клиентам о подобных возможностях, ты уволен, — жестко сказал он. — Ты понял? Ты потеряешь работу, и все будет кончено».

Встав из-за стола, он подошел вплотную к Кридону.

«И не надейся, что тебе удастся сделать это исподтишка. Если твои клиенты один за другим начнут являться к нам с адвокатами, ты все равно будешь уволен. Поэтому сиди тихо и помалкивай».

Кридон в упор посмотрел на Айсла.

«Это неправильно, Джон, — сказал он. — И я не могу так поступить. Я думаю, и ты, и фирма делаете большую ошибку».

Резко развернувшись, он вышел из кабинета Айсла. Он понимал, что может лишиться должности. Если он не в состоянии помочь своим клиентам, работая в Prudential-Bache, ему придется уволиться. Такое же решение несколько месяцев назад принял Джин Бойл в связи со сделками Riser.

Заговор молчания был нарушен. Один за другим брокеры покидали фирму. Но самая главная измена была еще впереди. Именно тогда начнут раскрываться тайны Graham Resources.

Отель Four Seasons был одним из самых популярных мест ланча у брокеров из подразделения Prudential-Bache в Хьюстоне. В элегантном ресторане отеля можно было не только перекусить, но и переговорить с деловыми партнерами. При этом отель Four Seasons находился напротив, и из офиса туда можно было попасть по подземному переходу, не выходя на улицу. В знойное лето уже одно это делало его весьма популярным.

В августе 1990 года Джо Стифф, брокер из Хьюстона, решил, что именно здесь ему удобнее всего встретиться с одним из клиентов, Дэрилом Бристоу, известным хьюстонским адвокатом. За ланчем Стифф рассчитывал обсудить с ним кое-какие инвестиционные идеи.

В Four Seasons Стифф явился обеспокоенным, что было видно по его лицу. Он продал больше ценных бумаг товариществ Graham, чем кто-либо другой в Prudential-Bache. Он верил всему, о чем читал в материалах по маркетингу, и полагал, что товарищества обеспечивают надежное и безопасное вложение капитала. Он был особенно восхищен фондами роста и убедил многих своих клиентов купить их акции. Но когда уровень прибыли упал, несмотря на то что цены на нефть выросли, Стифф почувствовал, что здесь что-то неладно. Половину рабочего дня он тратил, отвечая на вопросы о том, почему товарищества не дают обещанных результатов. Многие его клиенты, включая самых крупных, отказались иметь с ним дело.

Бристоу появился вскоре после того, как Стифф нашел свободный столик. Они немного поболтали и направились к буфетной стойке. Бристоу видел, что Стифф встревожен. Наполнив тарелки, они вернулись за столик, и Стифф задал несколько вопросов о юридической практике Бристоу. Адвокат с нескрываемой гордостью перечислил несколько последних дел, где ему удалось отстоять интересы истца, и спросил Стиффа, как идет его бизнес.