Курт Эйхенвальд - Песочные замки Уолл-стрит

Джим Мориарти, адвокат и специалист по компьютерам, который подключился к работе несколько месяцев назад, внезапно подскочил.

«Черт побери, если они хотят, чтобы в этом участвовали регулирующие органы, они это получат, — сказал он. — Давайте позаботимся о том, чтобы они подключились к делу».

«О чем ты?» — спросил Бристоу.

«Мы представляем пять тысяч человек, которых эти ублюдки ободрали как липку, — ответил Мориарти. — Пострадавшие имеют законное право жаловаться. Давайте выясним, куда они должны отправить эти жалобы, и сообщим им эту информацию».

«Погоди, Джим, — сказал Бристоу. — У нас нет времени составлять жалобы для пяти тысяч человек».

«Дэрил, в этом вся прелесть ситуации, — сказал Мориарти. — Мы не будем писать эти жалобы. Все, что нам нужно сделать, — вооружить их информацией. Если они захотят что-то написать, это их дело».

Бристоу покачал головой. Идея показалась ему рискованной.

«Я не допущу, чтобы хоть один из моих клиентов пошел на необдуманный шаг и подал жалобу, с которой я не ознакомился».

«Почему нет? — всплеснул руками Мориарти. — Это их дело. Не наше. Они знают, что произошло, лучше, чем кто-либо другой. Каждый из них прекрасно сумеет изложить собственную историю без помощи толпы адвокатов».

«Опыт других инвесторов уже показал, что это может сработать, — сказал Мориарти. — Всего несколько месяцев назад, в июне, регулирующие органы Канзаса подали жалобу против Prudential Securities, обвиняя компанию в том, что она обманывала клиентов семи разных товариществ. Это было небольшое дело, но оно началось с того, что клиенты из Канзаса стали жаловаться».

Во взгляде Бристоу по-прежнему читалось сомнение. Мориарти подсел к нему.

«Дэрил, ты не понимаешь, что у нас есть, — сказал Мориарти. — Один-два человека не сделают погоды, это ничто для обвинителей и регулирующих органов. Но у нас пять тысяч человек. Вместе наши клиенты — сила. Их голос будет услышан. Они могут что-то сделать. Нам нужно лишь немного помочь им».

Бристоу задумчиво поскреб подбородок и посмотрел на Мориарти.

«Ладно, — сказал он. — Как это будет происходить?»

Найти названия и адреса всех организаций страны, регулирующих операции с ценными бумагами, было нелегкой задачей. Рассылку писем клиентам значительно упростила компьютерная программа. Она позволяла просто подставлять разные имена в стандартный текст. Инвесторам из Арканзаса предлагалось написать в регулирующий орган собственного штата, SEC и Национальную ассоциацию дилеров по ценных бумагам. Инвесторы из Флориды получили ту же самую информацию, но с данными регулирующего органа штата Флорида.

Письмо, подписанное Бристоу, было открытым предложением подать жалобу в государственные органы.

«Нас спрашивают, что можно сделать для борьбы с недобросовестными методами компаний Prudential и их деловых партнеров, кроме возбуждения судебного дела? Именно эти методы привели к развалу ряда товариществ, в отношении которых наших клиентов вводили в заблуждение, — писал Бристоу. — Одна из весьма эффективных мер — привлечь внимание соответствующих регулирующих органов к нарушениям в ходе продаж и управления».

В письме говорилось, что любой клиент может подать жалобу. При этом клиентов предупреждали, что не следует включать в жалобу подробности личного характера за исключением названий товариществ, в которые вкладывались средства.

«Предложите властям связаться с нами, и мы сообщим им все необходимые подробности, — говорилось в письме. — Мы с радостью предоставим им исчерпывающую информацию».

Пробная партия писем была разослана в начале сентября. После нескольких положительных ответов от клиентов в середине октября были отправлены еще тысячи писем.

Бристоу, Хакерман и Мориарти принялись ждать, что из этого выйдет.

В декабре 1991 года Prudential Securities нанесла еще один удар в судебном процессе по фондам роста. Фирма достигла соглашения — на сей раз со Стюартом Векслером, адвокатом, ведущим групповой иск в Нью-Йорке. По условиям соглашения инвесторы получали в лучшем случае пять центов за доллар. Слушание для рассмотрения соглашения об урегулировании было назначено в окружном суде Нового Орлеана, там, где рассматривался групповой иск.

11 декабря Бристоу, Хакерман и Мориарти прилетели в Новый Орлеан для участия в слушании. Они были разгневаны до глубины души. Казалось, Prudential Securities готова на все, чтобы не платить долги.

Соглашение об урегулировании, предложенное Векслером и Prudential Securities, представляло собой огромную опасность для судебного процесса, который вела фирма Бристоу. Все его клиенты передали право принятия решений по своим делам комитету инвесторов. Если условия соглашения будут одобрены, они получат длинное, сложное уведомление по почте. Если они не откажутся присоединиться к соглашению, они получат свои пять центов за доллар и лишатся права возбуждать судебные дела в дальнейшем. К этому времени Бристоу успел познакомиться с достаточным количеством своих немолодых и малосведущих клиентов и понял, что объяснить им, как отказаться от условий соглашения, будет непросто. Они попросту запутаются. Prudential Securities уничтожит значительную часть клиентской базы Бристоу, после чего фирме будет куда проще игнорировать жалобы этих людей. Это была подлая тактика.

Слушание под председательством окружного судьи А. Макнамары началось ровно в 9 утра. Зал суда был битком набит адвокатами. Векслер изложил суть дела. Макнамара спросил его, сколько клиентов он представляет не как группу, а в персональном порядке и сколько денег они вложили в фонды роста.

«Я представляю 12 истцов, ваша честь, — сказал Векслер. — Я не могу назвать точную сумму вложенных средств, но она весьма скромна».

«Хорошенькое дело!» — подумал Мориарти. Его фирма представляла 5800 инвесторов. А адвокат из Нью-Йорка, ведущий групповой иск, готов говорить за всех инвесторов фондов роста, представляя всего-навсего 12 человек.

Векслер изложил условия соглашения об урегулировании. Общая сумма компенсаций, как он утверждал, составляет 49 млн долл. Prudential Securities и Graham Resources выделят 12 млн наличными. Остальные деньги будут использованы Prudential Securities, чтобы выкупить фонды роста у инвесторов по цене 200 долл. за пай или менее.

«Сколько стоит пай?» — спросил Макнамара.

«Возможно, дороже», — ответил Векслер.

Судья озадаченно посмотрел на Векслера. Большинство инвесторов не возражали против того, чтобы продать активы ниже фактической стоимости. Не требовалось быть великим математиком, чтобы понять, что Prudential Securities получит прибыль на каждом выкупленном фонде роста и таким образом профинансирует выплаты инвесторам из их же кармана.