Артем Ляхович - Битва при Наци-Туци
- Название:Битва при Наци-Туци
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Артем Ляхович - Битва при Наци-Туци краткое содержание
Научно-популярные книги часто говорят о чём-то реальном. Об оленях, волках и прочих животных. Или о физических законах, которые не бегают по лесу, но зато проверены опытами. А эта книга рассказывает о том, чего как будто не существует, но окружает нас со всех сторон: выдуманной или «виртуальной» реальности, реальности новостей, лозунгов и призывов. Она хитрая: делают ее из деталей настоящей, но при этом так, чтобы факты приобретали выгодные кому-то свойства. С помощью искусно «приготовленных» фактов некоторых можно заставить обозлиться, а некоторыми — манипулировать. Выход есть — сомневаться и думать. Сомневаться во всем, даже в этой книге. Но делать это разумно и с верой в то, что правда все же есть.
Подходит читателям 14 лет.
Битва при Наци-Туци - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
В условиях саванны первый был явно эффективнее. Поэтому эволюция «по умолчанию» выбрала его.
С тех пор многое изменилось. Но программа, заложенная эволюцией, осталась прежней: «по умолчанию» эмоция опережает логику. «По умолчанию» мы вначале чувствуем, а потом уже думаем.
Некоторые тигры тоже эволюционировали. Например, они научились принимать человеческий облик. А еще их эволюция опередила нашу на один ход: они научились пользоваться тем, что мы вначале чувствуем, а потом думаем. Стоит эмоционально отозваться на ложь — и мы верим в нее.
А поверив — становимся беспомощны.
Все, что нам нужно — переставить галочку «по умолчанию» с эмоций на логику. Нужно вначале усомниться, а уже потом, когда мы определим вероятность события, давать волю эмоциям.
А самое обидное, что охотней всех эту наживку глотают люди добрые и сострадательные. Давно известно: доброта живет в паре с доверчивостью. Пока логика проснется — жалость, сострадание, праведный гнев вспыхнут, как порох, и все: крючок проглочен, а мы свято верим, что тицийские люди-звери завтракают спаниелями семпронийских мальчиков. Мы — в зеркальном зале.
Сомнение — наша боевая кольчуга. В ней мы непобедимы.
Ну что, в бой?..
Хотя — стоп. Перед тем, как сразить врага, пропустив его гнусную сущность сквозь три фильтра и добив теоремой Байеса, нужно сказать одну Очень Важную Вещь.
Граждане воины, минутку внимания!
Вы наверняка заметили, что я все время говорю «враг» — в единственном числе, и не говорю «враги» — во множественном.
Вы наверняка заметили, что я назвал врагом виртуальный мир — сам по себе.
Заметили — и удивились:
— Почему наш враг — сам виртуальный мир, а не манипуляторы, которые его делают?
Потому что… этих «потому что» будет не одно, а целых три.
1) Помните, мы говорили, что людей нельзя оценивать группами? Нельзя оценить одним плюсом или минусом весь народ, весь город, всю улицу или даже всю семью. Группа «манипуляторы» — отнюдь не исключение. Даже группа «убийцы» — не исключение. Одни убивают за деньги, другие для удовольствия, третьи — защищаясь, четвертые — выполняя свой долг. Чтобы не стричь людей под одну гребенку, хорошую или плохую, а воздавать каждому по его заслугам, человечество придумало такую штуку — «правосудие».
2) Если я стану указывать вам — «вот эти — ваши враги» — моя книжка станет симулякром. Она станет описанием злодеяний людей, которых вы ни разу в жизни не видели, с которыми ни разу не встретитесь и не поговорите. То есть — станет ничем не лучше других виртуальных способов морочить голову.
А мне этого очень не хотелось бы. Пусть каждый из вас ищет своего врага сам. И пусть этот поиск будет вашим личным сражением с виртуальным миром, вашим личным умением пропускать его сквозь фильтры и колошматить теоремой Байеса. А я подбором готовеньких врагов не занимаюсь — я только показываю приемы боя.
Чтобы не навязать вам врагов, я пользуюсь эзоповым языком (все знают, что это такое, да?). Это такой хитрый язык, в котором, пока не подумаешь как следует, ничего не поймешь. (А результат думанья у каждого выходит разный.)
3) Самое ужасное и самое интересное то, что манипуляторы — это вовсе не какая-нибудь отдельная каста. Манипуляторами бываем все мы.
Все мы бываем и горностаями Оке и Бенгтом, и лисами Лабанами.
Даже я в этой книге — манипулятор. Как и любой писатель, я хочу, чтобы вы думали так-то и так-то. Как и любой писатель, я манипулирую вашим интересом, вашими вниманием, вашими ценностями и чувствами. Иначе моя книжка была бы невыносимой скучнятиной: «нижеследующим вышесказанное подразумевает экстраполяцию названного на искомое…»
(А я до последнего надеюсь, что это не так. Иначе не было бы резона стараться.)
Все педагоги — манипуляторы. Все психологи — манипуляторы. Все воспитатели и нянечки, все папы, мамы, бабушки и дедушки — манипуляторы. Все дети — манипуляторы, особенно маленькие. Все мы — так или иначе манипуляторы, когда чего-то от кого-то хотим. (И все мы знаем, что добиться этого, прямо попросив или объяснив, гораздо труднее, чем…)
Чем отличаются тигры, о которых я говорил, от остальных манипуляторов? Да ничем. Кроме того, пожалуй, что у них много денег. (А значит — и возможностей манипулировать.)
Не думайте, что все они манипулируют, цинично обманывая нас с вами ради выгоды. Есть и такие, конечно. Но есть и такие, которые манипулируют, чтобы мы с вами Думали И Чувствовали, Как Надо (с их тигриной точки зрения).
То есть они делают почти, как я. Вот только я, пожалуй — единственный манипулятор, который разоблачил сам себя. Иначе моя книжка была бы непоследовательной, а значит — нечестной.
…Это и была та Очень Важная Вещь, которую я хотел сказать.
Вот теперь — в бой!
ЧАСТЬ 2. В некотором царстве, некотором государстве…
2.1. ТРИДЕВЯТОЕ ЦАРСТВО
— Это с вашей стороны оно тридевятое. А с нашей — трипервое.
«На помощь, братцы»Тридевятое — на то и тридевятое, чтобы там всё казалось идеальным.
Представьте, что понятия о правильном житьи, воплотившие опыт всего человечества, решили смешать в одном котле, и из них выцедить общий сок — идею справедливости, справедливой для всех.
Что есть максимально общего между всеми людьми (всеми-всеми-всеми)?
Как минимум — то, что они способны жить. А еще — то, что они не любят боль. И еще то, что все они люди.
Значит, каждый человек имеет право на жизнь, на то, чтобы ему не делали больно, и на то, чтобы его не унижали. Каждый человек — независимо от того, какой у него цвет кожи, кто его родители и сколько у него денег.
Эта идея, синтезированная из всех чаяний человечества, позволяет придумывать справедливые законы. Только эта идея, и больше никакая другая.
Обратите, пожалуйста, внимание: я написал — «…идея позволяет придумывать справедливые законы». Я не писал: «эта идея — и есть самый справедливый закон».
Идея — на то и идея, чтобы быть идеальной. Замечательно уже то, что ее все-таки синтезировали из тысяч других идей, ограниченных рамками своего времени и своей культуры. Например, в Индии многие не так давно считали, что сжигать живьем жену после смерти мужа — это правильно. Или совсем недавно, в 1970-е гг., в ЮАР было принято, что люди действительно имеют право на жизнь, на безопасность и на достоинство, — но не все люди, а только белые.
Итак, наша идея (назовем ее Идеей Тридевятого Права, ИТП) — наша ИТП во всех отношениях замечательна. У нее только один недостаток: это идея, а не реальность.
— Так в чем же дело? — скажете вы. — Давайте стараться воплощать ее. У нас не получится, а у наших правнуков, может, и получится.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: