Владимир Добряков - Не родись красивой…
- Название:Не родись красивой…
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Центрально-Черноземное книжное издательство
- Год:2003
- Город:Воронеж
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Добряков - Не родись красивой… краткое содержание
C 1980 года писатель живет и работает в г. Воронеже. Много сил и времени отдает работе с творчески одаренными детьми. Организовал и ведет Клуб юных сочинителей (КЮС). С его помощью издано 5 книг детского творчества. Повесть «Не родись красивой…» — одна из последних работ нашего земляка.
Не родись красивой… - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Я совсем расстроилась, вздохнула тяжело и отправилась в магазин. Не порадовалась и кефиру в цветастом пакете.
Шла себе вдоль длинной нашей многоэтажки, ни о чём хорошем не думала. Издали посмотрела вверх: не видно ли Митиного солнечного луча, который пронизывает пространство между домами до самого окна моей комнаты? Напрасно старалась — ни луча не заметно, ни прозрачных натянутых жилок. Хотя нет, жилки все же видны. Смотрю на них, и тут в воздухе что-то мелькнуло, как большой мотылёк. Или лист от тополя? Но отчего это в июне листьям отрываться от веток? Сделала несколько шагов, ясно вижу: деньги. Ассигнация. Серенькая — десять рублей. Как раз такой в магазине сейчас расплачивалась. Вот так листочек! Лежали бы деньги в траве, не очень бы удивилась. А эта — прямо с неба! Подняла голову. Пригляделась. Кажется, кто-то на тополе… Ага, точно. Отступила чуть в сторону — между веток лицо показалось. Не Юрка ли?
— Эй, — крикнула, — кто там сидит?
Не ошиблась: Юрка. Молча слезает, пыхтит. Ниже, ниже. Чёрные ботинки, подмётки знакомые, с бороздками. Наконец соскочил на землю.
— Отчего такой сердитый? — спрашиваю его.
— Дело невесёлое.
— Хочешь, развеселю? Ты ничего не потерял?
— Я?.. Нет, не терял.
— А это? — показала на траву. — Разве не твои деньги? Или с неба просто упали?
— Деньги? — Юрка полез в карман, вытащил штуки четыре таких же сереньких ассигнаций. — Ага, моя. Это я платок доставал, она и…
Я подняла бумажку, подала Юрке:
— Богатый. Носовой платок в другой карман клади. Или вот сюда. — Я тронула верхний карман на его зелёной клетчатой рубашке и почувствовала пальцами острый уголок. И что-то тихонько брякнуло. — Спички? — спросила я. — Вот чудеса, не думала, что куришь.
— Все курят, — хмуро заметил Юрка.
— Так уж все! Вот Митька Звонарёв — не курит.
— Который собирался идти с шестом по верёвке?
— Да, тот самый. А тебе, значит, обязательно сигаретой подымить надо? В киоске разве не видел, сколько денег стоит пачка?
— Добуду, если надо.
— Не расскажешь, где добыть?
Юрка будто усмехнулся:
— У тебя не получится.
— Темнишь, Юрок. Ну-ка скажи, для чего на тополь залез?
— Сказал же — невесёлое дело. Подозрительное. Бабка Марья, что на втором этаже, под нами, так вот, не отзывается она. Несколько дней никому не открывает. Мама вчера стучала к ней. Я сейчас стучал. Не открывает. Я и залез на дерево. Да без толку. Жёлтые занавески висят, ничего не видно.
— Может, куда-нибудь уехала? — сказала я, но и сама не поверила, что бабушка могла уехать, совсем же старая, волочит ногу.
— Дочери бы её сообщить, — подумала я вслух. — Где-то в Северном микрорайоне живёт. У неё ключи должны быть.
— Ничего не видно, — повторил Юрка. — И стёкла отсвечивают. На верёвке бы из нашего окна спуститься, поглядеть.
— Скажи спасибо, что с дерева не свалился! — строго, как наша учительница по математике, сказала я. И добавила: — А зачем ты с Грилой в наш подъезд заходил?
— Просто зашли.
— Раньше с ним дружбу вроде не водил. Он тебя научит!
— А ты не указывай, с кем дружить!
— Не указываю. Только наш подъезд во второй раз изгадили. Спичками в потолок выстреливали.
— В нашем тоже насажали чёрные пятна, — сказал Юрка и нахмурил брови. — Во, дают, артисты!
Соня-засоня
Что мне оставалось? Смириться? Или всё ж стоять на своём? Но как было смириться? Каждый день проходить туда и обратно через подъезд, видеть гадкие пятна? А наглец (может, и не один) от такого прикола будет радостно потирать руки? Ну, разве можно это терпеть? Кому-то и наплевать, а мне… Тогда не надо было и возникать, вставать в четыре утра. А в самом деле, почему ввязалась в эту историю? Я что, самая правильная? Самая глазастая, что фашистскую свастику разглядела? Самая-самая сознательная? Ерунда! Не такая уж хорошая… Так что, бросить всё, махнуть рукой? Только обидно же — дурачкам этим, вредителям и хамам уступать.
Я даже с Митькой советовалась, позвонила ему по телефону и рассказала о пятнах в подъезде и что никому не известно, кто эти безобразия устраивает. Митька ничего путного не сказал. Принялся фантазировать: если бы установить где-нибудь следящую видеокамеру или тайный фотоаппарат, чтобы злодея заснял на плёнку, когда станет поджигать спички. А для этого нужен специальный датчик, который реагирует на свет… Я не дослушала:
— И пять милиционеров к тому датчику!
Он на меня не рассердился, но сказал с укором:
— Эх, снова не веришь в технику. Ведь зеркало я сделал, работает. Хочешь, принесу отросток лимона? Он ещё под плёнкой, но пусть у тебя стоит. Я же теперь освещаю окно.
Мне стало как-то стыдно, человек старается, придумывает, а я всё сомневаюсь, вздыхаю. Вот тебе и хорошая, сознательная!
— Приходи, Митя. Можешь и вечером сегодня. Оладьи с мамой будем есть.
— До вечера долго. Лучше сейчас.
На придумки и на ноги Митька шустрый. И пяти минут не прошло — звонит у двери.
Открыла ему, а он пальцем погрозил:
— Почему не спросила: кто там?
— Я и так знала.
— Всё равно спрашивай. Теперь много всякого подозрительного народа развелось. Поглядел сейчас на пятнышки у вас в подъезде. Тоже ловкачи какие-то поработали.
— Не ловкачи, а злодеи!
И так вдруг захотелось рассказать верному другу о моей войне с этими злодеями. Только нельзя же — тайна.
Горшок с тонким стволиком и пятью листиками, накрытый прозрачным колпачком, Митя устроил на подоконнике, который уже начало освещать наше послеобеденное солнце. Ещё он сказал, чтобы плёнку пока не открывала, а воду надо наливать в блюдечко — росток сам выпьет, сколько захочет. Покончив с этими ценными наставлениями, он посмотрел на пышный пион.
— Красивый, — оценил уважительно.. — Два дня у тебя цветёт.
Я побольше вдохнула воздуха и… решилась:
— А знаешь, кто мне его дал?
Он опять не спросил, но я всё равно сказала:
— Серёжа Зорькин. В нашем доме живёт.
— Я знаю, из седьмого «б». Хороший парень. А гляди, — показал Митя на лепесток, — начал вянуть… Молоток у вас есть?
— Зачем тебе?
— Увидишь.
Я принесла из кухни молоток. Митя достал ветку из вазы и на подоконнике слегка поколотил конец стебля.
— Не думай, ему не больно. Если бы сразу так побить, он бы лишний день, а то и два простоял.
— Ты, Звонарёв, на все руки мастер, — похвалила я и спросила: — А чем он хороший, Зорькин?
— По-моему, не задаётся… Что ещё? Не глупый. Может сорок раз от пола отжаться. Да, ещё бицепсы накачал классные.
— А Грила с нашего девятого этажа тебе известен?
— А как же, его все знают. Вождь. Крутой. Его и большие парни вроде побаиваются.
Мы ещё немного поговорили, и Митя заспешил домой — братишка один остался.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: