Луиза Олкотт - Роза и семь братьев

— Теперь почаще передергивайте шелковинки, и каждый день на ночь мажьте уши кремом. И скоро вы сможете носить серьги, — Ариадна была очень довольна собой, потому что девочка, которая свободно и с хорошим произношением говорила по-французски, лежала на диване с таким видом, как будто у нее отр езали оба уха.

— Мне очень больно, и к тому же я знаю, что дядя будет недоволен, — вздохнула Роза, которую терзало раскаяние. — Обещайте никому не говорить, не то я замучаюсь до смерти, — прибавила она с беспокойством, совершенно забыв о двух маленьких существах, наделенных глазами и ушами, которые издали наблюдали за этой сценой.

— Ни за что! Господи помилуй! Что это? — Ариадна вздрогнула, услышав топот нескольких пар ног и звуки веселых голосов.

— Это мальчики! Скорее спрячьте иголку! А уши мои видны? Не проговоритесь ни единым словом, — шепнула Роза, стараясь скрыть все следы операции от зорких глаз клана.

Мальчики вошли очень чинно, нагруженные мешком с каштанами, которые они только что собрали, и, по своему обыкновению, преподнесли Розе, как своей королеве.

— Как их много и какие крупные! После чая мы будем их жарить. Как весело, не правда ли? — сказала Роза, запуская обе руки в мешок, между тем как клан стоял в стороне и дружно кивал головами Ариадне.

— А эти предназначаются специально для вас, Роза. Я собрал их своими руками, они самые крупные, — сказал Мэк, подавая Розе небольшой мешок.

— Если б вы только видели, как он лазил за ними! Он непременно упал бы, если б Арчи не поддержал его, — сообщил Стив, усаживаясь на подоконник.

— Что ты можешь рассказать, Франт, когда ты не отличишь дуба от каштана! Ты и пытался рвать каштаны с дуба, пока я не остановил тебя, — возразил Мэк и уселся на диван рядом с Розой, так как пользовался особыми привилегиями.

— Зато я не ошибаюсь, когда побеждаю тебя в борьбе, — парировал Стив без малейшего уважения к старшему брату.

— Темнеет, и мне пора домой, а то мама будет волноваться, — сказала Ариадна, поспешно вставая, хотя надеялась, что ее пригласят остаться.

Но никто не произнес ни слова, и все время, пока она надевала шляпку, перчатки и обнимала Розу, мальчики делали друг другу знаки, показывая, что кто-нибудь из них должен проводить домой молодую леди.

Ни один не чувствовал в себе достаточно героизма, чтобы совершить этот подвиг. Даже вежливый Арчи отвел Чарли в соседнюю комнату и тихо сказал:

— Я не пойду. Пусть Стив провожает мисс Блиш и хвастается перед ней своими манерами.

— Не пойду, хоть повесьте меня! — взвился Принц, который не любил мисс Блиш за то, что та пыталась кокетничать с ним.

— Ну, так я пойду! — к величайшему удивлению мальчиков сказал доктор Алек, который только что вошел в комнату. И направился к мисс Блиш, чтобы предложить молодой особе свои услуги.

Но он опоздал. Мэк, повинуясь взгляду Розы, принес себя в жертву и неохотно поплелся за девочкой, искренне желая, чтобы хорошенькая Ариадна оказалась сейчас далеко-далеко, на дне Красного моря, к примеру.

— Ну, в таком случае я отнесу эту леди вниз, пить чай, так как другая уже нашла кавалера, который проводит ее домой. Я вижу, лампы зажжены, и чувствую очень приятный запах. Наверное, тетушка приготовила сегодня к чаю что-то очень вкусное.

Говоря это, доктор Алек приготовился было, по обыкновению, отнести Розу вниз, но Арчи и Принц выступили вперед и попросили оказать им честь и позволить самим отнести кузину. Роза согласилась. Она боялась, что зоркие глаза дяди заметят злополучные шелковые нити у нее в ушах. Мальчики скрестили руки, Роза обняла их за шеи, и процессия тронулась в путь. Остальные сопровождали ее, словно королевская свита.

Чай подали раньше обычного, чтобы Джеми и его куколка смогли принять участие в чаепитии. Был праздник, и малышам позволили остаться до семи часов. Им обещали выдать по двенадцать жареных каштанов, но с тем, чтобы они их съели только завтра.

Когда чай был выпит, все общество уселось вокруг большого камина в столовой. Каштаны весело прыгали на горячих угольях и выскакивали оттуда, к великому ужасу детей.

— Роза, расскажите нам какую-нибудь историю, пока мы здесь трудимся. Если уж вы не можете помогать нам, то займите нас рассказом, как приветливая хозяйка, — предложил Мэк, который сидел на полу и раскалывал каштаны. Он знал по своему опыту, что кузина может своими рассказами затмить и Шахерезаду.

— Да, мы, бедные обезьянки, не можем жечь лапки даром. Так начинайте же, Киска, — прибавил Чарли и, бросив несколько горячих каштанов Розе на колени, долго махал обожженной рукой.

— Хорошо, у меня есть одна маленькая история, с поучением в конце, и я расскажу вам ее, хотя, собственно, это история для малышей, — ответила Роза, которая обожала рассказывать поучительные истории.

— Начинайте! — скомандовал Джорджи, и Роза послушалась, не подозревая, какими печальными последствиями окажется чреват для нее этот рассказ.

— Хорошо. Раз одна маленькая девочка пошла навестить знакомую молодую леди, которая очень любила ее. У молодой леди болела нога. Ногу приходилось каждый день бинтовать, и поэтому в корзинке у нее лежало много аккуратно свернутых в рулончики бинтов. Маленькой девочке понравилось играть с этой корзинкой. И вот однажды, думая, что ее никто не видит, она без разрешения взяла один из рулончиков и положила себе в карман.

Тут Поуки, которая любовно разглядывала пять горячих каштанов, лежавших у нее в кармане, вдруг подняла голову и воскликнула: «О!» — будто пораженная этим нравоучительным рассказом.

Роза услышала невольное признание маленькой грешницы и продолжила рассказ самым многозначительным тоном. Мальчики поняли, в чем дело, и страшно развеселились.

— Но кто-то видел непослушную девочку, и кто это был, как вы думаете?

— Бог! — пробормотала смущенная Поуки и хотела закрыть личико своими толстенькими ручками, но они оказались слишком малы для этого.

Роза, видя, что произвела требуемое впечатление на Поуки, продолжала серьезно:

— Да, Бог видел ее, а также и леди. Но леди не сказала ничего и ожидала, что будет делать девочка. Малышка была сначала очень весела. Но когда она взяла бинт и положила его в карман, вдруг погрустнела, перестала играть, села в угол и глубоко задумалась. Девочка подумала-подумала, потом пошла и тихонько положила бинт на место. В ту же минуту личико ее просияло, и она снова сделалась счастливой. Молодая леди была очень довольна тем, что увидела. Она поинтересовалась, что же заставило малышку положить бинт на место.

— Совесть мучила ее, — пробормотала Поуки, продолжая тянуть ручки к покрасневшему лицу.