Уилбур Смит - Хищные птицы

Даже женщины и ребенок повиновались. Они сдержали крики и застыли, полные ужаса.

Казалось, так прошла целая вечность. Лев разглядывал их.

В какой-то момент маленький одноглазый Йоханнес оказался не в силах это выдержать. Он закричал, вскинул мушкет и выстрелил.

За мгновение до того, как его ослепил пороховой дым, Хэл увидел, что пуля не попала в зверя и ударилась в землю между его передними лапами. Потом их окутало облако дыма, и из-за него донеслось ворчание разгневанного льва. Теперь уже обе женщины отчаянно кричали, а мужчины налетали друг на друга, спеша убраться подальше за частокол.

Только Хэл и Эболи остались на месте, держа наготове мушкеты, и целились в облако дыма. Маленькая Сакиина сжалась рядом с Хэлом, но не убежала.

А потом лев появился из облака дыма. Хэл нажал на курок, но его мушкет дал осечку. Оружие Эболи громыхнуло оглушительно, но зверь двигался так быстро в дыму и темноте, что взгляд не мог за ним уследить. И видимо, пуля Эболи прошла далеко мимо цели, потому что лев никак не отреагировал. Он прыгнул через частокол, жутко рыча. Хэл упал на Сакиину, закрывая ее своим телом, и лев пролетел над ними.

Казалось, он заранее выбрал Йоханнеса из толпы перепуганных людей. Огромные челюсти льва сомкнулись на спине маленького мужчины и подняли его, как кошка поднимает мышь. Еще прыжок – и лев перескочил заднюю сторону частокола и исчез в ночи.

Они слышали в темноте крики Йоханнеса – лев унес его недалеко. Едва выйдя за круг света, он принялся пожирать несчастного, пока тот еще был жив. Они слышали, как трещат кости, когда зверь вгрызается в них, отдирает куски плоти…

Послышались другое рычание и ворчание – львицы явились разделить трапезу, и, хотя Йоханнес еще кричал и рыдал, они стали рвать его на части. Постепенно его крики становились все слабее, пока совсем не утихли, и из темноты теперь доносился лишь страшный шум львиного пира.

Женщины впали в истерику, Бобби заходился плачем и в ужасе колотил маленькими кулачками по груди Алтуды. Хэл заставил умолкнуть Сакиину, которая сразу затихла, почувствовав его руку на своих плечах.

– Только не бегите, – заговорил Хэл. – Двигайтесь тихо, медленно. Сядьте в круг. Женщин – в середину.

Хэл помог людям прийти в себя, потом посмотрел на Дэниела и Эболи.

– Их привлекли наши запасы мяса. И когда они покончат с Йоханнесом, они снова нападут.

– Ты прав, Гандвана.

– Значит, мы отдадим им мясо антилопы, чтобы отвлечь от самих себя, – решил Хэл. – Помогите мне.

Они втроем схватили огромную заднюю часть антилопы и потащили к краю светлого круга за частоколом. Там они бросили мясо на землю.

– Только не бежать! – снова предостерег Хэл. – Если побежим, они погонятся за нами, как кошка за мышью.

Они попятились обратно за частокол. И почти мгновенно появилась львица, схватила мясо и уволокла его в ночь. Люди услышали шум, когда другие звери попытались отобрать у нее добычу, потом стало слышно, что звери едят, рыча, ворча и фыркая друг на друга.

Такого куска сырого мяса хватило для того, чтобы прожорливый прайд насыщался и ссорился целый час. Но потом звери снова стали подбираться к кругу света.

Хэл сказал:

– Нужно еще раз их накормить.

Вскоре стало ясно, что страшные существа и сами предпочли бы такие подношения нападению на лагерь, потому что, когда трое мужчин потащили из-за частокола заднюю часть второй антилопы, львы подождали, пока люди уйдут, и лишь потом одна из львиц выскочила из темноты, чтобы уволочь мясо.

– Женщины всегда храбрее, – сказал Хэл, чтобы немного отвлечь остальных.

Эболи с ним согласился:

– Да, и они более жадные!

– Не наша вина в том, что у вас, мужчин, не хватает духа и здравого смысла, чтобы самим справиться со всем необходимым, – язвительно откликнулась Сакиина.

Почти все засмеялись, но тихо и растерянно.

Еще дважды за ту ночь Хэл заставлял друзей выносить за частокол куски мяса антилоп, чтобы накормить прайд. Наконец рассвет очертил верхушки колючих деревьев на фоне бледного неба, и только тогда львы удовлетворили свой аппетит. Люди услышали, как взревел гривастый самец, и его рев понемногу затих вдали. В последний раз он подал голос примерно в лиге от лагеря, и как раз в это время солнце бросило свои пылающие золотые лучи над острыми вершинами горного хребта, что тянулся параллельно маршруту путников.

Хэл и Алтуда отправились на поиски останков несчастного Йоханнеса. Как ни странно, львы оставили нетронутыми его руки и голову, но все остальное сожрали.

Хэл закрыл вытаращенный глаз Йоханнеса, а Сакиина завернула эти жалкие останки в кусок ткани и помолилась над могилой, которую они выкопали. Хэл водрузил большой камень над холмиком свежей земли, чтобы помешать гиенам раскопать его.

– Мы не можем больше здесь задерживаться. – Он поднял Сакиину на ноги. – Нам нужно немедленно отправляться в путь, если хотим сегодня добраться до реки. К счастью, мяса у нас еще достаточно.

Они подвесили оставшиеся у них ноги антилоп на шесты и, неся их по двое, отправились дальше по бесконечным холмам и долинам. Лишь во второй половине дня они оказались у реки и с высокого холма увидели ее широкое русло, представлявшее собой немалое препятствие на их пути.

«Золотая ветвь» бросила якорь в устье канала, ведущего в Слоновью бухту, и Луэллин сразу заставил команду работать – выкачивать воду и исправлять нанесенные штормом повреждения корпуса и снастей. Шторм продолжал бушевать над их головами, но, хотя поверхность лагуны кипела мелкими пенистыми волнами, высокие скалы двух мысов останавливали главную силу ветра.

Корнелиусу Шредеру не терпелось сойти на берег. Ему отчаянно хотелось оставить «Золотую ветвь» и избавиться наконец от общества этих англичан, которых он так презирал. В лорде Камбре Шредер видел друга и союзника и теперь стремился найти его и попросить выступить его секундантом в деле чести, в дуэли с Винсентом Уинтертоном.

Шредер поспешно уложил вещи в своей маленькой каюте и, поскольку не нашлось свободных людей, готовых ему помочь, сам вытащил все на палубу. И остановился с грудой своего имущества у сходного трапа, глядя через лагуну на лагерь Камбра на берегу.

Буззард разбил этот лагерь точно на том же месте, где и сэр Фрэнсис Кортни, на которого Шредер напал со своими зелеными мундирами. Среди деревьев там суетились люди. Шредеру показалось, что Камбр вроде бы копает окопы и сооружает другие укрепления, и это привело его в недоумение: он не видел смысла сооружать земляные валы против несуществующего врага.

Луэллин не сошел бы с корабля, пока не уверился бы, что все работы идут как надо и что судну ничто не грозит во всех отношениях. Наконец он поставил на палубе вместо себя первого помощника, Арнольда Фоулера, и приказал подготовить к спуску один из баркасов.