Уилбур Смит - Хищные птицы

Теперь наконец матросы «Золотой ветви» обрели голос.

– Четвертовать тебя! Грязная сырная голова! – орали они.

– Будь честным, гадина! Оставь парню жизнь!

«Нет, от полковника Корнелиуса им милосердия не дождаться, – мрачно улыбнулся Камбр. – Но этот шум только поможет Сэму сделать его дело».

Он посмотрел через лагуну туда, где у начала пролива стояла «Золотая ветвь». Все, кто остался на борту, столпились у поручней, напрягая глаза, чтобы хоть как-то увидеть дуэль. Даже вахтенный на грот-мачте повернул подзорную трубу в сторону песчаного берега. И никто не замечал лодок, что выскользнули из мангровых зарослей у дальнего берега.

Камбр узнал Сэма Боуэлса на первой лодке – та подошла вплотную к «Золотой ветви» и скрылась с глаз Камбра за ее корпусом. «Святая Мария, да Сэм сможет ее захватить без единого выстрела!» – восторженно подумал Камбр, снова поворачиваясь к арене боя.

– Вы воспользовались своим правом, сэр, – тихо произнес Шредер. – Теперь моя очередь. К бою, прошу!

В три стремительных шага он одолел разделявшее их расстояние. Младший противник встретил его первый удар, а потом и второй, парировав их и поставив блок, но меч Нептуна носился быстро и неуловимо, словно разъяренная кобра. Он словно завораживал юношу своим сверкающим смертельным танцем и, стремительно бросаясь вперед и нанося удары, медленно вынуждал его уступать. Каждый раз, отбивая удар, Винсент терял позицию и равновесие.

А потом вдруг Шредер применил прием, которым мало кто из фехтовальщиков решился бы воспользоваться, кроме как на поле настоящего боя. Он захватил мечом клинок противника и начал бешено вращать их оба, так что сталь скрежетала, невыносимо давя на нервы зрителей. Прервать это вращение означало бы открыться врагу. Клинки продолжали вертеться в бешеном кольце. Это стало просто испытанием силы и выносливости. Рука Винсента онемела, с его подбородка стекал пот. В глазах металось отчаяние, запястье начало дрожать и сгибаться от напряжения.

Но вот Шредер остановил смертельное вращение. Он просто зажал клинок Винсента своим как тисками. Это была демонстрация такой силы и самообладания, что даже Камбр разинул рот от изумления.

Какое-то мгновение дуэлянты не двигались, потом Шредер начал медленно поднимать вверх оба клинка, пока они не уставились в небо. Винсент оказался беспомощен. Он попытался удержать клинок врага, но его рука уже дрожала, мускулы слабели. Он даже прикусил язык от усилия, и в уголке его рта выступила кровь.

Это не могло тянуться долго, и Луэллин вскрикнул от отчаяния, видя, что молодой человек дошел до предела сил и выносливости.

– Держись, Винсент!

Все было бесполезно. Винсент сломался. Он вытянул правую руку во всю длину над головой – и его грудь открылась.

– Ха! – громко выдохнул Шредер, и его удар мало кто успел заметить – меч скользнул со скоростью выпущенной из лука стрелы.

Клинок вонзился в тело Винсента под грудиной, прошил его насквозь и на фут вышел из спины.

Сначала Винсент просто замер, как высеченная из мрамора фигура. Потом ноги под ним подогнулись, и он опустился на песок.

– Убийца! – закричал Луэллин.

Он прыгнул на площадку и опустился на колени возле умирающего юноши. Подхватив Винсента на руки, он снова посмотрел на Шредера.

– Кровавый убийца! – еще раз выкрикнул он.

– Видимо, я должен принять это как просьбу, – ухмыльнулся Камбр, подходя сзади к коленопреклоненному капитану. – И я лишь рад оказать вам услугу, кузен! – Выхватив из-за пояса пистолет, он прижал дуло к затылку Луэллина и нажал курок.

Последовала яркая вспышка, пистолет взревел и подпрыгнул в руке Буззарда. С такого близкого расстояния заряд свинцовой дроби пробил насквозь голову Луэллина и разнес половину его лица в красные лохмотья. Капитан рухнул вперед, все так же сжимая в руках тело Винсента.

Буззард быстро огляделся по сторонам и увидел, что над темной рощей уже взлетела красная ракета, прочертив параболу серебристого дыма на бледной голубизне утреннего неба; это был сигнал Сэму Боуэлсу и его абордажному отряду штурмовать палубу «Золотой ветви».

Тем временем над песчаным берегом затаившиеся артиллеристы уже оттаскивали ветки, укрывавшие кулеврины. Буззард сам выбрал место для батареи и наладил маскировку на дальней стороне ринга, вдоль которого выстроились матросы «Золотой ветви». Кулеврины, заряженные картечью, дали по ним залп.

Хотя матросы «Золотой ветви» и не подозревали о спрятанной батарее, они быстро оправились от потрясения при виде того, как их офицеров убивают прямо у них на глазах. Рев ярости вырвался из их глоток, но некому было отдать приказ, и хотя они выхватили абордажные сабли, все же инстинктивно пятились, колеблясь.

Буззард схватил Шредера за свободную руку и рявкнул ему в ухо:

– Скорее! С линии огня!

– Бог мой, сэр, но вы убили Луэллина! – запротестовал Шредер, ошеломленный таким поступком. – Он был безоружен! Беззащитен!

– Давайте обсудим эти тонкости позже, – предложил Камбр.

Он зацепил ногой лодыжку Шредера и одновременно толкнул полковника вперед. Мужчины полетели вперед головой в неглубокую канаву в песке, заранее подготовленную Камбром на этот случай, – и как раз в этот момент матросы «Золотой ветви» бросились на огороженный веревками ринг за их спинами.

– Что вы делаете? – заорал Шредер. – Отпустите меня немедленно!

– Спасаю вам жизнь, болтливый идиот! – точно так же заорал Камбр, прижимая голову Шредера ниже края канавы, и над ними пронесся первый залп картечи из рощи.

Буззард точно рассчитал расстояние, так что картечь разлетелась самым смертельным образом. Она точно угодила в фалангу матросов, превратив песчаный берег в слепящий белый шторм, и долетела до тихой воды лагуны. Большинство матросов «Золотой ветви» мгновенно оказались повержены, но некоторые остались на ногах, растерянные и ничего не понимающие; они шатались, как пьяные, от полученных ран, от бешеного дождя картечи и вихрящегося воздуха.

Камбр, схватив свой палаш со дна канавы, выбрался из-под слоя засыпавшего его песка и вскочил на ноги. Он бросился к немногим уцелевшим, держа обеими руками громадный меч. Первому же человеку, попавшемуся ему на пути, он снес голову одним точным ударом, а его собственные моряки выскочили из облаков порохового дыма, вопя, как демоны, и размахивая абордажными саблями.

Они налетели на остатки берегового отряда и принялись рубить направо и налево, хотя Камбр уже кричал во весь голос:

– Эй, хватит! Оставьте хоть четверть!

Они словно не слышали его приказа и продолжали махать саблями, пока кровь не покрыла их руки до локтей и не забрызгала их злобно ухмылявшиеся лица.