Уилбур Смит - Хищные птицы

Его до сих пор терзала мысль о том, что он не сумел найти тайный склад сэра Фрэнсиса. Он нахмурился.

– Ладно, когда я уйду из этой лагуны, оставлю здесь кости Джири и прочих лживых черномазых как знак того, что я тут побывал, – пообещал он себе.

Его размышления прервал Сэм Боуэлс, сунувший голову в дверь:

– Ужасно прошу прощения, ваша светлость, но мы собрали всех пленных. Всех нашли. Никто не удрал.

Буззард тяжело поднялся на ноги, радуясь возможности отвлечься от горьких сожалений.

– Что ж, посмотрим, что ты мне приготовил.

Связанные пленники сидели на корточках в три ряда в середине корабля.

– Сорок два крепких просоленных матроса, – с гордостью сообщил Сэм. – Закаленные бурями.

– И никто из них не ранен? – недоверчиво спросил Буззард.

Сэм ответил шепотом:

– Я же знал, что вам не захочется изображать сиделку для этих ребят. Мы просто держали их головы под водой, чтобы помочь принять правильное решение. Так что для большинства из них это настоящее милосердие.

– Я просто изумлен твоей сострадательностью, мистер Боуэлс, – проворчал Камбр. – Но на будущее избавь меня от таких подробностей. Ты же знаешь, я сторонник мягкого убеждения.

Он тут же выбросил это из головы и принялся изучать пленных. Вопреки заверениям Сэма, многие из них оказались сильно избиты, под их глазами красовались черные круги, разбитые губы опухли. Мужчины сидели повесив головы, и ни один не посмотрел на Камбра.

Он медленно прошелся вдоль них, время от времени хватая кого-нибудь за волосы и вынуждая поднять голову, чтобы рассмотреть лицо. Дойдя до конца ряда, он вернулся обратно и весело заговорил:

– Послушайте меня, братцы! У меня к вам всем предложение. Будете мне служить – и получите по шиллингу в месяц и честную долю добычи. Это так же верно, как то, что меня зовут Ангус Кокрейн, а поделить нам будет что, увидите!

Никто не ответил, и Камбр нахмурился:

– Вы что, глухие? Или дьявол откусил вам языки? Кто пойдет под парусами графа Камбра?

Над палубой повисло тяжелое молчание. Буззард шагнул вперед и подтолкнул одного пленника, сообразительного на вид.

– Как тебя зовут, приятель?

– Дэйв Морган.

– Поплывешь со мной, Дэйв?

Мужчина медленно поднял голову и пристально посмотрел на Буззарда:

– Я видел, как зарезали молодого мистера Уинтертона и как вы хладнокровно застрелили на берегу капитана. Я не поплыву с каким-то убийцей-пиратом.

– Пиратом! – взвизгнул Буззард. – Ты смеешь называть меня пиратом, ты, вонючая куча падали? Ты родился только для того, чтобы кормить собой чаек, и именно этим ты и займешься!

Огромный шотландский палаш мгновенно вырвался из ножен – и Буззард опустил его на голову Дэйва Моргана, расколов ее пополам, до самых плеч.

Держа в руке окровавленный палаш, Буззард прошелся вдоль ряда пленных.

– Есть еще среди вас такой, кто осмелится назвать меня пиратом?

Все молчали, и Камбр наконец повернулся к Сэму Боуэлсу:

– Запри их всех в трюме «Золотой ветви». Давай в день полпинты воды и одну галету. Пусть посерьезнее обдумают мое предложение. А через несколько дней я снова поговорю с этими милашками, и посмотрим, не станут ли их манеры получше.

Он отвел Сэма в сторонку и заговорил намного тише:

– Нужно починить еще кое-какие повреждения после шторма. – Он показал на такелаж. – Это теперь твой корабль, ты на нем будешь плавать, будешь им командовать. Так что займись делом немедленно. Я хочу как можно скорее уйти из этого проклятого Богом места. Ты меня понял, капитан Боуэлс?

Лицо Сэма Боуэлса осветилось радостью, когда он услышал свое новое звание.

– Можете на меня положиться, ваша светлость.

Камбр быстро прошел к трапу и спустился в один из баркасов.

– Гребите к берегу, плуты!

Он выпрыгнул из лодки еще до того, как она уткнулась в песок, и по колено в воде направился к берегу, где его ждал полковник Шредер.

– Милорд, я должен с вами поговорить, – заявил Шредер, и Буззард ободряюще улыбнулся ему:

– Беседы с вами всегда доставляют мне удовольствие, полковник. Идемте. Мы можем поговорить, пока я улаживаю всякие мелочи.

Они пошли по берегу к роще.

– Капитан Луэллин был… – начал было Шредер, но Буззард тут же перебил его:

– Луэллин был проклятым пиратом. Я просто защищался от его вероломства.

Он резко остановился и повернулся к Шредеру, одновременно поднимая рукав, чтобы показать уродливый багровый шрам на плече.

– Видите вот это? Я получил его, однажды доверившись Луэллину. И если бы я его не опередил, его головорезы могли бы напасть на нас и перерезать всех прямо там, на месте. Я уверен, что вы это поймете и будете благодарны мне за вмешательство. Иначе это вас теперь тащили бы вон там.

Он показал на группу своих людей, которые за ноги волокли с берега тела Луэллина и Винсента Уинтертона. Раздробленная голова Луэллина оставляла на песке темный красный след.

Шредер в ужасе уставился на похоронную команду. В словах Камбра он услышал и предостережение, и угрозу.

За первыми деревьями виднелись глубокие канавы – их выкопали по всей той территории, где некогда стоял лагерь сэра Фрэнсиса Кортни. Его домик исчез, на его месте появилась яма в двадцать футов глубиной, на ее дне уже выступила темная вода. А подальше, там, где прежде находился склад пряностей, тоже шла энергичная работа. Казалось, целая армия горнорабочих трудилась между деревьями, копая без устали.

Матросы Буззарда тащили трупы к ближайшей яме и бесцеремонно бросали вниз. Тела скользили по крутым бокам канавы и с плеском падали в лужу на дне.

Шредер выглядел встревоженным и неуверенным.

– Мне трудно поверить, что Луэллин был таким человеком…

Но Камбр не дал ему договорить:

– Бог мой, Шредер, вы что, сомневаетесь в моих словах? А как насчет ваших заверений, что вы хотели и дальше оставаться со мной? Если мои поступки вас оскорбляют, нам лучше расстаться прямо сейчас. Я дам вам один из баркасов с «Золотой ветви» и несколько пиратов Луэллина, чтобы они помогли вам вернуться на мыс Доброй Надежды. И вы сможете сами изложить свои сомнения губернатору ван де Вельде. Вам именно этого хочется, так?

– Нет, сэр, не так, – поспешил ответить Шредер. – Вы знаете, что я не могу вернуться на мыс.

– Тогда что? Остаетесь со мной, полковник?

Шредер колебался, наблюдая за страшными действиями похоронщиков. Он понимал, что если разозлит Камбра, то вполне может кончить жизнь в яме вместе с Луэллином и матросами «Золотой ветви». Он оказался в ловушке.

– Я все так же с вами, – ответил он наконец.

Буззард кивнул:

– Что ж, вот вам моя рука в таком случае.

Он сунул полковнику здоровенную ручищу, покрытую веснушками и жесткими рыжими волосками. Шредер медленно протянул руку в ответ. Камбр видел по его глазам, что полковник постепенно осознает: раз уж он принял всю эту резню, деваться ему некуда; и Буззард был доволен тем, что может наконец доверять Шредеру. Как бы одобрив наглое убийство офицеров и команды «Золотой ветви», Шредер и сам превращался в пирата, личность вне закона. И во всех отношениях становился человеком Буззарда.