Павел Дартс - Крысиная башня-2

— Вот! — возликовал Жексон, — Потому что такова была его натура! Он защищал, потому что не мог не защищать! Не думал, кто там и чего попрятался. Просто — защищал! А это теперь та-а-а-акая редкость! — чтобы кто-нибудь кого-нибудь защищал безвозмездно. То есть не из расчёта, а просто так. Ну и… народ как бы проникся. Ходят к его могиле, ухаживают — Спец даже велел этот угол кладбища сеткой отгородить на всякий случай, и не мешать — там проход есть. Я же на сетку сигнализацию и монтировал… Свечки там ставят — прикинь! Типа паломники.

Я вспомнил последние слова Устоса: «- Я защитил…» Где-то и так, да. Снова вспомнился тот день; когда только секунды отделяли меня от того, чтобы не прыгнуть с шипастой палицей в группу гопотоы, — тогда бы мне тоже точно бы конец!…

Стало нехорошо, почти как тогда; засосало под ложечкой. Отдача от тогда пережитого.

— Нефига себе… — интересная новость… Как биться вместе с Устосом — так некому, а как свечки на могиле ставить — так нашлись желающие…

— Ну, не все же могли тогда биться! Ты же вот тоже… да знаю, знаю я, что он сам тебе не велел; я про «вообще». Ну и — Спец говорит, «пусть будет положительный пример в городе», что не все только по норам забивались — кто-то и «за людей». Это, говорит, неплохо; героизация примера и всё такое.

— Ну и чо? Тебе-то зачем?

— Ну, как… — Жексон удивился моему тугодумию, — Это ж как прикоснуться к легенде! Он же теперь легенда, в натуре. И — вот!

Он вытер руки тряпкой, снял фартук и полез расстёгивать куртку. Расстегнул, спустил ворот футболки с плеча, показал на плече татуху: голова бородатого воина-викинга в рогатом шлеме, с суровым таким выражением лица. Неплохо так сделана, ага.

— Это чо?

— Ну, как бы… ээээ… как сказать. Символ. Викинг: боец, воин, защитник. И тэ дэ. Суров и справедлив, хе. Как бы как Устос. Как бы…

— Не примазывайся, Джон! — предостерёг я его, — Устос это Устос, и нефиг вокруг его смерти хороводы водить — моё мнение. И вообще — какой ты викинг? У тебя и рогов-то нет, хы. И бороду отрости сперва.

— Это ничего, что рогов нет! — заржал Джексон, — Найду себе жену, она со временем мне рога организует! И не в бороде дело, дело в духе! Очень на меня та история подействовала! Вот и хотелось бы чо-нибудь из… эээ… реликвий. На память. Лично. Так чо?

— Мы ж там его сломанный меч на могиле оставили! — вспомнил я, — И Щит. И шлем. А, нет, шлем вроде вместе с ним в могилу поклали.

— Ты чо! — Жексон помотал головой, — Это ж теперь реликвии! Артефакты, такскаать. Вы там, небось, давно не были? На могиле? Там всё, — но попробуй тронь! Ты чо. Да и западло. А так-то чо-нибудь, небось, есть? На презент?

— Ты не это, не «поломникам» случаем впарить «реликвию» хочешь? — засомневался я, припоминая, что там у нас от Устоса осталось. Алебарда… но её потом во дворе куда-то дели. Клевец — понятно где; Крот его постоянно в деле употребляет. Меч ещё, двуручный — на стене. Тяжёлый как лом, как его Устос только поднимал, — оттого, наверно, и на стене. Пара кинжалов — прикольные, кстати, и с мечом на стене норм смотрятся. Что-то вроде кривой сабли — батя сказал, что «ятаган». Шлем — не такой, что на нём во время боя был, а типа того. Из брони что-то…

— Ты чо!! — возмутился Жексон, — Как можно!..

— Ладно! — решил я, вспомнив кое-что, — Будет! Булава с шипами подойдёт? Такая… Из бейсбольной биты сделанная — но реально оружие. Устос сам и делал. Биться он ей не бился, но потом, когда махач уже заканчивался, я ею одного из гопов того — успокоил…

Я опять вспомнил тот неприятный хруст и ощущение, когда самодельная дубинка проломила шипами гопу голову. Брррр… Хотя и много времени прошло; и много что в это время было; и теперь, пожалуй, я без всяких переживаний и кишки бы любому недругу выпустил — вполне себе, ножом бы… но всё равно, тот, совсем первый случай вспоминать было мóрозно. Я поёжился. Да, есть та булава, ога. Так у Устоса в туалете-ванной и стоит — туалетом же там не пользуемся. По-моему я её тогда, как принёс обратно зачем-то в устосову квартиру, так даже и не помыл — так и стоит, воняет, небось. Впрочем, к вони в Башне мы давно притерпелись. А зачем я её принёс тогда?.. А чёрт его знает. Как-то из привитого родаками чувства порядка, что ли — устосова вещь, к нему обратно и принёс. Не валяться же. Вот алебарду кто-то прибрал…

— О! Булава?.. С шипами? Нормально! — обрадовался Жексон, — Сам, говоришь, Устос сделал?? Это… аутентичная, ага? Класс! Тащи!

— Угу, привезу следующий раз… Там, кстати, на ней кровища ещё, небось, засохшая — и мозги с волосами гóповы присохшие! — сам отчищать будешь! — добавил я ехидно.

— Нормально! — с радостью согласился Джексон, — Пойдёт! Ничо отчищать не буду — так на стену повешу в мастерской. Это ты гопа отоварил, ага? Ну, всё равно — одного из тех, что с Устосом бились! Так что — без вариантов Артефакт!

— Договорились…

— Как думаешь — он в Вальгалле сейчас?

— Где-е-е-е?!..

— Ну, в Вальгалле. Где «там» погибшие герои собираются. «Там» — Жексон потыкал пальцем в потолок, — У Одина.

— А, у Одина… — я вздохнул. Как-то всё за делами и заботами о потустороннем мире ни я, ни батя с Толиком не задумывались. У Жексона, видать, тут времени свободного побольше было.

— Наверно. Чего бы нет? А, да, он же перед смертью так и сказал — «Дайте меч!» Ну я ему и дал — кинжал; меч-то сломанный был. Так с кинжалом и похоронили.

— Ишь ты! Круто. Не знал. Расскажу потом своим. Как думаешь, Крыс, Одину важно, какое оружие у воина во время смерти в руках было? Ну там меч, кинжал, секира — или автомат?

Блин, взрослый вроде мужик. А вот клинануло его на викингах…

— Да, думаю, ему как бы пофиг. Оружие и оружие.

— Вот, и я так же думаю. Ещё погоди, — они, поломники типа, тут культ из Устоса сделают, чувствую я… — заметил Жексон, опять напяливая фартук и вновь принимаясь за работу, — Будет со временем эта палица типа «Копья Судьбы»… Слышал про «Копьё Судьбы», не?

— Не. Я сказками не увлекаюсь.

— Деловой!..

Так бы мы и дальше в шутку препирались, но у меня засигналила рация. Батя. Я сунул наушник гарнитуры в ухо и нажал тангету:

— Тут я. У Джона в мастерской.

Выслушал, ответил; не успел сказать ничего Жексону — у того у самого засигналила рация. У них хорошие рации — «Кенвуд», многодиапазонные; это у нас с батей чисто двоечка. Блин, ну, сегодня точно с Жексоном в комп не получится. Да и занят он.

Ну, конечно — это Спец Джону звонил. Дал указание проводить меня к бате. У них тут «посетителям» неположено свободно, одним по территории гулять — только с сопровождающим; или если предварительно посты оповестить — вот как когда я пулемёт от джипа тащил. А так — нет. Строго всё. По военному. Или «по регламенту», как батя говорит. Мне нафиг не нравится такое. У нас в Башне пеоны, которые «наёмные», свободно ходить могут. Правда, они не особо и ходят — подорваться боятся, — я им про Бруцеллёза, про его попытку сбежать рассказывал…