Евгений Сухов - Крысятник

— Зачем бежать? Почему? Я в отпуск…

— А, тогда ладно… Отдыхай.

В то же мгновение Сафин почувствовал, как что-то очень холодное проникло в его брюшину. От невыносимой боли у него перехватило дыхание, и Альберт с ужасом осознал, что у него не остается сил, чтобы выпустить дым. Сигарета выскользнула из ослабевших пальцев, а через окно дохнул небывалый холод, который мгновенно заморозил его пронзенные заточкой внутренности. Полковник почувствовал, что его тело невероятно отяжелело и стало непослушным. Уже теряя сознание, он как бы со стороны увидел, что Серый подхватил его под руки и волоком тащит к двери. Она распахнулась, и тут же в тамбур ворвался грохот колес и запах машинного масла. Последнее, что успел рассмотреть Сафин, были железные ступени вагона и несущаяся внизу земля, а потом все оборвалось.

Чертанов буквально вклинился между зеленым джипом «Гранд-Чероки» и темно-вишневым «Вольво». Узкий переулок из конца в конец был заставлен дорогими машинами, и надо было обладать немалым мастерством, чтобы, никого не задев, вырулить на основную магистраль. Оставалось только гадать, какая нелегкая заставляла владельцев иномарок парковаться на узенькой улочке, когда соседняя, точно такая же, оставалась свободной. Правда, в тридцати метрах отсюда располагалось небольшое кафе, и кофе в нем, как говорят, готовили по какому-то особому бразильскому рецепту. Но и это не самая веская причина, чтобы калечить своих металлических любимцев. Чертанов усмехнулся, подумав о том, что малейшая царапинка на таких дорогих машинах обходится хозяевам в кругленькую сумму в долларах. Хотя, собственно, какое ему до этого дело, — постарался он погасить в себе злую вспышку, — пусть хоть стодолларовыми купюрами подтираются по выходным дням.

Чертанов посмотрел на часы. До назначенного времени оставалось почти десять минут. Он уже начал жалеть о том, что приехал слишком рано, но вдруг передняя дверца стоящего рядом «Фольксвагена» распахнулась, и в салон к Чертанову нырнул Репа.

— Рановато ты, однако, встречи назначаешь, — посетовал положенец. — Я даже чашку кофе не выпил.

— Не очень-то ты похож на гурмана, — Чертанов пожал руку положенца, мягкую и податливую. — Я-то думал, что ты по другой части специализируешься.

— А-а, вот ты о чем, гражданин начальник, о тех двух граммах героина, что у меня когда-то при обыске нашли? Только ведь это не мое было, такие, как ты, и подбросили. Можешь не верить, но с тех пор я зашиваю карманы, — Репа махнул рукой. — И не только я один так делаю!

— Может, ты и наркоту никогда не пробовал? — на губах Чертанова мелькнула едкая улыбка.

— Врать не буду, приходилось. Слушай, начальник, разговор у нас с тобой как-то тяжеловато завязывается, не нравится мне это.

— Давай сменим тему, — легко согласился Чертанов. — Собственно, что мне за дело? Это не по моему ведомству. Тут и без наркоты голова от разных проблем пухнет…

— А-а, вижу, — насмешливо согласился Репа, — твои проблемы у тебя под глазами нарисованы. Сдал ты, майор, за последние дни. Вон даже седые волосы появились.

— Было от чего.

— Слышал о твоих похождениях. А ты молодец, сумел постоять за себя, — в голосе Репы послышались уважительные интонации. Похоже, что он признал Чертанова и принимал за равного. Пусть и противоположного лагеря, но равного. — Честно говоря, я не ожидал от тебя такого характера. Ну, так что ты там хотел? Варяг сказал, что с тобой можно иметь дело, а его слово для меня много значит.

Кажется, Чертанов понял, почему Репа выбрал именно это местечко. Переулок больше напоминал средневековую улочку какой-нибудь европейской столицы — того и гляди, зацокают по брусчатке кованые копыта боевого коня. Красоту, видать, любит. Эстет, мать твою! А еще переулок прекрасно просматривался со всех сторон, и в нем нетрудно обнаружить нежелательного свидетеля. Где-то рядом наверняка несли свою вахту быки с мобильниками в руках, готовые в случае неприятного поворота событий защищать своего хозяина.

Чертанов даже выглянул в окно, чтобы среди небольшого числа прохожих отыскать людей Репы. Может, эти двое, что курят на углу? Или те, что пытаются ухаживать за девушкой, вышедшей из адвокатской конторы? Не разобрать! Профессионалы. Порой бандитская служба наблюдения ни в чем не уступает федеральной конторе.

— Ты знаешь о том, что вчера застрелили еще одного кассира, на Пушкинской?

— Слыхал, — нахмурился Репа. — А тебя-то это почему волнует? Во-первых, в Москве объявился Варяг, а уж он-то сумеет прекратить беспредел. Во-вторых, отморозки братву мочат, так что ты только радоваться должен. Вы же, менты, как рассуждаете: чем больше бандитов поубивают, тем спокойнее в городе будет.

Чертанов усмехнулся:

— Мы обязаны защищать всех. А потом, это еще большой вопрос, станет ли спокойнее.

— А-а, — одобрительно протянул Репа, — значит, и менты стали соображать. Только это наши проблемы, мы с ними сами справимся.

Чертанов отрицательно покачал головой:

— Сколько же поляжет ваших пацанов, пока Варяг отыщет убийцу? Для антикварщиков и рэкетиров-кассиров уже впору братскую могилу сооружать.

— Не нравятся мне такие шутки!

— А я не шучу, — жестко отрезал Чертанов. — Я хочу его поймать.

— А тебе-то это зачем надо? — удивился положенец. — А-а, понимаю… Я тебя разгадал. Ты хочешь прогнуться перед начальством, все-таки не из санатория вернулся, а из тюряги.

— Послушай, Репа, ты хочешь услышать какие-то откровения? Ты их не дождешься, и не надо меня заводить, я тоже не каменный, могу сорваться. И не думай, что ты сделал одолжение, явившись сюда. Ты заинтересован больше меня, чтобы остановить этот беспредел. Мало того, что твоих людей убивают, так еще и деньги до общака не доходят. Вот сколько у кассира пропало денег в этот раз?

Репа неожиданно широко улыбнулся:

— Мелочь. Двести баксов.

— Только не надо мне вкручивать! Самая скромная цифра — это десять тонн.

— А ты неплохо информирован, — буркнул Репа.

— Это моя работа — знать о таких вещах, а информирован неплохо тот, что убрал парня.

— Я уже сказал: пусть у Варяга голова болит. Он за казну отвечает, не ты и не я.

— Ой ли? — усмехнулся Чертанов. — За наезды на антикварщиков в конечном итоге с тебя спросят, думаешь, я не понимаю? Ведь ты им крышу даешь. На твоей территории творится наглый беспредел. Но это еще только цветочки. Ягодки начнутся, если налетчики действительно доберутся до общака. Как думаешь, на разборы только одного Варяга вызовут, а ты в стороне останешься?

— Ладно, кончай грузить! — неожиданно рассвирепел Репа, огладив руками голову так, словно желал убедиться в том, что она пока что крепко сидит на его плечах.