Джон Фарроу - Ледяное озеро

Мэтерз кивнул.

— Его только что взорвали.

— Взорвали?

— Рядом со зданием его компании. Он сунул ключ в замок зажигания, и машину разнесло в клочья. Гарри стал историей.

Они оба уже были на пределе, и только что полученная информация никак не укладывалась у них в головах. Санк-Марс пытался представить себе черную дыру, в которой исчезают планеты и галактики, где само время меняет свою конфигурацию. Ему казалось, что вся жизнь подвергается непонятной мутации — все, что не было разрушено, стало приобретать чудовищные очертания.

— Что же такое происходит? — ошеломленно спросил Мэтерз.

Санк-Марс был не в силах что-либо объяснить.

— Ученые бьются над загадкой исчезновения материи во Вселенной. — Как бы пытаясь предотвратить неизбежный вопрос напарника, он поднял обтянутую перчаткой руку. — Не бери в голову, я не собираюсь читать тебе лекцию. Я просто устал. Хочу только тебе сказать, Билл, что исчезающая во Вселенной материя не может сравниться с тем, что творится у нас, потому что в нашем случае исчезает все, что может иметь какой-то смысл. Мы сами находимся неизвестно где. Мы заблудились в трех соснах.

— Его машину подорвали динамитом?

— Или пластиковой взрывчаткой. Я уже даже стал забывать, что кто-то и мою машину пытался взорвать.

— А я — нет. Я из-за этого не могу жить с собственной женой! — Мэтерз с силой вцепился в рулевое колесо. — Что мы теперь будем делать, Эмиль? — спросил он, как будто стряхнув с себя усталость. — Необходимо что-то предпринять. Мы должны дать какой-то ответ.

Санк-Марс кивнул. Он тоже был до предела вымотан, но возбуждение молодого напарника передалось и ему.

— Поезжай-ка ты сейчас на место преступления в «Хиллер-Ларджент». Выясни там все, что можно будет выяснить. А я потолкую с Роландом Харви.

Мэтерз слегка смутился.

— О чем?

— Харви привел тебя к Люси, Билл. По крайней мере, он тебя привел прямо к ее машине, и я могу дать руку на отсечение, что это одно и то же. И ни у кого он не спрашивал на это разрешения. Значит, Люси прячут либо могавкские миротворцы, что вполне вероятно, либо воины, а он одновременно является и могавкским воином. В любом случае, Роланд имеет к этому делу непосредственное отношение, и ему придется познакомить меня с Люси Габриель. Мне бы хотелось, чтобы сначала ей меня кто-нибудь представил и наша встреча прошла в дружеской обстановке.

Мэтерз не вполне разделял мнение начальника.

— Эмиль, может статься, он не захочет этого делать.

Санк-Марс хмыкнул.

— После того что случилось этой ночью, захочет. Убит полицейский. Они хорошо помнят, что здесь творилось, когда неподалеку нашли убитого полицейского.

— Тогда полицейского застрелили индейцы. Или вы хотите сказать…

— Нет, не хочу, — заверил его Санк-Марс. — Но они знают, что, когда убивают полицейского, мир на какое-то время сходит с ума. Он отведет меня к Люси.

Погода понемногу улучшалась, ветер разгонял тучи, ущербным полумесяцем выглянула луна. Детективы разъехались в разные стороны, готовясь к встречам с разными людьми. Биллу Мэтерзу предстояло разбираться в следах кошмарного взрыва. Эмиль Санк-Марс готовился к встрече с ненавидевшими полицейских преступниками-индейцами, хотя некоторые из них сами были призваны защищать закон и порядок. Он очень надеялся, что они сведут его с молодой индианкой, стремившейся спрятаться от мира, и ему удастся найти с ней общий язык.

Санк-Марс ехал обратно по шоссе мимо лесов и раскиданных по северному берегу озера ферм. Он позвонил кому-то по телефону, и ему быстро нашли в телефонной книге домашний адрес Роланда Харви. После это его соединили с диспетчером, который объяснил ему, как туда лучше проехать.

Его так и подмывало заехать к Люси без приглашения, но он не знал, как ее охраняют в монастыре, и ему совсем не хотелось вступать там с кем-нибудь в перестрелку или чем-то пугать ее или кого бы то ни было другого. В этой ситуации самым правильным решением был предварительный визит к Роланду Харви.

Следуя полученному по телефону маршруту, он въехал на индейские земли, продолжая путь по узкой извилистой дороге, проложенной в сосновом лесу. Ветви деревьев покрывал чистый белый снег, хорошо заметный в лунном свете. Сначала дорога вела в гору, но через некоторое время она пошла под уклон и вывела его на поляну, где он сразу заметил идущий из трубы дымок, а потом и сам дом. Санк-Марс был поражен количеством автомобилей, припаркованных на стоянке. В основном это были обшарпанные пикапы и дорогие внедорожники. В самом доме он разглядел прислоненные к подоконникам ружья. Когда детектив выключил фары и двигатель, он заметил в помещении какое-то движение, явно вызванное шумом его машины. Тем лучше — не придется будить людей.

Он шел к двери, под ногами поскрипывал легкий снежок. При этом детектив старался держаться пространства, на которое падал свет из окна комнаты, чтобы все его видели и сохраняли спокойствие. Чудесная морозная ночь выдалась, морозец аж кожу пощипывал, белым паром в прозрачном ночном воздухе клубилось его дыхание.

Сквозь оголенные ветви деревьев ярко мерцали звезды.

Санк-Марс постучал в массивную сосновую дверь.

После непродолжительной паузы ему отворил Роланд Харви. Мужчины пристально смотрели друг другу в глаза.

— Что случилось? — спросил констебль Харви.

Он был без формы — в джинсах и клетчатой рубашке. Позади него стояли несколько мужчин с таким видом, будто они готовы немедленно вмешаться. Двое парней высматривали в разные окна: один к ним пожаловал Санк-Марс или привел с собой подкрепление?

— Люси Габриель находится в монастыре, — без обиняков сказал Санк-Марс. — Мне надо с ней поговорить.

Харви продолжал смотреть на него не мигая. Потом сказал:

— Подождите здесь, — и закрыл дверь.

Когда дверь снова распахнулась, на индейце была теплая куртка и зимние ботинки. Они с Санк-Марсом немного отошли от дома и остановились, снова глядя друг на друга. Индеец сказал:

— Вы меня просите об этом?

— Да. Я прошу вас проводить меня к Люси.

— Я не могу просто так это сделать.

— Почему? Вы же ездили к ней после нашего разговора днем.

— Вы за мной следили? — Констебль слегка выпятил подбородок, что лишний раз подчеркивало его откровенную враждебность.

— Я дал указание своему человеку следовать за вами. Или вы мне и теперь не доверяете?

— Вы правы, у меня нет оснований доверять вам. Я и раньше вам не очень доверял.

— Вы помните Чарльза Пеншо?

— Да, конечно. — Он не застегнул куртку и теперь резким жестом запахнул ее, держа руки в карманах.

— Он мертв.

Роланд Харви сначала чуть наклонился к Санк-Марсу, как будто хотел убедиться, что не ослышался, потом, когда до него дошло, резко отпрянул назад, глубоко вздохнул и встряхнул головой.