Иван Стрельцов - Черная смерть

Полученные за годы учебы в военном училище знания русского языка и отличная ориентировка в городе сослужили Махмуду хорошую службу. Ему не нужны были переводчик или гид-водитель, достаточно было взять автомобиль напрокат.

В туристическом агентстве, куда обратился ливиец, желание выслушали с кислой миной, все-таки прокат машины стоит куда меньше, чем работа специалистов. Но, несмотря на это, автомобиль предоставили. Фарук не стал брать дорогую иномарку, остановив свой выбор на простенькой «восьмерке». Несмотря на неказистый вид, машина оказалась довольно резвой, скорость набирала за считанные секунды, легко слушалась руля и хорошо держала трассу. Большего от этого авто и не требовалось.

Еще один день Фарук обкатывал машину, а заодно наблюдал, не прицепили ли ему местные спецслужбы «хвост». Долгие часы, наматывая километры, Махмуд никого не обнаружил. Приезжие иностранцы уже нисколько не интересовали нынешние спецслужбы, как это было во времена всемогущего КГБ. Убедившись в полной безопасности, ливиец через управляющего «Учен-Банка» передал Асламбеу Максурову, что согласен на его предложение. Чеченец тут же связался с ним и попросил подождать несколько дней. Сроки были вполне приемлемыми, тем более что деньги тоже должны были прибыть в ближайшие дни. Перекусив в гостиничном ресторане, Фарук не спеша отправился к стоянке, где его ожидала машина. Сегодня ливиец был экипирован по полной программе. В камане его пиджака лежал портативный скэллер — электронная глушилка, на поясе висел мобильный телефон «ИоМа» в действительности — малокалиберное четырехствольное стреляющее устройство, замаскированное под трубку мобильного телефона. А между пальцев полковник непрерывно перекатывал четки из слоновой кости. Вещь вроде-бы совершенно безобидная, но при правильном положении в руке четки превращались в сокрушительный кастет. Дело в том, что разведчики подобного уровня оружием не пользуются, но действия в странах с нестабильной криминогенной обстановкой вносили свои коррективы. Погибнуть из-за нескольких монет или просто потому, что твоя физиономия не понравилась местному хулигану, глупо, вот и приходилось защищаться, чтобы не подставить задание под угрозу срыва… Покатавшись с полчаса по городу для дежурной проверки «хвоста», полковник Фарук ничего интересного не заметил. Правда, мелькнул пару раз серый «Вольво», но эта машина вскоре исчезла, видимо, все-таки случайность, на ближайшем повороте Махмуд свернул в сторону моря. Промчавшись мимо торчащих стрел портовых кранов, «восьмерка» плавно съехала на набережную, ведущую к яхт-клубу.

Среди десятка торчавших, как флагштоки, мачт яхт Махмуд Аббас Аль Фарук узнал ту, которую ожидал несколько дней.

Белоснежная остроносая одномачтовая яхта под названием «Аграба», под флагом Иордании на корме, покачивалась на ленивых волнах таможенного пирса. Осмотр и оформление новоприбывших пограничной и таможенной службой уже закончился. Сход на берег членов команды или подъем гостей на борт яхты был разрешен.

Въехав на территорию яхт-клуба, полковник остановил машину на небольшой стоянке возле бара, прямоугольного одноэтажного здания, выстроенного в виде тропического бунгало. Заглушив двигатель, Махмуд Аббас Аль Фарук поднял на лоб солнцезащитные очки и бросил пристальный взгляд в сторону яхты. На «Аграбе» пятеро голых по пояс смуглолицых мускулистых парней наводили тщательный марафет, двое драили палубу, еще двое тряпками сноровисто натирали металлические обручи над бортом, И только пятый, казавшийся взрослым дядькой среди подростков, стоял без дела на капитанском мостике, оперевшись могучими руками на деревянное колесо штурвала, и безмятежно попыхивал толстой темно-коричневой сигарой. Пятерка самых лучших бойцов сил специального назначения ливийской армии для полковника Фарука являлись курьерами, сопровождающими деньги, а также ударной силой (телохранителями) на случай непредвиденных обстоятельств. Командовал боевиками капитан Али, гигант, оккупировавший капитанский мостик.

Безмятежный вид здоровяка свидетельствовал о том, что все на судне в порядке. В случае внезапного сбоя или опасности (не приведи Аллах), на бычьей шее Али красовался бы красный холщовый платок.

Захлопнув дверцу, Махмуд Аббас Аль Фарук неторопливой походкой направился к яхте, ступив на деревянные балки пристани, он опустил руку в карман пиджака и включил скэллер.

Один из бойцов, драящих палубу, первым увидел приближение полковника и громким возгласом оповестил старшего о прибытии гостя. Оторвавшись от штурвала, Али повернулся в сторону пирса, и его лицо расплылось в широкой улыбке. Сорвавшись с места, он легко соскочил с мостика, как заправский моряк, только придерживаясь руми за поручни.

— Пройдем в кают-компанию? — предложил Али после взаимных приветствий.

— Не стоит, — отказался полковник и, покосившись в сторону административного здания, где размещались таможенники, добавил:

— Еще чего доброго подумают, что здесь происходит преступный сговор, и снова начнут трясти А нам лишних волнений не надо. Поговорим на корме. Ступив на палубу яхты, Махмуд прошел на корму и, встав рядом с развевающимся флагом, оперся на натертый до блеска поручень и скупо поинтересовался:

— Ну как?

— В лучшем виде, — с усмешкой ответил Али.

— Деньги в двух контейнерах, привинченных к килю яхты, там же оружие и экипировка. И

— Если снять груз, яхта не перевернется? Все-таки пять тысяч пачек, тяжесть.

— Нет, — покачал головой старший боевик.

— Там хитрая система противовесов. Достаточно нажать на одну кнопку, и груз сам всплывет, а яхта по-прежнему останется на плаву.

Больше говорить было не о чем, да и долго светится перед пограничниками не входило в планы полковника, он уже собрался покинуть яхту, как неожиданно его сердце сжалось от неясной тревоги. Ливиец опустил очки и внимательно осмотрел широкую полосу берега, густо поросшую ветвистыми деревьями. Ничего подозрительного он не заметил, поэтому внезапный приступ тревоги отнес на счет нервного напряжения. «Наверное, это нервное, все таки на мне лежит ответственность за пятьдесят миллионов. Нешуточная сумма».

— Ждите моих распоряжений, — коротко бросив на прощание капитану, полковник сошел на берег…

Наблюдая, как Махмуд Аббас Аль Фарук удаляется от яхты, Алена опустила небольшой, но довольно мощный бинокль. С башни канатной дороги она могла хорошо разглядеть яхт-клуб и ливийца, за которым ей следовало наблюдать. Очень уж хотелось послушать, о чем беседовали встретившиеся арабы, но на таком расстоянии направленный микрофон был бессилен, да и у Махмуда наверняка работает глушилка. Но из любого положения есть выход.