Агата Кристи - Таинственный противник

Он постарался как можно лучше описать Таппенс, но носильщик покачал головой. Тем поездом приехало несколько человек. Однако вспомнить некую леди он так и не смог. Правда, Томми был абсолютно уверен, что никто не спрашивал его о дороге на Моут-хаус.

Вернувшись к Джулиусу, молодой англичанин все ему объяснил. Депрессия давила на него, как свинцовый груз. Он почему-то был уверен, что их поиски не увенчаются успехом. У врага был трехчасовой гандикап. А трех часов для мистера Брауна было более чем достаточно. Он обязательно подумает о том, что телеграмма могла попасть в чужие руки.

Дорога казалась бесконечной. Один раз они повернули не туда и прошли почти полмили в неправильном направлении. Было уже половина восьмого, когда маленький мальчик сказал им, что «Моут-хаус прям за углом».

Незапертые проржавевшие ворота качались на своих петлях. Заросшая подъездная аллея была засыпана упавшими листьями. Что-то в этом месте заставило быстрее забиться сердца обоих мужчин. Они двинулись по пустынной аллее. Листья заглушали звук их шагов. Солнце почти село. Казалось, что они идут по миру призраков. Над ними печально скрипели и шумели ветви деревьев. Время от времени падающие листья касались их лиц.

Наконец они вышли к дому. Он тоже казался абсолютно пустым и заброшенным. Ставни были заперты, а каменные ступени все заросли мхом. Неужели Таппенс выманили именно в это безлюдное место? Было сложно поверить в то, что за последние месяцы здесь побывал хоть один человек.

Джулиус дернул ручку проржавевшего звонка. Немелодичный звук разнесся по всему зданию. Никто не появился. Они звонили снова и снова – опять никаких признаков жизни. Потом они обошли вокруг дома: везде тишина и закрытые окна. Если верить глазам, то место было совершенно заброшенное.

– Ничего, – резюмировал Джулиус.

Они медленно пошли к воротам.

– Где-нибудь поблизости должна быть какая-то деревня, – продолжил американец. – Надо поспрашивать там. Жители наверняка знают что-то об этом месте и был ли здесь кто-нибудь за последнее время.

– Хорошая идея.

Идя вверх по дороге, они подошли к небольшому поселению. На его окраине им встретился работяга, который шел, размахивая мешком с инструментами.

– Моут-хаус? В нем никто не живет. Пустует уже несколько лет. Ключ есть у миссис Суини. Если вам надо, то идите к почте.

Томми поблагодарил его. Скоро они вышли к зданию почты, в котором также торговали сладостями и всякой ерундой. Здесь они постучались в дверь дома рядом с почтой. Им открыла опрятно одетая женщина приятного вида. Она с готовностью протянула им ключ от Моут-хаус.

– Сомневаюсь я, что это место может вам подойти, сэр. Оно в жутком состоянии. Крыша сплошь протекает, и все такое… На ремонт уйдет уйма денег.

– Благодарю вас, – весело ответил Томми, – почти уверен, что все так и есть, но жилье сейчас трудно найти.

– В этом вы правы, сэр, – с чувством согласилась женщина. – Дочка с зятем ищут подходящий коттедж уж и не знаю сколько времени. А все эта война… Все на свете перепутала. Простите меня, сэр, но сейчас уже темновато, чтобы рассматривать дом. Может, лучше подождать до завтра?

– Да вы не волнуйтесь. Сегодня мы только взглянем. Мы бы уже давно добрались, но потерялись по дороге. А где здесь лучше всего остановиться на ночь?

Миссис Суини задумалась.

– У нас есть «Герб Йоркшира», но для таких джентльменов, как вы, он вряд ли подойдет.

– Уверен, что отлично подойдет. Благодарю вас. Кстати, а этот ключ у вас сегодня не спрашивала молодая леди?

Женщина отрицательно покачала головой:

– Сюда уже давно никто не приезжал.

– Еще раз спасибо.

Они направились назад к Моут-хаус. Входная дверь с громким скрипом протеста повернулась на своих петлях. Джулиус зажег спичку и внимательно исследовал пол. Потом он покачал головой.

– Готов спорить, что здесь никто не проходил. Вы только посмотрите на пыль – какой толстый слой… И никаких следов.

Они побродили по пустынному дому. Везде од-на и та же история. Толстый слой пыли был не тронут.

– Черт меня побери, – сказал американец. – Не верю, что Таппенс когда-нибудь здесь была.

– Должна была быть.

Но Джулиус молча покачал головой.

– Надо будет прийти сюда завтра, – сказал Томми. – Может быть, мы что-то увидим при дневном освещении.

На следующее утро они продолжили поиски, но были вынуждены с прискорбием признать, что в доме никого не было в течение длительного времени. И они уже были готовы уехать, если бы не удачная находка Томми. Когда они возвращались к воротам дома, молодой человек неожиданно вскрикнул и, наклонившись к земле, поднял что-то с опавших листьев. Он протянул Джулиусу небольшую золотую брошь:

– Это вещь Таппенс.

– А вы уверены?

– Абсолютно. Я часто видел, как она ее носила.

Джулиус глубоко вздохнул.

– Это все объясняет. По крайней мере, досюда она добралась… Мы устроим штаб-квартиру в пабе и будем искать, пока не отыщем ее. Кто-то же должен был ее видеть.

И они стали искать. Они искали поодиночке и вместе, но результат был один и тот же: никто не видел молодую леди, отвечавшую описаниям Таппенс. Мужчины были ошарашены, но надежды не теряли. Потом они поменяли тактику. Таппенс совсем не обязательно долго находилась в окрестностях Моут-хаус. Это говорило о том, что ее могли захватить и увезти на машине. Они возобновили свои поиски: видел ли кто-нибудь в тот день машину, стоявшую вблизи Моут-хауса? И опять все безуспешно.

Джулиусу доставили его собственную машину, и они каждый день стали объезжать окрестности. Отследили серый лимузин, на который возлагали большие надежды, до самого Харрогейта, но оказалось, что он принадлежит очень уважаемой незамужней леди!

Каждый день они отправлялись на новые поиски. Джулиус был как спущенная с поводка ищейка. Каждая машина, проезжавшая по деревне в тот день, была отслежена. Он нарушал границы частных владений и подвергал владельцев машин перекрестному допросу. Его извинения были так же эмоциональны, как и его методы – ему почти всегда удавалось погасить возмущение своих жертв. Но день проходил за днем, а они так и не могли разыскать Таппенс. Похищение было спланировано настолько безукоризненно, что девушка, казалось, просто растворилась в воздухе.

Еще одна проблема не давала Томми покоя.

– Вы знаете, сколько мы с вами провели здесь времени? – спросил он однажды утром за завтраком. – Уже целую неделю! Таппенс мы так и не нашли, а меж тем двадцать девятое – это следующее воскресенье.

– Дьявольщина, – задумчиво произнес Джулиус. – Я почти забыл о двадцать девятом… Ни о чем не могу думать, кроме Таппенс.

– Я тоже. Но я, по крайней мере, не забыл о двадцать девятом, хотя, на мой взгляд, найти Таппенс для нас гораздо важней. Сегодня двадцать третье, и времени остается все меньше и меньше. Если мы хотим ее вернуть, то должны это сделать до двадцать девятого – после этого ее жизнь не будет стоить и пенса. Игра в заложники просто закончится. Я начинаю думать, что с самого начала мы совершили очень большую ошибку. Мы потеряли массу времени и ничего не достигли.