Владимир Царицын - Осенний лист, или Зачем бомжу деньги
- Название:Осенний лист, или Зачем бомжу деньги
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Аэлита
- Год:2013
- Город:Екатеринбург
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Царицын - Осенний лист, или Зачем бомжу деньги краткое содержание
Место действия — Россия. Время действия — наши дни (нулевые годы текущего столетия).
Главный герой романа — Алексей Алексеевич Сидоров — бывший преуспевающий бизнесмен, в одночасье потерявший все: любимую женщину, дом, деньги, положение становится бомжем. Сидоров умен и предприимчив, некоторые его инициативы помогают улучшить быт вольного братства. За эти услуги бомжи, обосновавшиеся на развалинах завода «Искра», провозглашают его своим предводителем.
Известие о том, что бывшая жена Алексея Катерина убита боевиками преступного авторитета Пархома, толкает Сидорова встать на путь мщения.
Осенний лист, или Зачем бомжу деньги - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
На стекле остались две последние буквы: АК. Дурак? А может мудак? Нет, наверное, дурак. Старый дурак! Бирюк вернулся к окну и стер эти «АК». Открыл форточку. Звуки ударов стали ещё громче.
Где-то там по площадке носится неугомонный Окрошка. Носится и на всех кричит, учит всех и каждого, как надо работать. Объясняет, небось, машинисту драглайна как правильно управлять механизмами, и в какой участок стены надо вдарить, чтобы половчей её развалить. И не жалко ему «родного дома», в котором долгие годы жил? Окрошка теперь не на костылях прыгает. Сидоров заказал ему протез, и Окрошка моментально научился ходить на двух ногах. Словно у него всегда было две ноги. Со стороны и не заметишь, что у человека протез. Быстро и легко выучился. Он вообще быстро всему обучается. Теперь Окрошку все называют Петром Васильевичем. Он теперь большой человек — заместитель директора строительной компании «Екатерина Великая». Директор Сидоров Алексей Алексеевич, но Окрошка по-прежнему зовёт его Ляксеичем.
По поводу того, что строить на месте бывшей «Искры», у них с Сидоровым спор вышел. Сидоров сказал, что строить будет завод железобетонных изделий, а потом город застраивать и расширять станет. Жилья не хватает. А Окрошка настаивал на том, что строить надо консервный завод. Чтобы все, значит, сыты были, и консервов вволю поели. Сидоров посмеялся. Окрошка обиделся. Но обижался недолго, с жаром включился в работу.
Кроме Окрошки, в Сидоровской фирме почти все «искровцы» работают. Только Сёстры Звягинцевы ушли в монастырь. Работать они не смогли, а богу молиться… каждому своё, однако. Это Сидоров им посоветовал в монастырь идти, и лично к настоятелю отвёз. Кроме сестёр — все в «Екатерине Великой». Кто на рабочих местах, а кто на умственной работе. Ведь в прошлой жизни многие интеллигентными людьми были. Серёга Потоцкий, Малыш, например. Работу Малыша, правда, трудно умственной назвать, он в службе безопасности трудится. А Серёга конструктором когда-то был. Сейчас у Сидорова какие-то конструкции рассчитывает.
Все при деле. Только он, Бирюк, отдыхает. На государственном обеспечении. Да ещё неслабые «кабанчики» от Окрошки и Сидорова получает. Жрёт бутерброды с икрой и сервелатом, пьёт кофе. Коньяк в тумбочке стоит у него. Жрёт и спит. Ежели, что где кольнуло или заломило, будьте любезны — сестра-опекунша. Ежели что серьёзней — тоже помереть не дадут. А ежели…
Нет. Надо позвонить Сидорову. А лучше встретиться. Может, возьмёт на работу? Хоть сторожем. И насчёт Майки с ним побазарить.
Майка…
Чуть до грехопадения не довела старика, кошка рыжая зелёноглазая! Стерва окаянная! Правильно её старухи так обзывают!
Бирюк прислушался к себе. Недавнее сексуальное возбуждение и не думало проходить. Перед мысленным взором Бирюка стоял ослепительно белый треугольничек Майкиных трусиков.
Фу ты, ёшкин кот!..
Надо чем-то заняться. Сделать что-то своими руками. Выгнать дурную энергию физической нагрузкой. Отвлечься. Перестановку, что ли, устроить?
Он осмотрелся. Особенно-то ничего и не переставишь — кровать, тумбочка, кресло, телевизор, холодильник. Всё. Нет, не всё. Картина! Картину можно перевесить. Что она над кроватью висит? Он же на кровати валяется всё время, и картину снизу не видно. Или в кресле сидит, телевизор смотрит. Картина сбоку. Тут одно из двух: либо на картину пялиться, либо в ящик. Куда бы её повесить? А если над телевизором? «Сонька» в проёме стоит между двух дверей — одна дверь в ванную, другая на кухоньку. Нет, не войдёт картина в проём. Широкая шибко. А если её не поперёк, а повдоль повесить?
Бирюк склонил голову набок. А ничего! Так даже больше на светофор похоже стало. Красный, жёлтый, зелёный. Горят одновременно. Ну и что? Это ж не светофор, это — картина.
Бирюк снял с гвоздя произведение неизвестного, но, по-видимому, неплохого, а может, даже талантливого художника-абстракциониста, и увидел дверцу тайника.
— Интересно!..
Старик поставил картину на пол, прислонив к стене, не спеша подошёл к двери, и, нарушив обыкновение, закрыл её на ключ.
— Так оно спокойней будет, — сказал он сам себе вслух.
На дверке был кодовый замок, но для медвежатника с большим стажем, коим являлся Бирюк, любой замок — не проблема. Было бы чем. Заветная котомка лежала в прикроватной тумбочке, с ней Бирюк расстаться не смог. Инструменты там, объяснил он Майке как-то. Мало ли, что случится?
Через пару минут Бирюк вытащил из тайника кейс. Взвесив кейс в руке, определил:
— Либо там кирпичи, либо деньги. Подозреваю, что не кирпичи.
Кейс был доверху набит пачками стодолларовых купюр. Бирюк пересчитал пачки, доставая из кейса и бросая на покрывало кровати — сто штук по десять тысяч долларов в каждой пачке. Ровно один миллион долларов. Вид миллиона не привёл Бирюка в состояние эйфории, он был совершенно спокоен. В своей жизни он видел горку бабок и побольше.
— И на хрена бомжу миллион? Тем более, бомжу на полном государственном обеспечении?
Бирюк уселся в кресло, искоса взглянул на кучу долларов и завёл неторопливый мысленный разговор с самим собой.
— Что делать с этими деньгами, а, Бирюк? Гульнуть напоследок? Взять с собой Майку (думаю, она не откажется) и махнуть по Европам? Погреть старые больные косточки на нерусских пляжах?
— Здесь в тихом уютном номере «Приюта убогих» под тёплым одеялом из верблюжьей шерсти тоже не холодно.
— Может, тебе, Бирюк, захотелось поплескаться в море? Или в океане? Чего мелочиться?
— В персональной ванне мне сейчас комфортней. Температуру можно регулировать. А в море холодно. И всякая дрянь морская — рыбки, медузы. Акулы, пираньи всякие…
— Просадить часть бабок в казино? Оттянуться по полной? Побарагозить всласть?
— Ещё чего! Отдать ни за что, ни про что, деньги каким-то дармоедам заморским! Хрен им!
— Можно попить дорогих коньяков, поесть омаров.
— Ох, да что, омары! Овсянка и манная каша! Здоровая пища. И желудок не болит и со стулом полный порядок. Да и не хочется что-то ничего. Вон, в холодильнике полно всего, а аппетита нет ни грамма. В тумбочке коньяк. Захочется водки или вина, скажу Сеньке-сантехнику, принесёт. Но не хочется. Ни коньяку, ни водки, ни вина.
— Хочешь заняться любовью с Майкой? А что? Вдруг получится?
— Да какой из меня любовник? Шевельнулось что-то, я уж решил — смогу! А что я смогу? Это большой вопрос. Да, ёшкин кот! Ушло моё время. Да от меня Майка в первую же ночь к какому-нибудь негру с твёрдыми мышцами в койку прыгнет. Только трусики её беленькие сверкнут.
— Значит, не желаешь шикарно провести время и встретить смерть на огромной гостиничной кровати президентского номера? В объятиях Майки? Ну ладно, не Майки, какой-нибудь… м-м-мулатки.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: