Эптон Синклер - Приобретут весь мир

Ланни ушел и подумал. Здесь было еще одно искушение, еще одно эмоциональное волнение. Пегги была связана с ним только браком ее тетки, а не кровью. Он был совершенно пригоден на этот счет. Очевидно, он ей нравился. И, очевидно, он выглядел интереснее, чем кто-либо, с кем она могла встретиться в этом разросшемся речном порту на проливе Лонг-Айленд. Ланни подумал, не собирается ли она занять место Лизбет в его воображении или займёт место Лорел? Она была своего рода комбинацией двух. Она была молода, и когда-нибудь у нее будет много денег, потому что ее отец был президентом Первого Национального банка Ньюкасла, и ее дед основал это учреждение, которое занималось всеми делами Бэдд-Эрлинг Эйркрафт и значительной частью Оружейных заводов Бэдд . У Пегги тоже были мозги, и она читала немало книг.

Ланни размышлял о влиянии на американское общество этого нового поколения молодых женщин, получивших образование, и, казалось бы, решивших подумать о себе. С его точки зрения, эти молодые люди были жертвами заговора прессы и радио, церкви и школы и политической платформы, убеждавших их, что так называемый американский образ жизни, «система свободного предпринимательства», был единственной свободной системой, совместимой с демократией. Разумеется, это означало большую свободу для Робби Бэдда, работодателя, но для массы рабочих это было давнее привычное рабство. Теперь Ланни сидел за обеденным столом своей мачехи и услышал, как Пегги Ремсен подытожила свои идеи по этому вопросу: «Мне кажется, что было бы гораздо более демократично, если бы рабочие сами создавали свои собственные рабочие места, а не дядя Робби создавал их для них всех». Ланни ничего не сказал, потому что, конечно, такие проблемы лежали за пределами компетентности искусствоведа.

Паспорт задерживался. Робби позвонил в военное ведомство, но его переадресовали в Государственный департамент. Он позвонил в Государственный департамент, и ему сказали, что этот вопрос находится на рассмотрении. Так было с бюрократами. Они рассматривают вопросы, пока не настанет конец света. Итак, Ланни, который сказал себе, что его время танцев закончилось, отправился на вечеринку в Загородный клуб Ньюкасла. Он был одним из двух десятков должно одетых джентльменов, которые танцевали с Пегги и расточали ей комплименты, которые она заслуживала, потому что выглядела очень привлекательно и вела себя весело и с обаянием. Ланни присутствовал на такой вечеринке в доме Лизбет Холденхерст, и он сказал себе, что сломал сердце Лизбет или, во всяком случае, надломил его, и теперь он оказался в положении волокиты и в опасности сделать то же самое с племянницей мачехи.

Наконец, пришло письмо на элегантном бланке, которое приглашало его обратиться к представителю Государственного департамента в Нью-Йорке. Поэтому он пошел и встретил человека значительно моложе себя, который выглядел как преподаватель колледжа. Робби Бэдд таких особенно ненавидел. С самыми элегантными манерами мистер Титерингтон пропустил Ланни Бэдда через инквизицию относительно того, что он хотел делать в Европе, и почему он считал себя обладающим особыми привилегиями. Такого допроса не должно было происходить вообще. Ф.Д.Р. отдал особый приказ военному ведомству, что президент Бэдд-Эрлинг Эйркрафт должен был иметь любые паспорта, которые он запрашивал для себя или своего сына. Ланни сказал: «Я полагаю, что Государственный департамент будет делать все, что угодно военному ведомству», но, по-видимому, это было наивно. Кто-то ошибся? Или бюрократы были настолько полны своей важности, что они имели свое мнение относительно приказов даже от главы правительства Соединенных Штатов?

В этом офисе Ланни действовал с большой осторожностью. Он не мог дать ни малейшего намека на то, что президент интересовался его поручениями за границей. Он не мог даже отказаться отвечать на вопросы и сказать, что обратится в вышестоящую инстанцию, потому что это может оскорбить молодого человека и сделать из него злонамеренного врага. Ланни знал, что все бюрократы живут в осаде газетчиков. Некоторые ненавидят их, а некоторые любят их, но все боятся их. И предположим, что этот мистер Титерингтон может сказать своему другу репортеру: «Ты знаешь что-нибудь об этом парне Ланни Бэдде, который называет себя искусствоведом и претендует на привилегию путешествовать по всей Европе в военное время? Он сын Робби Бэдда из Бэдд-Эрлинг Эйркрафт , и тебе стоит выяснить, что он делает». Возможно, какой-нибудь радио-ведущий задаст такой вопрос в эфире, а какой-нибудь нацистский агент это заметит. И это будет конец агенту президента навсегда!

Ланни с большим терпением и вежливостью объяснил, что его мать проживает в Жуан-ле-Пэн и маленькая дочь в Англии. На что добросовестный бюрократ ответил, что в таком же положении находится много американцев, но, к сожалению, Госдепартаменту пришлось выносить решения против всех таких просьб. Все еще терпеливо, Ланни объяснил, что у него есть заказы на несколько картин во Франции Виши, и он должен получить их там. На что вежливый бюрократ ответил, что все коммерческие вопросы надо решать по почте. Прижатый к стене, Ланни принял таинственный вид и заявил, что есть определенные дела, связанные с проектами нового истребителя Бэдд-Эрлинг. В последних французских моделях были сделаны некоторые улучшения, и Ланни обещали их чертежи. Это была самая важная проблема, поэтому заявление прошло через военное ведомство. Настойчивый чиновник хотел знать, почему была необходима швейцарская поездка, и Ланни сказал, что один из людей, с которыми он имел дело, может быть в этой стране.

Результатом всего этого было то, что заявление будет принято «на рассмотрение» и результаты будут объявлены Государственным департаментом. Ланни понял, что этот мистер Титерингтон делал то, что ему сказали, и было несправедливо обвинять его в ограничениях военного времени. Ланни верил в бюрократов, как единственную альтернативу деспотам от бизнеса на современном этапе социального развития. Но в то же время это было очень раздражающе. Он не мог позвонить Бейкеру по этому поводу, потому что Бейкер не должен был знать его имя. Он подумал связаться с профессором Олстоном, который познакомил его с Ф.Д.Р., тот должен знать его секрет, хотя он никогда не говорил об этом с Ланни. Но в газетах сообщалось, что Чарльз Олстон, которого они называли важной фигурой, в тот день был отправлен на самолете, чтобы присоединиться к президенту в его круизе.

Так что нечего было делать, только дожидаться возвращения Ф.Д.Р. Ланни решил, что он не вернется в Ньюкасл, где Эстер и Пегги могут поджидать его. Или подстерегать? Он решил не рисковать, а насладиться со своим другом и коллегой по искусству Золтаном Кертежи осмотром новых вещей, которые могут предложить дилеры, и тех, если таковые были добавлены в музеи. Кроме того, он посетит Бальдура Хайнша и даст ему возможность сказать, готовы ли заговорщики, чтобы Ланни Бэдд узнал их имена и передал их властителю Сан Симеона.