Ингрид Паркер - Черная стрела

Когда он вернулся в резиденцию, Тора храпел под теплыми одеялами, а их хозяин, без сомнения, также пошел отдыхать. Хитомаро понимал, что им надо отдохнуть после ночных розысков мальчика в районе Такаты, но ему самому тоже не удалось выспаться, хотя из-за намного более приятного занятия. На самом деле, он уже несколько дней не высыпался. Ему казалось, что из-за этого он не достигает нужных результатов и ему было стыдно за свои слабости.

Он намеревался искупить вину, больше работая.

Гарнизонные ворота были гостеприимно распахнуты настежь. Хитомаро поискал глазами охранников и, не найдя их, вошел.

Внутри частокола, среди деревянных бараков и на учебных площадках, были другие доказательства расслабленной дисциплины в гарнизоне. По углам валялся мусор, двор был завален лошадиным навозом и грязными сугробами снега, а хлопающие на ветру гарнизонные флаги были грязные и изодранные.

Хитомаро добрался до центрального административного здание и вошел. В большом зале группа солдат, собравшись вокруг жаровни, играла в кости, пила и разговаривала, кое-кто спал. Бросив мимолетный взгляд на него, с мечом, выступающим из-под соломенной накидки, они не заинтересовались им и вернулись к своим занятиям, и Хитомаро прошел мимо них к углу, что был отгорожен от остального помещения и застелен тростниковыми циновками.

Он предположил, что это, должно быть, кабинет командира. Отодвинув одну из циновок, он нашел капитана Такесуке, который занимался взаимными ласками с круглолицым мальчиком-новобранцем. На мальчике был надет только легкий халат и набедренная повязка, но холод не смущал его, он был разгорячен вином и желанием. Заметив Хитомаро, он медленно отстранился от капитана.

— Что тебе надо? Резко спросил Такесуке. — Кто тебя пустил сюда?

Хитомаро подавил недовольство, вытянулся, и отдал честь:

— Простите, господин. Там, у ворот, никого не было, а люди в казарме чем-то заняты. Лейтенант Хитомаро из администрации губернатора по его приказу.

Такесуке вытолкал полуголого новобранца прочь. — Ну, лейтенант, — прорычал он, — чего же вы хотите?

Хитомаро, не желая смотреть в глаза собеседнику, устремил свой взгляд чуть выше правого плеча капитана. — У вас пропал солдат по имени Огай, а у нас есть изуродованное тело в трибунале. Гото, местный торговец рыбой, утверждает, что это и есть его брат Огай. Этот Гото обвинил в убийстве своего соседа, но у нас есть основания полагать, что Гото лжет. Его превосходительство послал меня узнать у вас об Огайе.

— Огай? Этот ленивый ублюдок? Сердито сказал Такесуке. — Вы считаете, что он еще жив? Я лично отправлю его к Будде, когда он мне попадется. Это у него не первая самоволка! Ясно, почему ваш Гото так поступил и придумал историю про своего брата, чтобы спасти собственную шкуру. Он хлопнул ладонью по колену. — Примерное наказание дезертира многих удержит от подобных вещей. Не волнуйтесь, лейтенант. Мы позаботимся, чтобы документы на Огая были доставлены его превосходительству.

— Могу ли я спросить, господин, почему Гото выдумал эту ложь?

Такесуке посмотрел на него удивленно:

— Вы не поняли или шутите?

Хитомаро покачал головой:

— Конечно, не шучу, господин. Я озадачен, почему человек выдвинул ложное обвинение в убийстве против другого человека. Это преступление наказывается ста ударами плетью.

Такесуке рассмеялся:

— Что такое сто ударов плетью для человека, который вот-вот потеряет свою недвижимость? Ведь он поручился за своего брата. Если Огая задержат, то его брат нищий.

— Ах так, — кивнул Хитомаро. — Благодарю за разъяснение, господин, и простите за вторжение и за то, что помешал.

Перспектива наказания как Огая, так и его брата, развеселила Такесуке. — Вовсе нет, лейтенант. — Он улыбнулся. — Передавайте мои смиренные приветствия губернатору. Доклад ему придет сегодня же.

Из гарнизона Хитомаро направился в магазин Гото. Покупателей в нем не было, торговец лениво опирался о прилавок и отмахивался от мух. В нескольких больших деревянных чанах была рыба: скумбрии и тунец, лещи и угри, лежали разделанные на тушки или плавали в грязной воде. Жирные мухи были повсюду. Только резкая вонь от рыбьих потрохов могла привлечь мух в этом холоде, подумал Хитомаро и затаил дыхание.

Когда он вошел, хозяин узнал его и выпрямился. — Лейтенант! — Он поклонился несколько раз. — Приветствую вас. Вы принесли мне новости об убийстве моего бедного брата?

— Нет Я здесь, чтобы арестовать вас за обман губернатора, обвинение невиновного в преступлении из корыстных побуждений.

У Гото отвисла челюсть. Он попытался изобразить болезненную улыбку:

— Вы шутите. Ха, ха, ха. Солдаты любят такие шутки. Мой бедный брат также любил пошутить.

Хитомаро медленно достал тонкую цепь из-за пояса:

— Руки за спину!

Гото попятился. Его глаза измеряли расстояние до двери, но Хитомаро перекрыл дорогу. — Я не лгал, — воскликнул он. — Я мог ошибиться. Я беспокоился о моем брате… пропавшем, мы же с ним как два боба в одном стручке. Я ожидал худшего. Вы же знаете, как это, лейтенант.

— Я ничего не знаю, — сказал Хитомаро, растягивая цепь между кулаками. — Повернись.

— Если это не мой брат, то какое облегчение! Это хорошая новость! Вы должны позволить мне пригласить вас на празднование. Вино и ужин. В лучшем ресторане. Да, и приводите своих друзей. Я очень благодарен. — Гото излишне громко рассмеялся.

Хитомаро вздохнул. Взяв цепь в левую руку, он шагнул вперед и толкнул торговца рыбой в плечо и развернул его, после чего обхватил свободной рукой за шею и сжал. Гото обмяк. Хитомаро отпустил тело и связал запястья торговца за спиной. Затем он наполнил ведро с ледяной водой из чана с рыбой и вылил ее на голову Гото. Торговец дернулся, и закашлял, мелкая рыба хлопала по его рубашке.

— Встал и пошел! — Приказал Хитомаро, указывая нужное направление ударом по заднице. По дороге соседи Гото встречали его улыбками, а мальчишки насмешками. По прибытию в суд один из стражников запер торговца в клетку.

Выполнив поручение, Хитомаро направился в главный зал, ожидая, что Хамайя скажет, что его превосходительство еще спит. Но Акитада был в архивах, где, склонившись над картой района, делал пометки на клочке бумаги.

— Что у тебя, Хитомаро? — спросил он рассеянно.

— Гото в тюрьме. Капитан Такесуке сказал мне, что он поручился за своего брата Огайя.

Акитада выпрямился:

— Хорошая работа! Это объясняет его настойчивость, несмотря на очевидную разницу в возрасте трупа.

— Конечно, это также объясняет убийства, господин? Он, должно быть, убил бродягу, чтобы спасти шкуру брата и свою собственность. И он, вероятно, обрил голову жертвы, чтобы сделать опознание более убедительным.