Людмила Мартова - Когда исчезнет эхо

— Вы зачем издеваетесь над ребенком?! — закричала она. — Отпустите его немедленно, разве так можно!

— А ну пошла отсюда! — заорал Игорь Петрович и добавил непечатное слово. — Тебя, заразу, не спросили.

— Я сейчас полицию вызову, — дрожащим голосом сообщила Юлька, которая не терпела хамства и всегда терялась, когда с ним сталкивалась.

— Поли-и-цию?! — передразнил Игорь Петрович, но хватку все-таки ослабил, подопнул мальчишку в сторону дома. — Иди в хату, щенок, я с тобой еще поговорю, какого хрена ты по чужим огородам шастаешь, людей пугаешь! А ты, прошмандовка, вали отсюда, я сказал! Полиция у нас тут в деревне своя, собственная. Ваську видела? Так вот он полиция и есть. Только он супротив меня не попрет. Поняла?

— Гриша, тебе нужна помощь? — Юлька не собиралась сдаваться, хотя ей было страшно и противно одновременно. — Может, маму твою позвать?

— Не, не надо маму. — Мальчик, похоже, испугался ее предложения больше, чем грозного Игоря Петровича. — Вы идите, тетенька.

Юлька двинулась дальше, чувствуя, что ее только что словно обваляли в грязи. В Сазонове почему-то существовало только черное и белое. Остальные цвета терялись, стирались, будто кто-то взял и выключил гетерохромность окружающего мира, оставив только две краски и лишив их градаций. Живя здесь второй день, Юлька все время поочередно сталкивалась то с добром, то со злом. Причем и то и другое было концентрированным, ярким, не оставляющим полета воображению и не терпящим никаких иных интерпретацией.

За размышлениями она и не заметила, как дошла до нужного дома, крышу которого ей вчера издали показала Вероника. Зашла за шлагбаум, разделяющий Сазоново на «два мира, два образа жизни», позвонила в нужную калитку. Ей открыла сияющая девушка. Юлька в очередной раз подивилась, насколько же та красива.

— О-о-о, Юлия, мы уже имели разговор о том, что вы задерживаетесь, но я сказала, что пока можно не волноваться. Вряд ли с вами что-то случилось с того момента, как я имела возможность видеть вас утром. — В ее речи опять сквозила та элегантная неправильность, которая с самого начала привлекла внимание Юльки.

Она отметила идеально подстриженный, видимо, на самом деле «итальянский» газон, сбегающий мягкими уступами к реке, которую отделяла широкая полоса мелкого белого песка, красивую беседку с большим столом и белыми стульями, лежаки под зонтиками, мягкие полосатые матрасы — все то, что является обязательными слагающими качественного и уютного летнего отдыха.

Из одного из шезлонгов поднялась и теперь шла навстречу Юльке элегантная дама средних лет, одетая в легкие белые штаны и широкую белую же рубаху, свободно болтающуюся вокруг стройной фигуры. Дама была хоть и не похожа на темноглазую и темноволосую Веронику, но тоже удивительно хороша собой. Ее моложавое лицо совершенно не портили легкие морщинки у светлых, словно прозрачных глаз, как тоненькие лучики, убегающие к вискам. Светлые распущенные волосы волнами сбегали на плечи. Женщина приветливо улыбалась Юльке.

— Здравствуйте, проходите, пожалуйста. Меня зовут Джемма, я мама Вероники. А вы и есть Юлия?

— Да, извините, что я так внезапно. — Юлька тоже улыбнулась, потому что в присутствии этой женщины не чувствовала никакого смущения, словно перед ней стояла не итальянская богачка, может быть, даже миллионерша. — Синьора Джентиле, у вас прекрасная дочь, очень добрая.

— Нет-нет, зовите меня просто Джемма. И я очень рада, что Вероника позвала вас в гости. Признаться, тут немного скучно. И хотя я люблю спокойный отдых и мне нравится проводить время за книгами и хорошими фильмами, я вовсе не прочь с кем-то поболтать. Вероника сказала, что вы художница?

— В какой-то степени, — засмеялась Юлька. — Я работаю в фирме, выпускающей компьютерные игры мирового класса. Она входит в топ трех сильнейших производителей в мире.

Это прозвучало немного хвастливо, и Юлька сконфузилась. В конце концов, фирму создавала и раскручивала вовсе не она, и ее вклад в общий успех был совсем незначительным.

— О да, конечно, я знаю. — Джемма произнесла название Юлькиной фирмы, и та немного удивилась, что живущая в Италии женщина, оказывается, хорошо знакома с IT-рынком.

Впрочем, покупая земельный участок и строя дом в российской глуши, она, наверное, прочитала в Интернете все, что касалось региона, в котором ей предстояло жить. Вот интересно, а как она попала в Италию? Впрочем, спрашивать было неудобно.

Из дома вышел Виктор с кувшином лимонада в руках, и Юлька только сейчас вспомнила, что он же тоже напросился в гости. Правда, в отличие от нее, он не испытывал по этому поводу ни малейшего смущения и, похоже, уже совсем освоился.

— На стол поставить? — он мотнул головой в сторону беседки.

— Да-да, Витенька, спасибо. Юля, проходите, пожалуйста, в беседку. Давайте будем ужинать. Или вы, может, сначала хотите искупаться?

Юлька вспомнила о том, что сегодня так и не выбралась на деревенский пляж, который, похоже, начинался чуть левее, сразу за забором владений Джентиле. Впрочем, она видела, что забор доходит не до самой воды, а оставляет свободным песчаную полоску, как это и предписывалось российским законодательством. Ее удивило, что итальянские собственники земельного участка оказались столь щепетильны к его соблюдению.

— Нет-нет, я не хочу заставлять вас ждать. Искупаться можно и потом, — торопливо сказала она. — Какой у вас тут песок чистый, мелкий! Это вы специально себе пляж насыпали?

— Ну что вы! — Джемма мелодично засмеялась. — Конечно, нет. Здесь песок точно такой же, как на всем протяжении берега. За забором, там, куда деревенские ходят купаться, точно такой же песок, сами потом увидите.

Слово «деревенские» в ее устах прозвучало так уместно, словно она употребляла его с рождения. Впрочем, Юлька напомнила себе, что Джемма — русская, а значит, до того, как уехала в Италию, вполне могла бывать в русской глубинке.

— Интересно, как в Сазонове появился такой пляж? — вслух сказала она, пока все усаживались за стол.

Вероника принялась раскладывать по тарелкам салат из рукколы, креветки и маленькие красные помидорки черри. Выглядели они совсем не так, как те пластмассовые помидоры, которые продавались в каждом супермаркете, и пахли совсем иначе — солнцем и нагретой теплой землей. Юлька не утерпела, стащила с тарелки половинку, прямо руками, сунула в рот и зажмурилась от удовольствия.

— Здесь же обкомовская база отдыха была, — тем временем ответила на ее вопрос Джемма, и Юлька от изумления чуть не подавилась сладким помидорным соком. Господи, про обком-то она откуда знает? — Когда ее построили, то в конце семидесятых сюда прямо по Волге пришли груженые баржи с песком, засыпали прибрежную линию, чтобы обустроить для партийных бонз отличный пляж. Местные, конечно, повадились на территорию ходить, особенно это у детворы было в почете, и, чтобы их отвадить, кусок пляжа за границами базы оборудовали и для жителей деревни. В Сазоново со всей округи купаться ездили, потому что здесь и дно выровняли. Вход в воду пологий, песочный, не илистый. И когда базу снесли и начали коттеджное строительство, так и осталось. У всех домов свой пляж, а за забором — общественный.