Стивен Кинг - Сияние

И потому Дэнни не решался ни о чем рассказывать. Он мог только беспомощно наблюдать и надеяться, что никакие индейцы рядом не прячутся. А если и прячутся, то дождутся более богатой добычи и позволят их маленькому каравану из трех повозок мирно проследовать мимо.

Но как бы он ни старался заставить себя поверить в это, ничего не получалось.

Дела в «Оверлуке» ухудшились.

Скоро придет большой снег, и тогда у него не останется никакого выбора. И что же получится? Что произойдет, когда они окажутся отрезанными от всего мира, в полной власти того непостижимого, что скорее всего пока лишь играло с ними в невинные игры?

( Выходи и получи по заслугам! )

Что потом? РОМ.

Он снова поежился в постели и повернулся на другой бок. За это время он стал читать гораздо лучше. Быть может, завтра он попытается вызвать Тони и попросит его показать в точности, что такое РОМ и есть ли способ бороться с ним. И плевать на ночные кошмары. Ему необходимо знать .

Дэнни еще долго не смыкал глаз, даже когда притворный сон его родителей перешел в настоящий. Он крутился на кровати, комкал простыню и одеяло, сражаясь с проблемами, слишком взрослыми для него, бодрствовал в ночи, как единственный часовой на заставе. Но после полуночи он тоже заснул, и тогда на страже остался только ветер, порывами налетавший на стены отеля и свистевший в его фронтонах в свете густо осыпавших небо звезд.

Кто-то установил под приборную панель пикапа очень старый радиоприемник от «бьюика», и теперь сквозь треск помех из динамиков доносилась песня Джона Фогерти и его группы «Криденс клируотер ривайвал». Уэнди и Дэнни ехали в Сайдуайндер. День снова выдался погожим и солнечным. Дэнни с любопытством крутил в руках оранжевый читательский билет Джека и казался вполне довольным жизнью, но Уэнди мерещилось, что он выглядит опустошенным и усталым, словно плохо спал ночью и держался почти исключительно на эмоциональной энергии.

Песня закончилась, и раздался голос диск-жокея:

– Да, это были «Криденс». И кстати, о зловещей луне. Похоже, она готова взойти над зоной вещания нашей радиостанции, как ни трудно в это поверить, видя за окном превосходную, почти весеннюю погоду, которой мы наслаждаемся уже несколько дней подряд. Как предсказывают наши бесстрашные синоптики, область высокого давления уже к часу дня сменится обширной полосой низкого, которая собирается задержаться на высокогорье, где мало народа, но еще меньше кислорода. Температура резко упадет, а с наступлением сумерек начнутся обильные осадки. В районах, расположенных ниже семи тысяч футов над уровнем моря, куда входит наша столица – Денвер, – ожидается снег с дождем и, вероятно, гололед на некоторых дорогах. Толщина снежного покрова здесь составит от одного до трех дюймов, но выше – в центральной части Колорадо и на горных склонах – может достигать от шести до десяти дюймов. В связи с этим автодорожное управление штата напоминает, что если вы собираетесь сегодня днем или вечером в горы, использование цепей на колесах является обязательным и будет контролироваться полицией. И вообще лучше бы вам сегодня посидеть дома. Помните, – шутливо добавил ведущий, – каким образом попала в беду пресловутая группа Доннера. Они напрасно понадеялись, что ближайший супермаркет находится ближе, чем вышло на самом деле.

Затем началась реклама. Уэнди нащупала кнопку и выключила магнитолу.

– Не возражаешь? – спросила она Дэнни.

– Ничуть. Так намного лучше. – Он посмотрел сквозь окно машины на небо, которое все еще отливало яркой синевой. – По-моему, папа выбрал самый подходящий день, чтобы подправить прически тем зверушкам в живой изгороди. Как считаешь?

– Да, я тоже так думаю, – сказала Уэнди.

– Как-то не верится, что скоро пойдет густой снег, – добавил Дэнни с надеждой.

– Побаиваешься? – спросила Уэнди. У нее из головы не шла дурацкая шутка диск-жокея по поводу участи группы Доннера.

– Нет. Не очень-то.

Что ж , подумала она, момент настал. Если хочешь поговорить об этом, то сделай это сейчас или никогда.

– Дэнни, – начала она, стараясь оставаться спокойной, – а для тебя не было бы лучше, если бы мы уехали из «Оверлука»? Если бы не остались там на всю зиму?

Дэнни опустил взгляд на руки.

– Наверное, было бы, – ответил он. – Но ведь у папы там работа.

– Иногда мне кажется, – осторожно продолжала она, – что и папа был бы только счастлив уехать.

Они миновали указатель «Сайдуайндер – 18 миль» и оказались на крутом повороте дороги, где Уэнди пришлось перейти на вторую передачу. Ее до чертиков пугали эти извилистые спуски, и она предпочитала не рисковать.

– Ты на самом деле так думаешь? – спросил Дэнни. Он с любопытством посмотрел на мать, а потом покачал головой: – Нет, лично мне так не кажется.

– Почему?

– Потому что он беспокоится о нас, – сказал Дэнни, тщательно подбирая слова.

Ему трудно было объяснить, потому что он сам мало в чем успел разобраться. Ему вспомнился давний эпизод, о котором он рассказал мистеру Холлорану, когда большой мальчик в магазине смотрел на радиоприемник и хотел украсть его. Это было неприятно, но по крайней мере тогда смысл происходящего отчетливо понимал даже Дэнни, пусть он и был совсем малышом. Однако мысли взрослых находились в каком-то вечно бурлящем беспорядке, любое возможное действие сопровождалось вычислением последствий, сомнениями в себе или же чрезмерным самомнением , чувствами любви и ответственности. Каждая из открывавшихся возможностей представлялась им в виде сочетания плюсов и минусов, и Дэнни порой не мог понять, в чем же эти минусы, собственно, заключались. Да, это было очень сложно.

– Он думает… – снова начал Дэнни, но осекся и бросил быстрый взгляд на маму. Она пристально следила за дорогой, а на него не смотрела вообще, и тогда он решил, что может продолжать. – Иногда он думает, что нам будет одиноко. А потом ему начинает здесь нравиться, и он считает это место вполне для нас подходящим. Он нас любит и совсем не хочет, чтобы мы чувствовали себя одиноко… Или чтобы нам стало грустно… Но затем ему приходит другая мысль. Пусть нам будет немного грустно, но это хорошо для нас всех в ПЕРСПЕКТИВЕ. Ты же знаешь, что такое ПЕРСПЕКТИВА?

Она кивнула:

– Да, милый, знаю.

– Он волнуется, что если мы уедем, ему не найти другой работы. А тогда нам придется побираться или что-то в этом роде.