Франк Тилье - Пандемия

Шарко достал из кармана маску и надел ее. Шомбо ухмыльнулся:

– Вы таки подготовились.

– Не совсем…

Шарко сощурился, местечко было гнусное. Поток воды неопределенного цвета, вытекая из узкого туннеля, впадал в другой, пошире. Полуразложившиеся отходы – туалетная бумага и прочее – липли к стенам на высоте метра. У Шарко мелькнул в голове вопрос, как эти нечистоты попали так высоко. Он вспомнил о наводнениях. Вода поднимается, и все вместе с ней, понятно…

Выгнутые стены были покрыты грязью, трубы разъедены ржавчиной. Запах проникал даже через маску. Сыщик подумал о листьях мяты, найденных вблизи от мест похищения и преступления. Чтобы отбить вонь? А наркотик, лауданум? Их убийце нужен был кайф, чтобы спускаться в эти смрадные потемки?

У Шарко нарастало чувство, что он на верном пути. Тот, кого они ищут, бродил в этих глубинах. Передвигался под землей Парижа, скрытый от глаз, как крот. Среди общества, но невидимый.

В параллельном измерении.

Кто он? Зачем похитил этих людей, чтобы потом сжечь их тела кислотой?

Они перепрыгнули с берега на берег. Блуждая в этом лабиринте, Шарко понимал, что не сможет найти дорогу без своего проводника. Даже его телефон здесь не ловил сеть. Он оценил, до какой степени подземный Париж сложен, непостижим, с его станциями метро, катакомбами, канализацией. Столица стояла на настоящем сыре с дырками, где жили странные животные, а возможно, и человеческие существа, никогда не выходившие на поверхность. Обитатели ада…

– Еще далеко?

– Мы где-то на полпути. Ага, я же вам говорил, сами напросились.

Да, он сам напросился, и уже жалел об этом, хоть и не далее, как вчера, сетовал, что вынужден ловить людей, сидя за компьютером. Сегодня он предпочел бы мониторы дерьму.

Они спустились еще ниже. Стены сжимались, потолок давил. Шарко чувствовал, как бурлит вокруг него органическая жизнь. Растения, насекомые… Плескалась вода, луч его фонаря шарил в полнейшем мраке.

Шомбо осветил дохлую крысу на их пути:

– Осторожно.

Франк отскочил слишком поспешно и ускорил шаг. На его ботинки было страшно смотреть, одежда пропиталась тошнотворными запахами. Как бы то ни было, отступать поздно. Они шли друг за другом молча, но Шомбо все чаще останавливался, светя фонарем в темные ниши. Один черный комок как будто двигался. Шарко сощурил глаза. Да, одна из дохлых крыс подрагивала, волоски ее шевелились.

– На ней столько блох, что подумаешь, живая.

Шарко поморщился, это было омерзительно. Здесь и смерть шла в ход, ничего не пропадало. Они шли еще долго, за последним поворотом пришлось пробираться между двумя балками, скрещенными гигантской буквой Х. Перед ними начинался квадратный туннель не больше полутора метров в ширину. Справа была прибита синяя табличка вроде тех, на которых написаны названия улиц: «Аварийное состояние, угроза наводнения и затопления. Вход строго запрещен».

– Вот. Пройти туннель, и мы на месте.

– Наконец-то…

– Осторожней, пригнитесь, чтобы не приложиться головой. Раны здесь воспаляются в два счета.

Они нырнули в черный зев, Шомбо впереди. Шарко шел согнувшись, держась руками в перчатках за стенки туннеля. Рабочий обернулся посмотреть, все ли в порядке, и вдруг направил фонарь за спину Шарко, на вход. Глаза его расширились.

– Черт! Позади вас кто-то есть!

Шарко обернулся.

Луч фонаря на долю секунды выхватил из темноты силуэт, смотревший прямо на них.

Сыщик успел увидеть длинный загнутый клюв – и тень исчезла.

Человек-птица…

Шарко сорвал правую перчатку, схватил пистолет и, двигаясь точно сломанная кукла, побежал ко входу.

– Стой!

Он с трудом выпростался из узкого зева. Силуэт уже сворачивал в другой туннель, ловко прыгая над водой. Франк больше не раздумывал, он кинулся в погоню, несколько раз едва не растянувшись. Подошвы скользили, он задевал поток, утекавший во тьму. Он устремился в подземелье так быстро, как только мог, фонарь светил на манер маяка, оттого что приходилось балансировать руками.

Тяжелое дыхание, поток кислорода. Он сорвал маску, переводя дух. Ноги в дерьме. Он обошел какой-то аппарат, стального тролля, прицепившегося к гигантской трубе. Ржавые цепи свисали, точно щупальца.

Выбежав в полость пошире, он уже слышал только далекое хлюпанье шагов. Коридоры расходились в разных направлениях. Сыщик прислушался, но не смог определить, откуда доносятся звуки. Он устремился наобум в один из коридоров, соскользнул по покатому склону, который заканчивался тупиком. Упершись руками в колени, перевел дыхание.

– Черт-те что!

Он повернул назад, кипя от ярости. Итак, теперь он тоже видел птицу. Этот ряженый тип бродил по канализации. Жилец тьмы. Следовал ли он за ними? Знал ли, что они сегодня спустятся?

Сыщик огляделся, не зная, куда идти. Он уже не ориентировался. В пылу погони он не следил за дорогой. Все было похоже, отверстия, туннели. Он свернул в один, ничего не узнавая.

И вернулся назад, уже в панике.

– Эй! Я здесь! Месье Шомбо!

Его голос гулко отдавался от стен и эхом возвращался к нему. Он попытался успокоиться, совладать с дыханием, сосредоточиться и действовать методично. Стал звать через равные промежутки времени. Тишина окружала его, нарушаемая лишь цоканьем крысиных коготков вдоль стен. Цок-цок-цок-цок. Круглые черные глазки смотрели прямо на него. Шарко ускорил шаг, снова побежал и закричал.

И тут наконец до него донесся голос проводника:

– Продолжайте звать и стойте на месте! Я иду!

Шарко повиновался, чутко прислушиваясь. Крысы могли выскочить откуда угодно, и он знал, что заорет, если эта мерзкая тварь его коснется. Три минуты спустя они встретились с Шомбо. Тот обшаривал лучом фонарика каждый уголок.

– Что это было?

– Тот, кого я ищу. Тип, который за каким-то бесом рядится птицей и бродит по туннелям.

– Дерьмо…

– Очень точно подмечено.

Они вернулись в узкий туннель. Шарко шел осторожно, обходя дохлых крыс. Он снова надел маску, дышал прерывисто. Запах стал невыносимым.

Они прошли по толстой решетке, под которой журчала вода. Теперь Шарко почти удалось выпрямиться. Огромные балки были совсем рядом с головой; сорванные трубы, изломанные куски стали торчали, точно кинжалы.

Наконец они вышли из тесной горловины в более просторное помещение.

Оба застыли на месте, светя фонарями во тьму.

Невероятно!

– Идите сюда!

Амандина ждала у поста охраны Пастеровского института. Она подбежала к Люси, которая звала ее из машины, и села на пассажирское сиденье.

– Рукопожатия, насколько я поняла, исключены.

– Но я рада вас видеть… Куда мы едем?

– Будучи полицейским, учишься делать много дел одновременно, и это особенно актуально сейчас. Так что я слушаю, что вы хотите мне рассказать, и параллельно еду в отель «Меридьен Этуаль». Ваша коллега Северина Карайоль, похоже, проводила там время с призраком.