Э. Хакимова - Колыбельная Кассандры

Вокруг было чудо как хорошо. Свежий воздух, о существовании которого она не подозревала, живя в большом городе, вливался в легкие, заставляя распрямить плечи и откинуть голову. Шум леса, полный щебета птиц и стрекота кузнечиков, накрывал ее широкой рекой. Казалось, что слух улучшился сразу во много раз. Раньше она пребывала почти в полной тишине, не замечая привычный механический шум автомобилей, аудиомусор телевизоров и радио, гомон человеческой толпы. Почему все в один голос кричат о какой-то темной туче зла, нависшей над этим райским местом?..

— Еще раз здравствуйте, — прогудел Бурдэлен, выходя из-за дома с бумажным мешком. На мешке была напечатана надпись «Экологически чисто».

— Что это у вас? — хмуро поинтересовалась Кассандра. Даже в очень хорошем настроении выглядела она угрюмой и пасмурной, чем обычно с удовольствием отпугивала всех малознакомых с ее привычками людей.

— Уголь. Из умерших и поваленных деревьев я жгу уголь. Пользуется спросом. По сравнению с каменным выгорает быстрее, зато без копоти и сажи. И пахнет хорошо.

— Э-э-э, — протянула Сент-Джонс вспоминая, есть ли в доме, в котором она поселилась, камин. — Деревья умирают?

— А как же? Все живое умирает. А деревья не просто живые, они одушевленные. — Оглянувшись на скептически скривившуюся Сент-Джонс, он поманил ее к дереву, у которого складывал мешки. — Разве можно видеть дерево и сомневаться в существовании души? Вот посмотрите.

Сент-Джонс осторожно подошла к Бурдэлену, внимательно разглядывавшему красную сосновую кору. В этом волшебном лесу и рядом с таким умелым сказочником становилось сложнее делать вид, что она и без того пресыщена чудесами похлеще этих.

— Видите, душа дерева, это дриада. — Он указал левой рукой на шершавый, поросший мхом ствол дерева.

— Да это же просто ящерица, — усмехнулась девушка.

— Но разве вы не заметили серебряный перстень на ее хвосте?

— Нет, я ничего не заметила, — перестала улыбаться Сент-Джонс, вспомнив колбы в магазине игрушек. Доктор тоже был левшой. Да черт ее подери, если она не была единственной правшой на ближайшие десять миль.

— Тогда вы вряд ли человеческое личико у этой ящерки разглядели, — сокрушенно вздохнул Джейкоб. Улыбнувшись так, что девушка совсем запуталась в попытках понять, говорит он серьезно или шутит, Бурдэлен предложил: — Хотите чаю?

— Можно. — Двинувшись в дом вслед за хозяином, она добавила: — У меня к вам дело.

Пока он заваривал чай, Кассандра подошла к верстаку. Над ним висели пожелтевшие и свернувшиеся листки с хозяйственными записками, вырезки из газет, несколько выцветших фотографий. На одной из них, старой, свадебной, была изображена пара. Приглядевшись, Кассандра удивленно подняла бровь. Очень высокий крепкий мужчина и пригожая девушка в практичном темном свадебном платье, фате и… с бородой.

— Слушаю. — Джейкоб внимательно посмотрел на нее, протягивая чашку.

— Хм-хм. — Она сначала отпила глоток чудесного чая, обхватив кружку обеими руками. — Ничего так себе пойло.

С улицы донесся страшный грохот, похожий на выстрел. Кружка мгновенно очутилась на верстаке — а в руках детектива — пистолет. Выскочив из дома, Кассандра, держа оружие на вытянутых руках, водила им из стороны в сторону. Вслед за ней вышел и Бурдэлен, он был просто слегка озадачен.

— Что за шутки? — Кассандра слегка расслабилась, хотя оружие не убрала.

— Не понимаю… Кажется, это за домом, там я жгу уголь, пойду взгляну.

— Я с вами. — Кассандра пошла вслед за хозяином.

Действительно, чуть поодаль дымилась куча, присыпанная землей.

— Возможно, дерево было с дуплом. Бывает, рана зарастает смолой, а полость внутри ствола потом при сжигании трещит, как ураган. Вернемся в дом?

— Здесь у вас весело.

Лесничий ждал, когда гостья насладится напитком. Из плотной толщи летнего дня едва-едва дополз глухой шорох поезда с окружной железной дороги.

— Странные вы здесь все какие-то. Живете, будто, кроме этого леса и деревни, больше нет никакого мира кругом, — расслабившись, проворчала Кассандра. Чудесный напиток немного вязал, приклеивая язык к нёбу. Слегка подкопченный древесный аромат прогуливался внутри горла.

— А разве есть? — философски пожал он плечами в ответ.

Сент-Джонс вынула из кармана нож, завернутый в платок, и, словно ребенка, осторожно распеленав его, выложила на стол. Как зорко ни выслеживала она в лице и огромной фигуре лесничего тень беспокойства или царапину вины, но ничего подозрительного не заметила. Спокойно, почти безмятежно отвечали его глаза, уверенно и сдержанно лежали руки с длинными и смуглыми пальцами на столе.

— Да, это он, — без малейшей заминки кивнул он, даже не сделав попытки прикоснуться к ножу. — Арестовали мальчиков?

— Кого?

— Убийц?

— Нет, нашли еще одну жертву, — печально вздохнула девушка. — Спасибо, вы нам помогли.

— Не за что, — пожал плечом лесничий.

— Ну хорошо, я поехала, — допив в полном молчании чай, Сент-Джонс нехотя встала. Очень уж приятно было так вот молча наслаждаться горячим чаем, спокойно размышлять и никем не быть прерванной.

— Заезжайте. За углем или просто так, — помахал ей вслед лесничий. — Не сверните в болота!

— До свидания, — бросила в ответ Кассандра, направляясь к машине. Когда машина отъехала, на земле осталось черное жирное пятно вытекшего бензина.

Вернувшись в дом, Бурдэлен рухнул у стола на колени:

— Зачем, зачем всё это…

— Для спасения твоей жалкой шкуры. Ты, тупица, проболтался и даже не заметил этого. Надеяться на то, что и она не заметит, глупо. Не беспокойся. Больше она не сможет навредить нам. — Тот, кто прятался за ширмой, удовлетворенно кивнул.

Кассандра ехала по лесной дороге и думала о том, что удастся найти агенту в лаборатории. Эти его слова про цирк… А ведь Ходжесы и правда как раз для цирка скроены, типичные силачи или борцы. Нет, скорее всего, не цирк, а зоопарк. Этакий парк занимательных людей, необычных и удивительных. Чертова кунсткамера. Преступления они тоже непростые совершают, затейники. Нет чтобы попросту! Вот же тебе, детектив Сент-Джонс, поди-ка разгадай преступление с вывертом. Ага, еще посмотрим, кто кого. Жаль только, под ногами будет путаться этот хлыщ из управления… Но ничего. Засажу его в препараторской, пусть ковыряется в трупах и уликах, авось и он на что сгодится.

Внезапно световой сигнал на панели замигал. Вот болван Мофли, не предупредил, что топливо на исходе. Выйдя из машины, она почувствовала прилив сил и эйфорию. Решив, что вполне способна дойти пешком до ближайшего дома и вызвать констебля из участка, Сент-Джонс пошла по дороге.

Похлопав себя по карману, нащупала баллончик ингалятора. Осматриваясь вокруг, она не могла определить, в ту ли сторону свернула на последней развилке. С виду эта дорога ничем не отличалась от той, по которой Кассандра проехала трижды за последние сутки.