Алина Степанова - Сломанный мальчик

Анна закрыла руками рот и завыла в ладони.

Что это еще за фокусы? Я же своими глазами видела, как мать занесла ребенка в этот отсек, а через пару секунд вышла одна. Куда он мог деться? Да еще и не имея возможности двигаться?

В плохих детективах человек часто пропадает из запертой комнаты. Ну а кто сказал, что тут у нас сейчас случился детектив хороший?

Я осторожно отодвинула воющую мать и осмотрела загадочную кабинку, зачем-то поглотившую несчастное дитя. Ну нет. Из этого даже плохой детектив не сваришь — стены кабинки начинаются примерно в сорока сантиметрах от пола. Тут миниатюрному от болезней Мишеньке чуть ли не в полный рост пройти можно — если бы он мог ходить, или хотя бы ползать.

Кроме того, была роскошная возможность выбраться (для здорового человека, разумеется) и сверху — потолка кабинки для переодевания не имели. Да даже если допустить, что малец вылез каким-то образом в проход между кабинками — куда он делся дальше?

С одной стороны, прямо напротив прохода сидела я сама и могу поклясться своей треуголкой, что никакой ребенок совершенно точно отсюда не выползал и инопланетяне его не похищали — ну, во всяком случае, приземления тарелки я не видела, мальчик не вылетал и не выбегал из кабинки.

Так куда же он делся, простите? Что за фокусы?

С другой стороны проход заканчивался окном. Окно? Я подошла и подергала старинную, хорошо отреставрированную фрамугу. К моему изумлению, створка легко подалась — окно было всего лишь слегка прикрыто, но не заперто. И никаких решеток (кому и от кого их тут ставить?) тоже не имелось.

Ну да, ну да. Семилетний, едва на три года тянущий мальчик с детства притворялся немощным. А потом ему надоело вести двойную игру, он резко решил изменить жизнь, встал и ушел на своих согнутых ногах. Причем ушел он явно через окно, проявляя чудеса эквилибристики — больше никак.

Это знаете-ли, не детектив. Это уже фантастика с психоделическим уклоном.

Откуда-то вместе прибежали Цивильный с Владимиром.

— Звоните в полицию! — скомандовал местный начальник непонятно кому.

Если это он мне, то какого фига? Причем тут я вообще? Если своему сотруднику, так давно уже надо было догадаться.

— Закрыть все двери в здании! Никого не выпускайте до приезда полиции! — продолжал отдавать весьма разумные указания Цивильный.

Действительно, полиции будет намного проще, если все двери прямо сейчас закроются, и она сможет опросить всех не разбежавшихся свидетелей. А то люди такие, кто вообще ничего не видел — столпятся и станут галдеть, а важные свидетели попрячутся в норки — ищи их потом с собаками.

Народ все прибывал в раздевалку. По громкой связи не очень разборчиво объявили нечто, что я сочла настоятельной рекомендацией не покидать помещения до приезда полиции.

Кабинку и окно я уже ранее осматривала, но решила все-таки, пока есть время, заглянуть в проход еще раз. Совершенно ничего интересного. Ну то есть абсолютно. Кроме какого-то чека на полу, на венгерском языке. Не знаю зачем, машинально я сунула его в карман халата.

Надо было бы, конечно, принести пользу обществу и защитить место, откуда пропал мальчик, от затаптывания следов. Но Бог знает, как я должна это организовать с моим шикарным английским. Не могу же я, в самом деле, встать здесь с растопыренными руками?

Добрые дела я на сегодня ограничила тем, что протянула всхлипывавшей Анне стакан холодной воды из ближайшего кулера. Отец мальчика крепился изо всех сил. Он не плакал, но выглядел, надо сказать, тоже достаточно неважно.

Цивильный куда-то быстро вышел и вернулся в сопровождении излишне заросшего кудрявого мужчины, может быть слегка моложе пятидесяти. Он был в добротном, правда не очень новом бежевом плаще и чем-то отдаленно напоминал старого боцмана. Вместо трубки этот морской волк держал во рту карамельку на палочке.

— Major Bujtor, — лаконично представился полицейский.

— Ну, очень приятно. А что теперь будет? — поинтересовалась я чем мне предстоит заняться.

— You will need to answer a few questions, — майор велел мне ждать своего часа, чтобы ответить на несколько его вопросов.

Буйтор, Буйтор — какая знакомая фамилия! Политик, что ли, у них такой был в советское время… Хотя нет — тот был наоборот, Имре Надь. Сейчас не вспомню, конечно.

Мне пришлось плюхнуться обратно на лавочку — так было удобнее наблюдать за происходящим. Имре Надь, то есть, разумеется, майор Буйтор, куда-то увел безутешных родителей. Коридор меж тем наполнялся полицейскими. Уж не знаю, где они раздобыли такие штуки, которыми в аэропортах разделяют очереди, но именно этими столбиками перекрыли проход.

Собака неизвестной мне породы, которую привела на поводке девушка в форме, незаметно подкравшись, слегка коснулась холодным носом моей ноги. Я вскрикнула и на всякий случай спрятала конечности под лавку.

Пожалев о быстро кончающемся заряде телефона, я было попробовала вернуться к водным процедурам, но и там все было плотно оцеплено полицией.

Сотрудники купальни бегали вокруг с баграми, что-то страшно гудело — видимо насосы, так как уровень воды в чаше бассейна уменьшался на глазах. Наверное, полиция хочет убедиться, что мальчишка не свалился в воду и не утонул…

Через стеклянную стену коридора я прекрасно видела, что происходит. Наконец вода в купели иссякла и показалось пустое, к счастью, дно. Мальчик по состоянию здоровья и не мог туда добраться, но все же хорошо, что его там не оказалось.

— Let’s go! — кто-то похлопал меня сзади по плечу.

Это был майор Буйтор. Я послушно пошла за ним.

В комнатке типа санитарной, вероятно, служащей в купальнях для оказания первой медицинской помощи в случае чего, на кушетке сидел точно такой же кудрявый мужчина как майор, только слегка помоложе, и что-то писал.

— Tell Tommy what you saw today, — попросил меня Буйтор рассказать помощнику Томми, что я сегодня видела.

Я понимала, что его явно интересуют не мои приключения с сантехниками или разговоры с бабой Светой и, может быть, рада бы была рассказать Томми все, что мне известно, но на каком, интересно, языке я должна это сделать? Благо, я еще худо-бедно понимаю, когда ко мне обращаются на английском, мысленно перевожу почти все, но вот подробное изложение событий на том же языке боюсь не осилить. Ну, во всяком случае, попробую.

— Я сидела в лонг холл, — надеюсь, я понятно объяснила, что я сидела в длинном коридоре? — Мазер бой оставила его в одной из кабинок. Она его донт лок.

— Why did she leave the child alone?

Мои щеки налились стыдливым румянцем. Ну как же тебе объяснить, почему она его одного оставила?

— Ну, Миша должен был просто подождать мать.

— Where did she go?

Как, интересно, по-английски будет «какать»?