Марина Рощина - Суд Джульетты

— Дрянь! Мерзавка! Дармоедка! Скажи, чего тебе еще не хватает! — кричала Лариса Николаевна.

— Я всего лишь хочу получить свой должок, мамочка! — выпучив глаза, вопила Таня, явно стараясь переорать мамулю. — Это ведь ты уговорила брата отказать в помощи Денису, а его могли убить, если бы он не вернул долг. И ты это прекрасно знала. Это ты называла его ничтожеством, пьяницей и наркоманом. Из-за тебя он продался мафиозной семейке и уехал в Штаты. А я осталась одна в этом гадючнике, в этой вашей «ВитаДыре»! А теперь ты возместишь мне моральный ущерб, мамочка, как это принято во всем цивилизованном мире.

— Таня, успокойся, — принялась утихомиривать дочку Лариса Николаевна. — Ты все придумала. Неужели ты не понимаешь, если бы Денис любил тебя по-настоящему, он никогда бы не женился на другой и не укатил бы за границу. Да и ты его не любила. Вы с детства были с Линой подружки-соперницы, вечно соревновались — сначала в учебе, потом из-за мальчиков, вот и Денис стал одним из пунктов конкурентной борьбы.

— Да что ты понимаешь! — Таня уже с трудом сдерживала рыдания. — Ты, которая покупает себе мужчин. Думаешь, я не знаю, во сколько нам обходятся твои теннисные уроки? Он даже не тренер, твой Ратников, я проверяла в реестре. Да тебе это, наверное, и самой известно. Только вот кто он?

— Убирайся, — прошипела Лариса Николаевна. — Немедленно.

Таня не заставила долго себя уговаривать. По-детски кулаком вытерла слезы и вышла. В воздухе повисла благодатная, целительная для ушей и нервов тишина. Лишь Лариса Николаевна продолжала нервно барабанить пальцами по столу. Наконец она резко встала, подошла к сейфу и извлекла оттуда запечатанную пачку сигарет. Еще один раунд в многолетней борьбе с курением был бесславно проигран.

— Это правда, что она тут наболтала? — спросила Мирошникова, с наслаждением затягиваясь дымом. — Ты что, действительно ищешь убийцу этой девицы?

— Пытаюсь.

— Хорошо, — вздохнула Лариса Николаевна. — И хотя ни на йоту не верю в успех этого предприятия, я готова поощрить твое согласие отойти от дела. Сколько?

«Похоже, я нарвалась на золотую жилу, когда не поленилась в тот злополучный вечер съездить на свадьбу, — подумала Аня. — Деньги так и сыплются на мою голову, знай мешки подставляй!»

— Мерси за лестное предложение, но я вынуждена от него отказаться.

— Почему?

— Видите ли, Лариса Николаевна, за то время, что я занимаюсь расследованием, мне уже дважды предлагали поправить материальное положение. И что характерно, суммы гонораров постоянно растут. Как бы сказал чукча, тенденция, однако. Если сейчас я соглашусь на ваше предложение, то могу продешевить. Вдруг кто-то предложит больше.

После такого хамского заявления Лариса Николаевна была просто обязана вызвать охрану. Но она этого не сделала. Умная сильная женщина, уже много лет обитающая в жестоком мире бизнеса, Мирошникова-старшая умела ценить не только надежных партнеров, но и достойных противников. Девочка хочет неприятностей. Что ж, она их получит. Лариса Николаевна в совершенстве владела методами работы с прессой, которые быстро превращали не в меру ретивых журналистов в ласковых, послушных ягнят. Но Старцева снова ее удивила.

— Я знаю, о чем вы сейчас думаете, — усмехнулась она. — Вы собираетесь объявить мне войну. И даже знаю как. Сейчас вы свяжетесь с главным редактором газеты «Репортер» и предложите ему выгодный рекламный контракт в обмен на примерное поведение журналистки Старцевой. Безработных журналистов сейчас легион, и эта Старцева, если она, конечно, не полная дура, не захочет потерять работу и быстро станет шелковой и покладистой. Только ничего у вас не получится. Я журналистка «Репортера» ровно на одну неделю. Именно столько длится моя производственная практика. Так что терять мне нечего.

— Спасибо за информацию, — усмехнулась в ответ Мирошникова. — Вы избавили меня от ненужных хлопот. На сегодня наш разговор окончен. Да, простите, я не поблагодарила вас за помощь моему сыну. Показания, которые дал ваш свидетель, действительно имели решающее значение для освобождения Виталия. Что вы хотите за эту услугу?

— Ничего. Только ответьте мне честно на один вопрос. Таня говорила, что вы долгое время были против этого брака, а потом вдруг резко согласились. Почему?

— Я всегда была против этого брака и, как видите, оказалась права. Эта девушка не принесла моему сыну ничего, кроме неприятностей. — Лариса Николаевна цинично позабыла, что принесла девушке связь с ее сыном. — Я недооценила ее способности. Когда сын начал встречаться с этой девицей, я не обратила на нее внимания и спохватилась, лишь когда он порвал с Дианой. У него и раньше бывали увлечения, но он никогда не собирался бросать Диану. Увы, я опоздала. Девица успела окрутить Виталия до такой степени, что он готов был на ней жениться. Полная катастрофа!

— Но почему? Почему вам так не нравилась девушка? Она плохо готовила, плохо одевалась, не умела вести себя в обществе?

— О господи, какое мне дело до ее хозяйственных способностей! — воскликнула Мирошникова. — Подобные качества высоко ценятся в семьях бедняков. У нас, слава богу, есть и горничная и повар. У меня была возможность присмотреться к этой девке, и я сразу поняла, что она не так проста, как хочет выглядеть. Для продавщицы супермаркета слишком умна и наблюдательна. Я чувствовала, что ее интересует собственность. «ВитаМир» — вот какова была ее истинная цель. Но Виталий и слушать ничего не хотел. Утверждал, что Настя самая бескорыстная девушка на свете и что за все время их знакомства она ни копейки от него не приняла. Это еще больше укрепило мои подозрения. Настоящий игрок всегда умеет пожертвовать малым ради крупного барыша. А Виталик, из которого бабы вечно тянули деньги, легко купился на эту дешевку.

— Почему же тогда вы изменили свое мнение?

— Я настояла на том, чтобы перед свадьбой они подписали брачный контракт, согласно которому в случае развода Настя не получит ничего из собственности Виталия. К моему удивлению, она согласилась. В числе своих требований она указала, что медовый месяц хочет провести в Венеции (что за дешевая романтика?), и пожелания относительно имен их будущих детей. Виталик торжествовал. Тогда я впервые подумала: может, она и вправду продавщица супермаркета. И еще подумала, что, может, именно такая девушка и нужна моему сыну.

В кабинет заглянул молодой человек, который привел Анну на допрос, — оказывается, личный секретарь Ларисы Николаевны, — и вежливо напомнил своей патронессе об ожидающих ее иностранных партнерах. Мирошникова и вправду совсем позабыла о времени, впервые за последние несколько лет позволив себе расслабиться и поговорить по душам. По иронии судьбы сделать это она смогла только в компании юной журналистки, а представителей этой профессии Мирошникова глубоко презирала и считала едва ли не самыми главными своими врагами. Она была абсолютно одинока в окружении беспощадных конкурентов, неверных партнеров, продажных мужчин, детей, всегда готовых подложить маменьке свинью, и коварных невест, мечтающих урвать хотя бы кусочек «ВитаМира».