Анатолий Степанов - День гнева

- Кстати, а вы - кто?

- Я - Роман Суренович Казарян. Кстати, кинорежиссер. Очень кстати.

- Я слушаю вас, Роман Суренович, - разрешил начать беседу Юрий Егорович и откинулся в кресле, снисходительно ожидая вопросов.

Настырный Казарян не заставил себя ждать:

- Вы знаете такого - Ивана Вадимовича Курдюмова?

- Курдюмов... Курдюмов... - Юрий Егорович делал вид, что вспоминает. - Наш консультант, кажется? Да, он мне известен.

- А род его деятельности? Что - род его деятельности? - не понял секретарь.

- Род его деятельности известен вам?

- В общих чертах. По-моему он работал в международном отделе.

- И по-моему тоже. Но чем он в этом отделе занимался?

- К сожалению, не в моих человеческих возможностях знать: чем конкретно занимается каждый мелкий клерк нашего учреждения.

- Занимался, - поправил Казарян. - И хватит мне лапшу на уши вешать.

- Не понял вас, - предостерегающе заметил Юрий Егорович.

- Сейчас поймешь, - пообещал Казарян, которому надоело галантерейное общение. - Судя по покупкам, которые ты делал в Бельгии, попутно участвуя в работе конгресса рабочих партий, ты довольно активно поклевал из ладошки Ивана Вадимовича. Насколько мне известно, он распоряжался выдачей зеленой наличности страждущим партийным вождям, отправляющимся за бугор.

- Я получал определенные суммы, положенные мне на законных основаниях.

- На законных основаниях положены командировочные в размере 25 долларов в день. А ты только в Бельгии купил себе "Мерседес", который посольство беспошлинно и бесплатно переправило в Москву, и два бриллиантовых колье - одно жене, другое Наташке - по полторы тысячи долларов каждое.

- Ложь! - громоподобно выкрикнул Юрий Егорович.

- Дамские цацки тебе помогал выбирать художник Борька Малков, которому ты за несколько его картинок помог в свое время покинуть нашу любимую родину. Ты ведь у нас коллекционер, ты вон и Наталью приучил. Художники - народ незамысловатый, а если Борьку попрошу я, давний его приятель, он охотно изложит всю эту историю в подробностях хоть в официальных показаниях, хоть на страницах печати. Компрене, Юрик?

- Шантаж, - догадался Юрий Егорович.

- Ага, - подтвердил Казарян.

- Ничего не доказано. Сплетни, измышления, клевета.

- Доказать это - раз плюнуть. Борька в момент письменно подтвердит. А уж работники посольства, демонстрируя свою лояльность российскому правительству, такое напишут! Кроме того, кое-какие доказательства у меня уже имеются. Помнишь, годика три назад состоялась грандиозная выставка художников кино и театра? Помнишь, конечно. Ты ведь посетил ее в последний день, вернее - вечер, когда уже публики не было. И не один, а с искусствоведом. Не с тем, который в штатском, а с настоящим искусствоведом. Искусствоведы же в штатском в данном случае несли службу охраняли тебя и плелись сзади. Мило беседуя, вы осмотрели выставку, а назавтра прямо с утра к моей подружке Леночке - директору-распорядителю этой выставки явился твой помощник со списком тридцати эскизов, которые ты хотел бы получить в свое владение. Леночка - дама ушлая, к тому же она несла материальную ответственность перед художниками за сохранность их произведений, и поэтому наотрез отказалась отдавать вам что-либо. Тогда ваш помощник посоветовал позвонить художникам и спросить их, не желают ли они из глубочайшей симпатии к вам просто подарить эти эскизы. Леночка так и сделала. К горькому ее разочарованию, только двое отказались. Помощник увез двадцать восемь первоклассных экскизов, а вы прислали художникам благодарственные письма. Предусмотрительная Леночка собрала эти письма и, на всякий случай, хранила их у себя. Лентяй - помощник твой не мудрствовал лукаво - набрал на компьютере типовое письмо и менял только имена-отчества. Не письма получились - расписки. Двадцать восемь расписок в том, что ты бесплатно обрел уникальные произведения. Письма-расписки эти у меня. Показать?

- Эти письма доказывают лишь одно: мне преподнесли подарки и я с благодарностью их принял.

- С письменными показаниями Леночки, заверенными тремя свидетелями, которое тоже у меня, картинка резко меняется: это вымогательство. Ты, как я краем уха слыхал, в числе наиболее стойких, кристально честных марксистов-ленинцев подписал открытое письмо народам России, в котором клятвенно заверяете эти народы, что бескорыстнее и принципиальнее защитников их интересов, чем вы, на белом свете не существует. А мы народам - расписочки, показания и подробные рассказы о заграничных приключениях. То-то народы обрадуются!

- А я воспоминания опубликую, - мечтательно прервала Наталья. - Уже название придумала: "Семь лет в койке с вождем КПСС". Хорошие бабки заработаю.

- Спрашивайте, что вы от меня хотите, только побыстрее - я устал, Юрий Егорович налил порядочно виски в стакан, туда же отправил ледяной кубик, поболтал все это и, цедя сквозь зубы, перелил дозу в себя.

- Кто принял решение, что Курдюмов должен исчезнуть?

- Решение принималось коллегиально.

- Когда?

- Пятого сентября, на последнем заседании секретариата.

- Девять дней тому назад... Постой, всех же к этому времени уже разогнали!

- Разогнать можно толпу, - холодно заметил Юрий Егорович, - Мы нечто другое.

- Значит, как в славные годы, большевики ушли в подполье. Ясно, все ясно, правильным путем идете, дорогие товарищи. А в общем-то, хрен с вами.

- Приятно мертвого льва за хвост дергать? - не выдержал, огрызнулся Юрий Егорович.

- Ишь ты, и зубки показал, - удивился Казарян. - К сожалению, как ты сам только что подтвердил, лев далеко не мертвый. Но, давай отложим дискуссию о судьбах партии на потом. Чем мотивировалось это решение?

- Желание руководства сохранить денежные средства партии от незаконной конфискации. Только и всего.

- Я полагаю, что исчезновение Курдюмова - всего лишь начальный этап его нелегального существования. Каковы последующие этапы?

- Сохраниться и сохранить документацию, без которой господам демократам до партийных денег не добраться. Пока не наступят лучшие времена.

- Ты считаешь, что они наступят?

- Без сомнения, - с искренней убежденностью сказал Юрий Егорович. Роман Суренович, зачем вам Курдюмов?

- Вопросы задаю я, - терпеливо напомнил Казарян. - Естественно детали операции по конспирации Курдюмова вам не известны. Но вы должны знать, кто конкретно осуществил ее. Кто?

- Разработка и проведение этой операции поручена компетентным в этих делах людям.

- То есть людям из КГБ?

- Вот именно.

- Бывшим или действующим?

- Вот чего не знаю, того не знаю, - на этот раз правду говорить доставляло Юрию Егоровичу истинное удовольствие. - Ни имен их не знаю, ни должностей. Не посвящен. Я ответил на все ваши вопросы?