Ольга Игомонова - Вирус самоубийства

Когда и как она оказалась в своей комнате, Антонина не помнила. Наверное, ей помог внутренний автопилот, ведь она прожила в этом общежитии все свои студенческие годы. Очнувшись, она поняла, что лежит на своей кровати лицом вниз, одетая и в кроссовках.

За окном вечерело. Девушка почти целый день ничего не ела и не пила, но аппетита не было. Двигаться тоже не хотелось. В висках пульсировала ноющая боль, сердце билось, как раненая птица, а в душе была черно и тоскливо. Антонине казалось, что она навсегда лишилась эмоций и чувств. Приятное возбуждение, которое она испытывала на протяжении последних недель, сменилось апатией и полным безразличием к жизни.

Она перевернулась на спину и долго лежала неподвижно, уставившись в потолок немигающим взглядом. В комнате быстро темнело, но сил на то, чтобы протянуть руку и включить настольную лампу, у нее не было. Впервые за много лет она вспомнила психотерапевтическое отделение детской больницы, где ее когда-то лечили от депрессии и нервного срыва. Вспомнила она и несчастную Юльку — соседку по палате, которая с завидным постоянством пыталась свести счеты с жизнью. Лежа на казенной кровати студенческого общежития, девушка снова чувствовала себя безропотной и слабой Тонюсенькой, и ей вдруг очень захотелось услышать мягкий и спокойный голос психотерапевта Романа Яковлевича — столько лет прошло, а она все еще его помнила! Захотелось, чтобы он снова сказал ей, что все будет хорошо. Но Романа Яковлевича рядом не было, как не было и никого другого — ни друзей, ни родных. Тонюсенька была совсем одна. И сейчас, впервые в жизни, мысль о самоубийстве показалась ей не такой уж глупой и бессмысленной.

Девушка продолжала лежать неподвижно. Из ее закрытых глаз медленно текли слезы. Но вскоре усталость взяла свое, и она забылась коротким и беспокойным сном.

На следующий день Антонина проснулась с первыми лучами солнца. Ее встретил строгий и укоризненный взгляд одноглазого Дарумы — единственного напоминания о ее первой и безответной любви. Но сегодня японская кукла уже не казалась магической и всемогущей: в пустой душе девушки не осталось веры ни в провидение, ни в колдовство.

Постояв под прохладным душем и смыв с себя все неприятности и сомнения прошлого дня, Антонина приготовила себе чашку растворимого кофе и включила ноутбук в надежде на то, что работа поможет ей отвлечься от мрачных мыслей и навсегда забыть об Игоре Борисовиче. Но всю работу по декорациям и костюмам к спектаклю она уже закончила, а других заказов пока не было. Обращаться в кадровое агентство для поиска новой работы в данный момент не хотелось. Она решила дождаться премьеры, чтобы этот проект был полностью завершен. Тогда она сможет дополнить им свое портфолио и указать в резюме, что у нее уже есть опыт работы.

А пока Антонина решила воспользоваться советами британских преподавателей и, если получится, принять участие в каком-нибудь профессиональном конкурсе. К ее удивлению, она быстро нашла в интернете информацию сразу о нескольких конкурсах для дизайнеров интерьеров. Некоторые темы конкурсных работ показались ей очень интересными, но девушка решила быть прагматичной и выбрала только те, которые могут иметь практическое значение. Другими словами, главным призом которых был не ноутбук или зарубежная турпоездка, а контракт на работу на реальном объекте или хотя бы денежный приз.

Большое количество объявлений о конкурсах для дизайнеров было хорошим знаком: возможно, находить частные заказы, о которых она давно мечтала, в будущем будет не так уж сложно. Антонина вдруг ощутила небывалый творческий подъем и тот волнующий спортивный азарт, который всегда возникал у нее перед началом нового проекта. Куда только делась та слабая и несчастная Тонюсенька, которая вчера весь день рыдала от неразделенной любви!

Следующие три недели девушка почти безвылазно сидела в своей комнате и работала до глубокой ночи, только изредка отвлекаясь, чтобы сбегать в магазин за продуктами. От Игоря Борисовича не было никаких известий. В театре-студии «Метроном» уже начался новый театральный сезон, но смотреть спектакли Антонина не спешила. Несколько раз звонил Егор, приглашал на спектакли и даже поинтересовался, здорова ли она и все ли у нее в порядке. Она буркнула ему в ответ что-то невнятное насчет того, что у нее много работы и совершенно нет свободного времени, и попросила позвонить, когда снова начнутся репетиции «Иллюзии гениальности».

Работала Антонина как никогда интенсивно. Идеи рождались быстро и легко. Ей оставалось только преобразовать их в эскизы и чертежи и отправить на рассмотрение жюри.

Результат этого почти трехнедельного творческого марафона был впечатляющим. За это короткое время девушка подготовила несколько серьезных проектов для профессиональных конкурсов: редизайн интерьера итальянского ресторана, дизайн интерьера кофейни в стиле арт-деко, дизайн салона швейцарских часов и вестибюля бизнес-центра. После таких сложных задач дизайн-проекты интерьера квартиры-студии для молодой пары и гостиной для загородного дома в этническом стиле, которые она разработала специально для конкурса начинающих дизайнеров, показались ей легкой забавой.

Когда была закончена и отправлена на конкурс последняя работа, Антонина с удовлетворением выключила компьютер и решила устроить себе пару выходных дней. Репетиции «Иллюзии гениальности» возобновятся не раньше октября, и у нее еще оставалось немного времени, чтобы собраться с мыслями и подготовиться к предстоящей встрече с человеком, который разбил ее сердце. Она не знала, как ей теперь с ним общаться и сможет ли она посмотреть ему в глаза. Но как бы то ни было, до премьеры спектакля им все равно придется работать вместе. Об этом девушке постоянно напоминал японский истукан, который все еще стоял на видном месте и как рентгеном просвечивал ее насквозь своим единственным левым глазом.

Закончив все намеченные дела, Антонина выбралась из своей тесной комнаты и отправилась на прогулку по вечерней Москве. Погожий осенний день клонился к закату. Прохладный сентябрьский ветер гонял по тротуарам опавшие листья. Столица жила своей обычной жизнью. В знаменитых московских пробках автомобили недовольно пыхтели парами отработанного бензина и двигались очень медленно. В отличие от машин люди на улицах шагали быстро: кого-то торопился домой, кто-то шел на свидание, а кто-то планировал провести вечер в театре или клубе. Поддавшись энергичному ритму города, Антонина тоже ускорила шаг и заторопилась в ногу со всеми. Но спешить ей было некуда: сегодня ее никто и нигде не ждал. И сегодня, впервые за последние три недели, девушку больше не беспокоило ее одиночество: она, молодой дизайнер Антон Треф, снова стала хозяйкой своей судьбы. Ей удалось подавить в себе ненужные эмоции и заглушить едва зародившуюся любовь, но почему-то сейчас это преодоление ее нисколько не радовало. Она бесцельно шагала по людным улицам, и в ее душе медленно умирали последние отголоски недавнего чувства.