Кейт Уайт - Подвал

Мэри снова улыбнулась, осмотрела комнату и остановила взгляд на одной из фотографий Алекса. Глаза ее потускнели, улыбка исчезла.

— Тяжело оставлять все в прежнем виде.

— Знаю, — кивнул я.

— Ты тоже так чувствуешь?

— Да, — ответил я. — Именно так.

Мэри взглянула на меня с благодарностью, словно для нее было облегчением узнать, что она не одинока. Я посмотрел в дальний угол, где у стены стояли два шкафа.

— Что в них?

— Одежда, которую он оставил.

— Можно взглянуть?

— Конечно.

Я подошел к шкафам и открыл дверцы — несколько старых рубашек и отдающий затхлостью костюм. Я отодвинул их в сторону и увидел фотоальбом и книги.

— Это все Алекса?

— Да.

Я раскрыл альбом, из которого высыпалось несколько снимков. Я поднял их с пола. На верхней были Алекс и девушка, видимо, его подружка.

— Это Кэти?

Мэри кивнула. Я отложил фотографию и просмотрел остальные. Алекс и Мэри. Мэри и Малькольм. Малькольм с Алексом у стоянки автофургонов. Оба в шортах, сидят с бутылками пива у дымящегося барбекю.

— Ты сказала, они были близки.

— Верно.

— Не думаешь, что Малькольм что-то вспомнит?

— Можешь попробовать, но, боюсь, это пустая трата времени. Ты видел, какой он. — Она оглянулась через плечо и прошла в комнату. — Иногда мне казалось, что они что-то от меня скрывают. Я возвращалась домой, они разговаривали, а когда входила в комнату, умолкали.

— Когда это было?

— Пожалуй, незадолго до исчезновения Алекса.

— Перед самым исчезновением?

Она нахмурилась:

— Возможно. Прошло много времени. Но что-то их явно тревожило.

Я снова вгляделся в фотографию Малькольма с Алексом. Этот человек знал Алекса лучше всех, но ничем не мог мне помочь.

Я уехал от Мэри после полудня. Движение на автомагистрали было плотным: машины тремя рядами медленно ползли к центру города. Вместо сорока пяти минут к дому Кэти в Фенсбери-парке пришлось тащиться по Лондону два часа. Я остановился перекусить, а когда еле-еле полз по Хаммерсмиту вдоль излучины Темзы, съел бутерброд. И только в начале третьего добрался до места.

Я запер машину и пошел по дорожке. Дом был желто-кирпичным, на одну семью, со множеством елей во дворе и маленьким газоном. Снаружи стояли «мерседес» и «микра». Открытый гараж был забит хламом — в ящиках, прямо на полу и на полках лежали запчасти и инструменты. В гараже никого не было. Когда я снова повернулся к дому, в окне дернулась занавеска.

— Могу вам помочь?

Я обернулся. На дорожке возле дома стоял пожилой мужчина с садовым опрыскивателем на спине.

— Мистер Симмонс?

— С кем имею честь?

— Меня зовут Дэвид Рейкер. Кэти дома, сэр?

Он подозрительно посмотрел на меня:

— А что?

— Я бы хотел поговорить с ней.

— О чем?

— Она дома, сэр?

— Сперва скажите, что вам нужно.

— Я хотел поговорить с ней об Алексе Тауне.

— А что с ним не так?

— Об этом я хотел спросить у Кэти.

Я услышал, как позади меня открылась дверь. На крыльцо вышла женщина лет двадцати восьми. Кэти. Теперь волосы ее были коротко острижены, обесцвечены, но с годами она стала привлекательней. Она протянула руку и улыбнулась:

— Я Кэти.

— Рад познакомиться с вами, Кэти. Меня зовут Дэвид.

Я оглянулся на ее отца, он не сводил с меня взгляда. Из шланга на носки его сапог лилась вода.

— Вы детектив? — спросила она.

— Вроде того. Не совсем.

Она нахмурилась, но как будто заинтересовалась.

— При чем здесь Кэти? — спросил ее отец.

Я взглянул на него. Потом снова на Кэти.

— Я выполняю кое-какую работу для Мэри Таун, связанную с Алексом. Можно с вами поговорить?

Она заколебалась.

— Взгляните, — протянул я ей водительские права. — Неофициальные детективы вынуждены обходиться такими документами.

Кэти улыбнулась, посмотрела на права и вернула их мне.

— Хотите войти?

— Это было бы замечательно.

Я пошел за ней в дом, оставив ее отца стоять с опрыскивателем. Миновав коридор с цветочными обоями и черно-белыми фотографиями, мы оказались в кухне.

— Хотите выпить?

— Воды выпью с удовольствием.

Кухня была просторной, с полированными перекрытиями из красного дерева и металлическими поверхностями. Посередине стоял раскладной стол со стульями. Кэти наполнила стакан минеральной водой из бутылки и поставила передо мной.

— Извините, что явился без предупреждения.

Кэти отвела глаза. В льющемся из окна свете кожа ее сияла, волосы были заправлены за уши.

— Странно услышать это имя столько лет спустя.

Я кивнул.

— Мэри хочет окончательно разобраться с его исчезновением. Ее интересует, где он провел последние пять лет.

— Мне это понятно, — произнесла Кэти.

— Значит, вы с Алексом познакомились на вечеринке?

Она улыбнулась:

— Подруга моей подруги справляла новоселье.

Я положил на стол блокнот.

— И он вам понравился?

— Да, мы сразу приглянулись друг другу.

— Поэтому вы и поехали за ним в Бристоль?

— Там я подала заявление на работу в торговле. Алекс учился в университете, и я хотела быть поближе к нему. Это понятно.

— И что произошло?

— Это оказалась не торговля, а реклама центрального отопления. Во время собеседования менеджер сказал мне, что я смогу зарабатывать на комиссионных столько, сколько мои подруги зарабатывают за год. Я ушла оттуда.

— И устроились официанткой?

— Да.

— Как вы проводили время с Алексом?

— Много ездили. Алекс любил море.

— Выезжали на побережье?

Кэти кивнула.

— Часто?

— В основном по выходным. Иногда на неделю. Алекс нашел работу в страховой компании. Он ее и любил, и ненавидел. Иногда в понедельник утром не хотел туда идти. Поэтому мы купили старый «фольксваген» и уезжали когда захотим.

— Его родители знали, что он прогуливает?

— Нет.

— Так и думал, — улыбнулся я. — А что с вашей работой?

— Ко мне хорошо относились. Разрешали выбирать присутственные часы. И если мы уезжали на два дня, я потом отрабатывала. Платили мало, но эти деньги были нам очень кстати.

Кэти мысленно перенеслась в прошлое. Я дождался, когда она вернется.

— Что вы думаете об отце Алекса?

Она пожала плечами:

— Со мной он всегда был очень приветлив.

— Алекс говорил когда-нибудь, о чем они беседовали?

— Нет. Рассказывал, где бывали, что делали. Я уверена, будь это что-то значительное, Алекс сказал бы мне.

— Он давал о себе знать за эти пять лет до смерти?

— Нет. — Пауза. — Поначалу я ждала у телефона часов до трех ночи, мысленно упрашивая, умоляя его позвонить. Но звонков не было.

Я взглянул в свои записи.

— Когда вы последний раз разговаривали?

— Вечером, накануне его отъезда. Мы решили отправиться в Корнуолл. У него были отгулы, и он поехал на пару недель к родителям. Когда я позвонила, его мать сказала, что он ушел и не вернулся домой. И даже не попрощался, хотя всегда давал о себе знать.