Роберт Мазелло - Зеркало Медузы

— В 1937 году инженер-ракетчик Вилли Лей решил порвать с «Обществом Врил». Набравшись мужества, он открыто и публично рассказал о целях этой организации.

— И что это были за цели?

На самом деле он слушал ее вполуха. Дэвид обдумывал предстоящую встречу с антикваром по имени Сант-Анджело. Его взгляд рассеянно блуждал по темной улице — сквозь их яркое отражение в окне и сумрак ветреного вечера. На другой стороне улицы у входа на станцию метро стоял невысокий мужчина в громоздкой дутой куртке и низко надвинутой шапке. Мужчина прикурил сигарету и, взглянув на Дэвида, быстро отвернулся.

— Члены общества — а это был верхний эшелон нацистов, включая фюрера — верили, что эзотерические знания и древние учения могут пробудить латентный «врил» немецкого народа.

— Что означает слово «врил»?

— Это бессмысленное слово придумал писатель Эдвард Бульвер-Литтон. В его фантастической истории «врил» являлся эссенцией крови — мистической силой, которая могла наделять человека истинным бессмертием.

Официант принес им еще по одной чашке кофе и предложил на выбор несколько пирожных. Когда Дэвид повернулся к окну, он с удивлением обнаружил, что мужчина с сигаретой теперь стоял прямо за стеклом, рассматривая их, как рыб в аквариуме. И, черт возьми, если это был не тот самый тип, который подлил им в шнапс снотворное!

— Я глазам своим не верю! — увидев его, вскричала Оливия.

Они удивились еще больше, когда он, небрежно бросив окурок, вошел в бистро и подставил к их столику свободный стул. Мужчина вел себя так, как будто они были старыми друзьями. Дэвид боялся, что Оливия схватит вилку и вонзит ее в плечо нахального типа. Дэвид на всякий случай успокаивающе похлопал ее по руке.

— Я полагаю, вы не ожидали увидеть меня вновь, — сказал мужчина, сняв шляпу и заказав себе бокал домашнего красного вина.

Его вьющиеся волосы прилипли к лысоватой макушке.

— Да, честно говоря, не ожидали, — ответил Дэвид, инстинктивно намотав ремень сумки на запястье.

— Не беспокойтесь, — сказал незнакомец, взяв бокал вина с подноса официанта. — Этим вечером у меня нет для вас шнапса. Я просто хочу дать вам один совет.

Он отхлебнул вина и почмокал губами, игнорируя гневные взгляды, которые метала в него Оливия. Дэвид не верил своим ушам. Почему их собеседник думал, что они нуждались в его советах? Что, во имя всех святых, он мог им предложить?

— Я сожалею о том, что случилось в поезде, — сказал мужчина. — Видите ли, я доктор, и мне…

— Раньше вы говорили, что продаете медицинские препараты, — перебил его Дэвид.

— В некотором смысле, да. Но, будучи врачом, я давал клятву помогать, а не вредить людям. Мне известно, что вы носите с собой нечто ценное.

Он кивнул на сумку Дэвида.

— Я не знаю, что именно вы там храните, и, в принципе, это меня мало интересует. Но другие люди желают завладеть вашими секретами. Вы ведь уже встретили некоторых из них?

— Лысого громилу с ножом?

Если в поезде у Дэвида возникали сомнения в реальности происходивших событий, то позже, распаковывая вещи в отеле, он обнаружил дырки от ножа — как в сумке, так и в нескольких вещах.

— Да, — ответил мужчина. — Хотя есть и другие.

Доктор снова отхлебнул вина. Дэвид и Оливия молча ждали.

— Поймите, разговаривая с вами, я рискую жизнью. Но мне хочется дать вам совет. Бросайте немедленно все свои дела, пакуйте сумки и улетайте домой. Живите долго и счастливо. Забудьте о том, что вам стало известно. И поверьте мне, все это ерунда. На самом деле вы ничего не знаете.

— Тогда зачем вы преследуете нас? — спросил Дэвид. — Если нам так мало известно, почему вы не даете нам прохода? И зачем вы лезете к нам с советами?

Доктор вздохнул, словно устал объяснять элементарные вещи.

— Потому что вы похожи на пару глупых детей, играющих с заряженным пистолетом.

— Я не ребенок, — с негодованием фыркнула Оливия.

— Когда оружие выстрелит, уже некому будет рассказывать, в кого оно попало, — продолжил доктор.

— Но кто эти люди, которым мы перешли дорогу? — спросил Дэвид. — Что они хотят?

— Они ведут свою игру — причем гораздо дольше вас. У них нет моральных ограничений, и они прекрасно исполняют свои роли. Не важно, что хотят эти парни. Главное, что в итоге они всегда получают свое.

Он одним глотком допил вино, встал и отодвинул кресло.

— Теперь вы знаете, что ваши жизни в опасности, — сказал он, бросив на стол небольшую купюру. — Не жалуйтесь потом, что вас не предупреждали.

Он натянул шляпу на уши и повернулся, чтобы уйти. Оливия схватила его за рукав.

— Почему вы рассказали нам об этом?

— Потому что на моих руках и так много крови.

Он направился к двери. Дэвид молча наблюдал, как доктор выскользнул из бистро, подождал, пока проедет старое такси цвета ржавчины, и затем исчез в подземном переходе метро, словно белый кролик, нырнувший в дыру, которая вела в Страну чудес.

Это старое такси проехало мимо него уже второй раз. Юлиус внимательно осмотрел платформу. Рядом крутились два подозрительных на вид туриста. Один держал пакет с продуктами, из которого торчал багет. Слишком уж прозаично для гостей Парижа. Когда поезд со скрипом остановился, Юлиус поднялся в вагон и, как только двери начали закрываться, быстро спрыгнул обратно на платформу. Никто не последовал его примеру. Похоже, слежки не было.

Входя в бистро, он подвергал себя огромному риску. Если весть о его предательстве дойдет до Эшера — или, боже упаси, до Эмиля Риго, — он исчезнет навеки, как те несчастные турки. Хотя Риго и так не простит им, что они убили его наемников. Чертов Эшер! Торопыга!

А пропади все к дьяволу, подумал он, шагая по платформе. Будь проклята их организация! Из-за них он шел ко дну. Его карьера была разрушена, репутация утрачена. И ради чего? Он не мог даже вспомнить, когда в последний раз Риго или Линц оплачивали его услуги. Все время только: «Давай, давай, давай!» Ритуалы по очищению крови, поиски таинственной эссенции, называемой врил, бесконечные клеточные омоложения, не говоря уже об обещании несказанных богатств и всемирной славы. Безумие! Чистое безумие! И он не мог отделаться от них, не мог вернуть себе былую работу. Чтобы не сойти с ума, Юлиус принимал слишком много наркотиков, слишком сильные препараты, разрушавшие психику. И чем это закончилось? К чему он пришел? Талантливый человек, он превратился в безработного неряху. Теперь он должен следить за парочкой наивных простаков, которые прогуливались по минному полю. Конец карьеры.

Поезд с грохотом прибыл на противоположный путь. После того как он умчался, другая сторона станции осталась пустой. Юлиус осмотрелся по сторонам. На его платформе прохаживались только две мусульманки, закутанные в черные платки. Как изменилась Европа, подумал он. Возможно, ему тоже стоило подумать об эмиграции. На стене висел туристический плакат, приглашавший в Новую Зеландию. Но разве, уехав туда, он смог бы убежать от прошлого?