Ион Сапдару - Разлучник

Феликс. Могу идти?

Якобаш. Можешь! Проваливай и помни: я тебя предупредил. Пора уже навести порядок в этой стране… Всё, пошёл вон!

Феликс выходит.

Комната для приёма клиентов в офисе консалтинговой компании. Меда, молодая женщина в деловом костюме, работает за компьютером и говорит по телефону.

Меда (слушает собеседника) . Нет! (Слушает.) Нет! (Слушает, отвечает с твёрдостью в голосе.) Нет! (Стук в дверь.) Я занята, отключаюсь! Да!

Феликс (стоя в дверях) . Простите, это отдел «А. Ф.»?

Меда. Здравствуйте. Нет, это отдел «С.Ф.», а также отдел «Л.Ф», ликвидация.

Феликс. Наконец-то! Я могу войти?

Меда. Да, пожалуйста.

Феликс. Кто-то внизу сказал мне, что здесь «А.Ф.», но на двери написано «С.Ф.» и «Л.Ф.». Я уж не знал, где искать.

Меда. Здесь и был «A.Ф.», но в прошлом месяце его перевели в помещение поменьше, на второй этаж.

Феликс. Простите, а зачем нужен этот таинственный шифр — отдел «эс-эф», отдел «эл-эф»? Нельзя было просто написать: «создание фирмы, ликвидация фирмы»? Ну, или как-то по-другому, но чтоб хоть понятно было.

Меда. Вы желаете создать фирму?

Феликс. Нет! Желаю ликвидировать…

Звонит телефон Меды.

Меда. Прошу прощения! (В телефон.) Послушай, я на работе вообще-то! (Отключает.) Как называется ваша фирма?

Феликс. «ООО Прощай».

Меда. Слушаю вас.

Феликс. Так я уже сказал: хочу закрыть.

Меда. Обанкротились?

Феликс. Нет.

Меда. Компаньоны вышли из дела?

Феликс. У меня нет компаньонов.

Меда. У вас больше нет уставных органов?

Феликс. У меня больше нет охоты этим заниматься.

Меда. Это не может быть указано в качестве причины ликвидации.

Феликс. Но что же делать, если причина именно в этом?

Меда. Какой деятельностью вы занимаетесь?

Феликс. Расставания. Разводы. Разрыв личных отношений. Посредничество между враждующими сторонами, скажем так…

Меда. Ага. А я думала, что у вас похоронное бюро.

Феликс. Многие так думают. Это из-за названия фирмы.

Меда. И что, люди перестали расставаться?

Феликс. Да нет, расстаётся как раз всё больше и больше народу. Иногда мне кажется, что люди рождаются на свет для того, чтобы расстаться. Сходятся с единственной целью — чтобы потом разойтись. Тут не хватило бы и сотни таких фирм, как моя.

Меда. Простите, а можно полюбопытствовать…?

Феликс. Хотите спросить, как это обычно происходит? Да нет проблем, это все спрашивают. Всё просто. Приходит человек, обрисовывает ситуацию и причины, по которым он не может сказать это лично. Подписываем контракт, я беру аванс — расценки, кстати, вполне разумные — и отправляюсь в указанный адрес, то есть наношу визит тому, о ком речь.

Меда. И не боитесь?

Феликс. Боюсь? Чего?

Меда. Ну, всё-таки вы приносите человеку такое, я бы сказала… жуткое известие. Он может начать вам угрожать, полезть в драку…

Феликс. Оправданный риск… Но вы, в общем, правы отчасти — уж на что не могу пожаловаться, так это на недостаток адреналина.

Меда. Могу себе представить. Слёзы, крики, обмороки…

Феликс. Даже сердечные приступы. Я как-то разводил одну пару, они женаты были сорок лет. Когда старушка узнала, что дед хочет от неё уйти, у неё случился инфаркт, прямо при мне. Я разлучал подростков, стариков, китайцев, гомосексуалистов, шведские семьи. Однажды был случай с проституткой и сутенёром. Это был натуральный сюжет для сериала. Она влюбилась в клиента, вышла за него замуж и укатила с ним Голландию. А сутенёр ушёл в запой. Любил её, понимаете, безумно… Теперь в трамваях попрошайничает. Очень велик процент расставаний из-за политических разногласий. Особенно после выборов много таких. Когда партнёры голосовали за разных кандидатов…

Звонит мобильник Меды.

Меда (отвечает, раздражённо) . Альберт, оставь меня, пожалуйста, в покое!

Феликс. Хотите, я выйду пока? Сможете поговорить…

Меда. Нет-нет, всё в порядке, простите. Это ваше занятие… Вам оно не кажется немного…

Феликс. Безнравственным?

Меда. Я этого не сказала.

Феликс. Да нет, нормально. Как бы вам объяснить? Мне всегда были интересны люди. Я люблю их узнавать, разбираться в их отношениях. Знаете, как у Шекспира: мир — это театр. Вот именно это и кажется мне самым привлекательным в моей работе: я каждый день смотрю какой-нибудь спектакль, а то и не один. И уверяю вас, это в тысячу раз интереснее, чем любое театральное представлением или фильм по телевизору! Это жизнь, живые человеческие чувства — неповторимые и ненаигранные… Всё происходит прямо здесь и сейчас, в реальном времени. Человек, услышав известие, сначала не понимает, потом удивляется, потом к нему приходит осознание беды, и он… реагирует. Какой там Голливуд?! Какая «новая волна»?! Когда-нибудь, в старости, я напишу об этом книгу. О расставаниях. Это будет бестселлер, каких ещё не бывало…

Меда. То есть, одно только шоу? А как же сострадание?

Феликс. А это как в больнице. Хирург не сострадает — он режет! И потом, расставание — не самая плохая вещь. Если чувствуешь, что всё зашло в тупик — зачем тянуть до бесконечности? Расставание — это новые перспективы, новое начало, новые отношения! Для чего киснуть в унылом болоте, когда за ближайшим углом тебя, может быть, ждёт любовь всей твоей жизни! Поменяй всё! Переломи судьбу! Вот девиз мой и моей фирмы.

Меда. Хорошо, а почему же вы хотите её закрыть?

С грохотом распахивается дверь, входит Альберт. Это типичный байкер — в кожаных штанах и куртке, бородатый, лохматый, с мотоциклетным шлемом в руке. Он раздражён и очень сердит.

Альберт (хрипло орёт) . Трубку бросаешь, да? Трубку бросаешь, да? Трубку бросаешь, да?

Меда. Альберт!

Альберт. Кто этот тип? Кто этот тип? Кто этот тип? Я его урою!

Меда. Альберт, хватит орать, Это клиент, я тебе запрещаю!..

Альберт. Что ты мне запрещаешь? Что ты мне запрещаешь? Клиент, говоришь? Ты уже клиентов принимаешь, шлюха?

Феликс. Послушайте!!!

Альберт. Пасть заткни свою! Я не к тебе обращаюсь, я не к тебе обращаюсь! (Meде.) Отвечай!

Меда. Что ты хочешь?

Альберт. Я кое-что спросил у тебя по телефону! Я кое-что спросил у тебя по телефону! По телефону!

Меда (дрожащим голосом, но твёрдо) . Нет, Альберт!