Pskovoroda - Канон

— Прекратить! Прекратить! — бесполезно напрягала она голосовые связки, пытаясь унять глумящихся над её возлюбленным детей.

Быстро поняв бесперспективность криков, она начала без разбору бросаться в толпу Ступефаями, но тут же ей самой прилетел одновременно от Спраут, Флитвика и Грабли-Планк Ступефай такой мощный, что её, как куклу, отшвырнуло к стене, где она и застыла без сознания. Дамблдор незаметно поманил меня пальцем. Я кивнул Гермионе, чтобы не ждала меня, и остался сидеть, пока школьники, сгибаясь от смеха в три погибели, освобождали Большой зал. Учителя помогали по-прежнему находящимся в обмороке адепткам культа Снейпа прийти в себя и выйти наружу. Наконец, зал опустел. Почти опустел — остались лишь Дамблдор и Макгоннал. Я вздохнул и подошёл к преподавательскому столу. В этот момент дверь зала снова распахнулась, и в него ворвался профессор Флитвик в сопровождении профессора Спраут. Дамблдор, который открыл было рот, чтобы что-то мне сказать, устало прикрыл глаза.

— Ну, Дамблдор, — с ходу взяла быка за рога Спраут. — Что твой протеже натворил на этот раз?

— Не стоит так ругаться, Помона, — мягко пожурил её Дамблдор. — Гарри ещё подросток, и шалости в его исполнении, пусть даже и столь неортодоксальные, вполне соответствуют его возрасту.

Декан Хаффлпаффа на секунду осеклась, ошарашенно пытаясь сообразить, что ей только что сказали, а потом её лицо от гнева начало наливаться красным.

— Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю, Дамблдор, — угрожающе произнесла она, и мне вдруг захотелось спрятаться под тяжёлый дубовый стол. — И этот “кто-то” — вовсе не присутствующий здесь мистер Поттер. Что в этот раз натворил твой любимчик Снейп, что несчастный ребёнок вынужден прибегать к столь кричащим формам протеста?

Мне ужасно хотелось возмутиться по поводу “несчастного ребёнка”, но я решил сначала дослушать, чем это закончится. Хотя пассаж про кричащие формы протеста мне понравился.

— Ты опять меня огорчил, Гарри, — начал-таки свою песенку Дамблдор. — Я так надеялся, что ты поймёшь наконец, что месть лишь множит Зло в этом мире, а ведь в нём Зла и так предостаточно. Ты добрый мальчик, так зачем же ты становишься на путь служения Злу, зачем ты позволяешь злу растворить…

— Дамблдор!!! — загрохотала профессор Спраут, заставив зазвенеть большую хрустальную люстру под потолком. Кое-где осыпалась штукатурка. Директор испуганно сверкнул очками.

— Кто-то применил к мистеру Поттеру Терракотус, — спокойно сказала профессор Макгоннал.

— Да ну, что за ерунда! — махнул рукой Флитвик. — Это же легенда!

Макгоннал повернулась к нему всем телом и стала в упор разглядывать. Флитвик явно смутился и кивнул.

— Да-да, — признал он. — Преподавателю заклинаний и декану факультета стыдно не знать своего предмета. Да, мне стыдно, а что?

— А при чём тут Снейп? — задала резонный вопрос профессор Спраут.

— Заклинание требует весьма специфических компонент для приготовления и большой практики зельеварения, — пояснила Макгоннал, избавляя меня от необходимости врать. — Очевидно, что Сириус, который по чьему-то указанию вынужденно мается от безделья, сумел разнюхать, кто закупал ингредиенты.

Спраут посмотрела на меня, ожидая подтверждения, а я в свою очередь посмотрел на Дамблдора.

— Почему профессор Снейп такой злой? — жалобно спросил я, позволив голосу предательски дрогнуть, скривился и часто-часто заморгал глазами.

— У него было тяжёлое детство, — по-отечески вздохнул он.

— Так это что, я когда вырасту, ещё злее буду? — запаниковал я и шмыгнул носом. — У меня же ни мамы нет, ни папы… И ни дедушки… И ни бабушки…

Профессор Спраут подошла ко мне и прижала к себе, гладя по голове:

— Не волнуйся, сиротка, мы тебя в обиду не дадим, — ласково сказала она, а потом повернулась к Дамблдору, резко поменяв тон: — Короче, Дамблдор, если ты не утихомиришь своего питомца, то, клянусь, я отправлю его вместе с госпожой инспектором в Лондон в одном купе поезда.

— Чему ты учишь ребёнка, Помона? — упрекнул её директор. — Он так и будет думать, что все проблемы можно решить насилием. Ваш долг, как преподавателей — учить его любви даже к своим врагам…

— Мистер Поттер очень любит Снейпа и силой своей любви помогает ему стать лучше, — возразила профессор Спраут, отпуская меня. — Я думаю, что нам с профессором Флитвиком тоже стоит встать на созидательный путь любви и помочь мистеру Поттеру спасти заблудшую душу нашего коллеги. Что скажешь, Филиус?

— Что скажу? Что скажу? Позор, вот что я скажу! — сердито выпалил профессор Флитвик.

— Э-э, — замялся я.

— Такой талантливый молодой человек, такой трудолюбивый, — продолжил он, — но мало того, что по какой-то причине всё время получает плохие оценки, так даже совершенно не может придумать какого-нибудь изощрённого колдовства, скатываясь до банальной пошлости!

— Но профессор… — попробовал вставить я.

— По вторникам в шесть вечера отдельные занятия у меня в кабинете! — рявкнул на меня Флитвик, надувшись и встав на цыпочки. — Я вас всех научу колдовать!

— Меня не надо, — быстро сказала профессор Макгоннал, делая шаг назад. — Но мистеру Поттеру по четвергам назначу в шесть дополнительный урок по трансфигурации. Тем более, что и оценки того требуют. Вы свободны, мистер Поттер.

— Но Минерва… — начал было Дамблдор.

— А мы пока обсудим всеразрушающую силу любви, — оборвала она его, подталкивая меня к выходу. — Идите же, мистер Поттер!

Чёрт, опять самое интересное без меня начинается! Выходя из зала, я вспомнил, что ещё когда Дамблдор меня поманил, я совершенно случайно оставил на столе одну из скрытых камер, повернув её в сторону преподавательского стола. Пока я размышлял, не стоит ли её забрать, ноги сами по себе уже как-то вынесли меня наружу и я, притворив дверь, со вздохом решил, что уж не судьба. Надеюсь, я не забыл её включить.

— Ну ты даёшь, — в очередной раз недовольно скривилась Дафна, отворачиваясь в другую сторону, когда Снейп, шурша мантией, опять прошёл мимо стола, за которым мы с ней сидели на “зельеварении”. — Не ожидала, что ты опустишься до подобного… Может, хотя бы объяснишь мне, за что ты его так?

— Пока не могу, — покачал я головой. — Я даже маме не сказал.

— Мне можно, — надулась она.

— Нет, нельзя, — отрезал я. — Не хватало ещё, чтобы вы втроём начали строить ему пакости и попались на этом.

— Ты хочешь сказать, что ты не попадёшься? — с сарказмом в голосе спросила она.

— Я уже попался, — признался я. — Но мне это вроде как сошло с рук, не считая отработки у Флитвика и Макгоннал по вторникам и четвергам…

— Фу, как неприлично! — осуждающе протянула Дафна, прикрывая глаза от вновь открывшейся сцены.