Кен Фоллетт - Опасное наследство

Недоумевая, Хью отправился прямиком в больницу. Тонио он нашел в темной, почти пустой палате на тридцать коек. Рыжие волосы его были сбриты, лицо пересекали шрамы.

– Боже милосердный! – воскликнул Хью. – Тебя что, переехал экипаж?

– Избили, – коротко ответил Тонио.

– Как это произошло?

– Пару месяцев назад на меня напали на улице у отеля «Рюсс».

– И ограбили, я полагаю.

– Да.

– Какое несчастье!

– Не все так плохо, как кажется. Я сломал палец и лодыжку, но в остальном отделался порезами и синяками, хотя их было довольно много. В любом случае сейчас мне уже лучше.

– Нужно было связаться со мной раньше. Мы бы вытащили тебя отсюда. Я бы договорился с одним врачом…

– Спасибо, приятель, я ценю твою доброту. Но я здесь лежу не только из-за денег. Здесь безопаснее. Кроме тебя, об этом знает только один товарищ, которому можно доверять. Он приносит мне пироги с говядиной, бренди и письма из Кордовы. Надеюсь, ты никому не сказал, куда идешь.

– Никому, даже жене, – уверил его Хью.

– Вот и хорошо.

От былой беззаботности Тонио, казалось, не осталось и следа. Хью даже подумал, что теперь он перегибает палку с осторожностью.

– Но ты же не можешь всю жизнь пролежать в больнице, прячась от уличных хулиганов.

– На меня напали не простые грабители, Пиластер.

Хью снял шляпу и присел на край кровати, стараясь не прислушиваться к хриплым стонам мужчины по соседству.

– Расскажи, что случилось.

– Это было не обычное ограбление. У меня взяли ключ и проникли в мой номер. Ничего ценного не украли, только бумаги с черновиком статьи для «Таймс» и заверенные свидетельские показания.

Хью содрогнулся при мысли, что Банк Пиластеров, в безупречно чистом мраморном зале которого ежедневно встречались респектабельные люди, каким-то образом причастен к грабителям из подворотни, которые так отделали его старого знакомого.

– Звучит так, как будто под подозрением банк.

– Не банк. Банк Пиластеров – влиятельное учреждение, но я не считаю, что он способен организовать убийства в Кордове.

– Убийства? – с каждым словом Тонио ситуация казалась еще более мрачной. – Кого убили?

– Всех свидетелей, имена и адреса которых были указаны в показаниях, украденных из моего номера.

– В это трудно поверить.

– Мне повезло, что я вообще остался в живых. Они бы убили меня, если бы здесь, в Лондоне, убийства расследовали спустя рукава, как у нас дома, а преступники явно боятся шумихи.

Хью до сих пор не мог смириться с мыслью, что людей убивают из-за облигаций, выпускаемых Банком Пиластеров.

– Но кто мог пойти на такое?

– Мики Миранда.

Хью недоверчиво покачал головой.

– Мне тоже не нравится Мики, ты же знаешь, но я не могу поверить, что он негодяй до такой степени.

– Железная дорога в Санта-Марии очень важна для него. Она сделает его семейство вторым по богатству в стране.

– Я понимаю, и я не сомневаюсь, что Мики готов нарушить правила и переступить через многое, чтобы добиться заветной цели. Но он не убийца.

– Он убийца, – твердо сказал Тонио.

– Продолжай.

– Я знаю наверняка. Я часто делал вид, что ничего не знаю, вел себя с Мирандой как дурак. Но это потому что он дьявольски очарователен. Одно время ему почти удалось убедить меня в том, что он мой друг. В действительности он – воплощение зла, и я понимал это с самой школы.

– Откуда ты знаешь?

Тонио беспокойно заерзал в кровати.

– Я точно знаю, что случилось тринадцать лет назад в тот злополучный день, когда Питер Миддлтон утонул в заброшенном карьере.

Хью напрягся. Он размышлял об этом случае много лет. Питер Миддлтон отлично умел плавать, и вряд ли он погиб в результате несчастного случая. Хью всегда был убежден, что официальное расследования не установило всей истины. Наконец-то он узнает правду.

– Я слушаю, дружище.

Тонио колебался.

– Можешь дать мне вина? – спросил он, указывая на бутылку мадеры, стоявшую на полу у кровати. Хью взял бутылку и налил немного вина в стакан. Пока Тонио пил его небольшими глотками, Хью вспоминал тот жаркий день, спокойную тишину в Епископской роще, отвесные берега карьера и холодную воду.

– Коронеру сказали, что Питер устал и плавал с трудом. На самом деле к нему прицепился Эдвард, который погружал его с головой в воду.

– Это мне известно, – прервал его Хью. – Мне об этом в письме сообщил Кэммел, Горбун, который сейчас живет в Капской колонии. Он видел это с дальней стороны пруда. Но потом он убежал и не видел, чем закончилось дело.

– Да, вы все убежали. Оставались только Питер, Эдвард, Миранда и я.

– И что же случилось потом? – нетерпеливо спросил Хью.

– Я подобрал камень, швырнул его в Эдварда и случайно попал прямо в лоб. Потекла кровь, он отцепился от Питера и бросился за мной. Я стал взбираться по крутому берегу, чтобы убежать.

– Эдвард никогда не отличался быстротой, даже тогда, – заметил Хью.

– Верно. Я бы без труда убежал от него, поэтому на полпути остановился и обернулся. Питер подплыл к берегу и хотел вылезти, но его схватил Мики и затащил обратно в воду с головой. Я обернулся лишь на мгновение, но увидел, как Мики не дает Питеру вынырнуть. Потом я повернулся и полез дальше.

Тонио сделал еще один глоток.

– На вершине я еще раз обернулся. Эдвард лез за мной, но тяжело пыхтел, и у меня было время перевести дыхание. – Тонио остановился, и его лицо дернулось, словно от боли. – Мики все еще был в пруду вместе с Питером. У меня до сих пор перед глазами стоит эта сцена, как если бы она произошла вчера. Мики держал голову Питера подо водой. Питер размахивал руками, но не мог освободиться. Мики его топил. Никаких сомнений – это было намеренное убийство.

– О боже! – прошептал Хью.

Тонио кивнул.

– Даже сейчас мне больно вспоминать об этом. Не помню, как долго я смотрел на них. Питер уже ослаб и едва трепыхался, когда Эдвард едва не догнал меня. Мне пришлось убежать.

– Значит, вот как погиб Питер, – ошеломленно произнес Хью.

– Эдвард погнался за мной через лес, но быстро отстал. Потом я наткнулся на вас.

Хью вспомнил, как тринадцатилетний Тонио брел по лесу голый, с одеждой в руках и всхлипывал. Это воспоминание пробудило в нем боль и ужас утраты, которые он испытал позже в тот же день, узнав о смерти отца.

– Но почему ты никому не рассказывал о том, что увидел?

– Я боялся Мики. Боялся, что он сделает со мной то же, что и с Питером. Я до сих пор боюсь Мики – посмотри на меня! И тебе тоже следует опасаться его.

– Я опасаюсь, не волнуйся, – задумчиво уверил его Хью. – Мне кажется, всей правды не знают даже Августа с Эдвардом.

– Почему ты так думаешь?

– Тогда бы у них не было причин прикрывать Мики.

Тонио сомневался.