Рейчел Джонсон - Ноттинг-Хелл

Потом мы стояли и смотрели следующую гонку, которая, по наблюдению Мими, была еще более напряженной, потому что у женщин после сорока «больше времени для тренировок» и они «тратят больше времени и денег, чтобы держать себя в форме».

Затем последовали мужские гонки. Патрик объявил, что все мужчины должны бежать спиной вперед, вследствие инцидента, произошедшего в прошлом году, когда бегуны так быстро добрались до финиша, что сбили с ног зрителей, в том числе маленьких детей.

— В Понсонби гонки папочек проходят так бурно, что их заставляют прыгать, — сказала Мими Саю.

— Понсонби? — с интересом спросил он. — Ты имеешь в виду начальную школу Понсонби?

— Да, мы все здесь родители учеников Понсонби, — ответила она, засовывая мармеладного мишку в рот.

— Неужели? — сказал Сай.

Патрик захотел участвовать в гонке, потому что три его сына смотрели и равнялись на него. Так что он протянул микрофон Ральфу, который заявил, что даже стадо диких жеребцов не сможет заставить его бежать.

Мужчины выстроились в линию, все с намерением победить. Глядя на них, я подивилась, как всех этих агрессивных самцов можно было хотя бы пять минут удержать в офисах Сити, не говоря уже о двенадцати часах. Они бежали задом наперед, выворачивая шеи, чтобы рассмотреть дорогу. Боб Эйвери умудрился сбить с ног Патрика, который тяжело шлепнулся на мягкое место. Я услышала, как тревожно вскрикнула Маргарита.

— Один выбыл, — прокомментировал Сай.

Но Боб даже не остановился, чтобы посмотреть, все ли в порядке с Патриком, а просто перешагнул через него, как будто именно для этого всю жизнь тренировался — чтобы выиграть гонки для тех, кому нет сорока. Остальные мужчины постарались не слишком явно продемонстрировать свою злость.

Боб поднял руки к небу, обнял детей и направился к Маргарите, которую больше занимал Патрик, чем розетки для победителей. Это дало мне надежду, что примирение возможно. Потом я услышала, как она спросила Боба, не возражает ли он, если получит розетку со вторым номером, потому что ей бы хотелось оставить розетку с первым номером для детей, но он ответил, что очень даже возражает, и отпустил какое-то замечание, что вторые номера для неудачников.

Потом Калипсо выиграла собачьи бега, к величайшей радости Флемингов, но надо сказать, в основном потому, что Мими стояла на финише с косточкой, которую притащила Пози, и дала понюхать ее Калипсо перед началом гонки. Другой владелец собаки, Сара Пилчер, которая возлагала надежды на свою охотничью псину, Баттер, закричала: «Ах ты, сучка!», когда Калипсо стрелой понеслась к Мими, а все другие собаки, и Баттер вместе с ними, закончили гонку сварой на траве.

— Надеюсь, ты обращаешься к моей собаке, а не ко мне, — ответила Мими, которая внезапно стала казаться очень счастливой.

Затем Боб Эйвери с легкостью выиграл марафон, ему немало помог тот факт, что Патрик Молтон снял свою кандидатуру в связи с ранением. Боб ходил с двумя розетками с первым номером на рубашке-поло и выглядел очень довольным, как будто бы он не вызывал ненависть всего сада и его гараж не мозолил всем глаза.

Потом мы все построились для перетягивания каната. Колвилль против Лонсдейла. Это всегда прекрасная возможность для тех, кто работает не банкирами, а архитекторами, писателями или консультантами, кто живет в меньших домах на «неправой» стороне сада, тонко поддеть жителей Лонсдейл-гарденс на «правой» стороне, которые зарабатывают миллионы в финансовой сфере и живут в пятиэтажных особняках с отдельным входом для торговцев.

— Давайте, обрюзгшие плутократы, покажите, из какого теста сделаны! — рычал Ральф, натягивая канат, вены на его шее налились кровью. Мои руки болели, и я тянула изо всех сил, заняв позицию рядом с Ральфом. — Покажите нам, маленьким людишкам, какие вы сильные, властные и важные со своими большими домами, зарплатами с семью нулями и бонусами в миллионы фунтов! — ревел он. — Тяни, Колвилль, ТЯНИ!

Но, как всегда, выиграл Лонсдейл. И все было кончено до следующего года. Я сказала Ральфу и Патрику, что все прошло гладко.

— Всего один скандал среди мамочек, так что можно признать, в этом году соревнования прошли спокойнее, чем обычно, — согласился Ральф, похлопывая Патрика по спине и поздравляя его с успехом в роли ведущего.

— Очень мило с твоей стороны, Ральф, — сказал Патрик. Думаю, у него и вправду поднялось настроение. Особенно после выходки Салли. — Мне нравится думать, что хотя бы один банкир благодаря мне закончит в реанимации, так что я слегка разочарован, но если честно, в этом году лишь я пострадал, — продолжил он. — Даже хотя я повредил только копчик, один из многих органов мужского организма, которые не востребованы в современном мире, все-таки было довольно больно. — Он потер копчик и поплелся к Маргарите.

Дети побежали под тент, где их развлекал мистер Сосиска в зрелищном наряде. Я начала было искать Мими, чтобы вместе с ней над ним похихикать, но потом вспомнила, что решила ее избегать. Как бы то ни было, хотя Пози и компания были все еще здесь, Мими исчезла.

Собирая использованные пластиковые стаканчики, я прошла мимо Люси Форстер.

— Разве это не было супер-супер-супервесело? — спросила она. — Думаю, наш сад — самый-самый-самый милый в Ноттинг-Хилле, правда?

Пока я думала, что на это ответить, Люси продолжила:

— И все так хорошо друг с другом ладят, правда?

— Думаю, ты с самого начала знал, что я не хожу вокруг да около, — сказала я с бьющимся сердцем, — если мне что-то нужно, я просто добиваюсь своего.

— Да, думаю, я это заметил, в каком-то смысле, — ответил он, растягивая слова.

Сай смотрел, как я пытаюсь пришпилить розетку к футболке, но булавка не желала открываться, а пальцы меня не слушались.

Он сделал это вместо меня. Когда я увидела его сильные смуглые пальцы с чистыми ногтями возле своей груди, то почувствовала слабость. Я знала, чтобы поприветствовать Сая с холодным высокомерием, когда увижу его снова, мне потребуются все мои силы. Но мое обещание самой себе, что когда я в следующий раз его увижу, то буду высокомерной и недоступной, испарилось в летнем воздухе, подавленное жаром и похотью.

Я с успехом сдержала в себе порыв предложить заскочить к нему домой, подняться в спальню и предаться разнузданному дикому сексу. Нельзя быть слишком прямолинейной. Но может, я бы и не удержалась, если бы к нам не подскочила Триш и не попыталась сорвать розетку, которую Сай только что пришпилил к моей груди.

— Не ты победила, Мими, это я была первой, — сказала она сдавленным голосом.

— О, а я думала, что я, — мне страстно хотелось, чтобы она исчезла.

— Ну, давай спросим Сая, — настаивала Триш. — Сай, кто выиграл? Я или Мими? Ты же смотрел.