Рейчел Джонсон - Ноттинг-Хелл

— Не рассчитывайте на меня, — запротестовал он, попятившись. — Я всего-навсего невинный зритель. Вы обе бежали очень быстро. В любом случае я думал, что главное не победа. В вашей стране.

— Значит, ты ошибался, — сказала я. — Участие не считается, главное — победа.

— Не уверен, что понимаю Триш, — сказал Сай, когда она ушла. Меня порадовало, что, несмотря на то что Триш выглядела потрясающе в коротком облегающем платье, он ее не понимал.

— Думаю, никто не понимает, — ответила я. — Наверное, в каждом саду есть своя Триш. Обычно она гладит всех против шерсти, но потом неожиданно делает что-то невероятно доброе, например, тайком дает тебе ключ от сада, если ты потеряла свой. Тогда понимаешь: не ее вина, что она такая неприятная особа, она ничего не может с этим поделать.

Я смотрела, как Триш удаляется, и внезапно вспомнила известную историю о вечеринке Триш и решила, что Сай к ней готов.

— Я должна тебе рассказать, что она однажды сделала… — заговорила я, думая, что уже слишком поздно останавливаться. — Однажды она устроила для нас обед и всем пустила пыль в глаза: официанты, серебряная посуда… На следующий день ее домоправительница, Эстелита, мне позвонила: «Мадам, прошу прощения, миссис Додд-Ноубл попросила меня вам позвонить, не у вас ли ее ложки?» — Я правдоподобно изобразила голос колумбийки-домоправительницы. — Я ответила, что нет, по какой-то нелепой случайности у меня не было ложек Триш, — продолжила я. — А потом я услышала, что Триш шипит: «Продолжай, Эстелита, спроси снова, это серебряная десертная ложка!» — так что Эстелита чуть ли не в слезах повторила вопрос, и я сказала, что нет у меня ложки, и какое-то время все продолжалось в том же духе, представь себе. Пару часов спустя она снова объявилась и сказала, что миссис Додд-Ноубл попросила ее позвонить еще раз и не могла бы я поискать в сумке и карманах, вдруг ложка случайно там оказалась.

Я начала сожалеть, что рассказала этот анекдот, по нескольким причинам. Прежде всего потому, что Саю могло показаться, что я известная клептоманка или, того хуже, воровка.

— Ну наверное, это не первый раз, когда ложка убегала с блюдом? — улыбнулся он мне. Я с облегчением выдохнула.

Меня окружили друзья и соседи. Патрик полусерьезно шутил о перетягивании каната, марафоне и мистере Сосиске. Но все же мне казалось, что мы с Саем одни. Легкий ветерок обдувал мои щеки и развевал кудряшки. Чудесное ощущение.

— Лимонаду? — неожиданно предложила я. — Клэр славится своим лимонадом. Она сама его делает. В своем доме. По традиционному рецепту, как в старые времена.

Последовала пауза. Я ждала, пока Сай раздумывал над моими словами, и почувствовала себя весьма неловко. Я осознала, что именно я всегда делаю первый шаг. Все это неправильно. Я никогда не могла думать о себе как о загадочной, ласковой кошке, как рекомендуют гуру отношений. Я всегда была неловким щенком…

Мои щеки горели от унижения, я оставила Сая и направилась к столику Клэр с чашей лимонада возле ивы, чтобы продемонстрировать, что в любом случае мне все равно.

— Не спеши, киска, — прошептал Сай в мое ухо, остановив меня. — Не уходи. Я придумал кое-что… м-м… столь же традиционное и освежающее, чего бы мне хотелось даже больше, чем лимонада миссис Стерджис…

Потом он громко сказал:

— Мими, мне нужна твоя помощь. Ты не могла бы взглянуть на мои подоконники? Я так и не нашел никого, кто бы мог украсить их по фэн-шую.

— Правда? — также громко ответила я. — Хорошо, я взгляну, может, Донна ими заинтересуется.

Я быстро оглянулась. Ральф стоял с Клэр и Патриком возле столика с лимонадом. Маргарита убирала свой столик. Джереми Додд-Ноубл играл в футбол с мальчишками, среди которых были Кас и трое Молтонов. Очень непринужденно мы направились к воротам в садик Сая. Он открыл для меня калитку. Она скрипнула, и я вошла, даже не оглянувшись, чтобы проверить, не смотрит ли кто-нибудь. Его сад был одним из самых красивых в ряду. Клэр хорошо поработала. Она разделила землю на горизонтальные полоски, засадила их семенами трав, овощей и так далее, так что сад был весь в цвету. Красиво. Проходя мимо, я сорвала цветок лаванды и растерла его между пальцами, которые еще горели от каната, и фыркнула.

— Ты имеешь в виду эти подоконники? — сказала я, когда мы попали на кухню. — Но тут нет никаких подоконников.

— Нет, я имел в виду те, что наверху, — ответил он. — Здесь нет никаких подоконников, здесь, где окна выходят на… potager [80] Огород ( фр .). твоей подруги Клэр. — Он произнес слово «potager» с сильным ударением на последний слог.

Я сделала мысленную пометку сказать Клэр, чтобы она не использовала слишком претенциозные термины. Я имею в виду, что латинские названия звучат нормально, но сельскохозяйственные названия на французском — это глупо. Я последовала за Саем на кухню.

Она была залита светом, льющимся из огромных оконных стекол по обе стороны. Стекла были безупречно, сверкающе чисты. Глядя на них, понимаешь, что настоящая роскошь — это когда другие мягкими тряпочками полируют твои окна весь день, а не просто моют твой пол время от времени.

Я встала посередине, где, как я думала, меня не будет видно ни с улицы, ни из сада, и прислонилась к глянцевой поверхности стола в ожидании его поцелуя.

— Нет, — приказал Сай, прильнув ко мне, сажая меня на стол.

Я чувствовала запах сигарет, согретой солнцем кожи, жареных кофейных зерен и сладкую цитрусовую нотку, которую раньше не замечала. Интересно, откуда она?

— На столе, — сказал он. Я поняла, что он имел в виду. В прошлый раз все произошло на длинном кухонном столе, прежде чем мы удалились наверх, в роскошь его холостяцкой спальни.

Но я не могла двигаться. Он меня подавлял. У меня пересохло во рту. Я поднырнула под его рукой и почему-то побежала. Мне хотелось в его спальню. Было бы безумием сделать это здесь. Нас могли увидеть.

Я добралась до второго этажа, огромного пространства, уставленного длинными низкими диванами и огромными букетами лилий. Полы были устланы кремовыми коврами. Я не остановилась, но побежала к лестнице на третий этаж, где была его спальня. Я уже представляла себе, как брошусь на огромную кровать, извиваясь обнаженным телом на меховом покрывале, ожидая, когда он расстегнет ремень.

Но когда я достигла лестничного пролета, Сай схватил меня за лодыжку. Я извивалась, пытаясь освободиться, но он стянул меня к себе вниз по лестнице, расстегивая джинсы. Бум-бум-бум, я была словно Винни Пух, которого Кристофер Робин беспечно тащил по лестнице, прежде чем мальчик и медведь отправились в столетний лес.

— О-о, — выдохнула я не от боли, а чтобы завести его.

Но он меня проигнорировал.

Сай залез мне под юбку и стянул с меня трусики, прямо через колени, лодыжки и заляпанные грязью ноги. Слава Богу, он не посмотрел на трусы (к сожалению, это были не эротичные стринги, а белые хлопковые шортики), прежде чем бросить их на лестницу. Теперь я повернулась к нему лицом, упираясь в края ступеней, которые впивались мне в спину, но не слишком болезненно. Потом он расстегнул ремень, не глядя вниз, не отрывая глаз от моего лица.