Аманда Скотт - Сумеречная роза

Сэр Николас сидел за столом на некотором расстоянии от нее вместе с другими придворными. Он не смотрел в ее сторону, и она стала разглядывать других людей за его столом. Она подумала, что среди них мог бы быть сэр Лайонел Эвсрингем. Вдруг ее взгляд замер на одном человеке. Она видела только его профиль, твердый подбородок и орлиный нос, но в следующее мгновение он повернулся в ее сторону, и она застыла от неожиданности.

— Что с тобой? — спросила Мэдлин, увидев ее странное лицо. — Ты выглядишь так, будто только что увидела привидение.

— Ты права, — пробормотала Элис. — Если не мой брат Роджер сидит вон там за столом, значит, у него есть двойник. Но если за одним столом со мной сидит мой брат, то почему никто не сказал мне, что он здесь? И если он здесь, почему он не встретился со мной?

— Все равно перестань так пялиться, а то он увидит тебя.

— Я хочу, чтобы он посмотрел на меня!

Джентльмен, занятый в тот момент разговором, вдруг поднял голову, и Элис удалось встретиться с ним взглядом. Секунду он выглядел озадаченным, будто что-то вспоминал и не мог вспомнить. Вежливо улыбнувшись ей, он вернулся к своей беседе.

— О Боже! — воскликнула Мэдлин. — Если он узнал тебя, не похоже, что он очень рад встрече.

— Я не уверена, что он знает, кто я, — пожала плечами Элис.

— Когда ты в последний раз видела его?

— Больше года назад, по-моему, и очень недолго, но он должен знать меня.

Она расслабилась и, улыбнувшись, проговорила:

— Раз он здесь, то, должно быть, присягнул королю, так что мне не придется больше служить Элизабет.

Надежда поддерживала ее до тех пор, пока ей не удалось поговорить с братом. Столы убрали, и все присутствующие смешались, разговаривая и перебрасываясь фразами друг с другом.

— Так это все-таки ты, Элис, — с удовлетворением произнес Роджер Вулвестон, увидев перед собой сестру. — Эвсрингем говорил, что ты изменилась и стала совсем взрослой с того момента, как я видел тебя в последний раз.

— Спасибо, — сухо ответила она. — Никто не посчитал нужным сообщить мне, что вы при дворе. Мне сказали только, что вы сражались при Босворте с Френсисом Ловеллом.

— Нет необходимости вспоминать сейчас тот ужасный день, — сурово заметил он, оглядывая зал. — Я поклялся в верности королю, и он настолько милостив, что сохранил мой титул и владения. Теперь я лорд Вулвестон.

— Честно говоря, я рада слышать такую новость.

— Он простил большинство нас, дворян с севера, где он, по слухам, пытается найти друзей. Он даже провозгласил Тирелла шерифом Гламоргана и смотрителем замка Кардифф. Но ты не должна упоминать Ловелла, потому что он отказался покориться и поэтому не прощен. Его лишили прав состояния и, без сомнения, казнят, если поймают.

— Он правда жив? Нам говорили, что он мертв.

— Ложные слухи, — заявил Вулвестон. — Их распускает сам король, чтобы настроить людей против него. Ловеллу удалось скрыться, напрасно он не покорился вместе с нами.

Элис часто встречала виконта Ловелла, и он очень ей нравился.

— Вы ведь не упрекаете виконта за то, что он остался верен своему делу, сэр! — потрясенная словами брата, воскликнула Элис.

Вулвестон пожат плечами.

— Ты всего лишь женщина, моя дорогая, так что не сможешь понять такие вещи.

Элис постаралась сохранить хладнокровие, потому что еще не узнала то, что больше всего хотела узнать.

— Я должна предположить, сэр, — осторожно намекнула она, — что я больше не подопечная короля?

— Ну, что касается тебя, — беззаботно улыбнулся Роджер, — то я уже согласился не мешать твоему обручению.

Элис удивленно уставилась на него.

— Мое обручение!

Он вспыхнул, словно раздраженный самим собой.

— Эту новость сообщит тебе сам король. Я не могу и не имею права обсуждать ее с тобой.

— Но я так поняла, что мое обручение с сэром Лайонелом…

— Ты выйдешь не за сэра Лайонела, — быстро прервал ее Вулвестон, — хотя, как ты видела, он тоже покорился Тюдору вместе со мной. Но даже тогда он не мог надеяться, что ему позволят претендовать на тебя.

— Тогда кто?

Он так ничего и не сказал. Однако ей не пришлось долго ждать. Один из стражников, посланный за ней, проводил ее к помосту. Идя следом, она увидела рядом с Генрихом Тюдором другого мужчину, гораздо старше, который с интересом смотрел на ее приближение таким взглядом, подумала она, каким смотрят на кобылу, собираясь ее купить.

— Леди Элис, — величественно произнес король, когда она сделала реверанс, — мы рады, что вы примете предложение лорда Брайерли, который связан с нами через наших добрых друзей Стэнли. Соответствующая случаю церемония обручения будет организована через неделю. Можете идти.

Оглушенная, Элис отошла, но никак не могла поверить своим ушам. Лорд Брайерли остался стоять на месте, все еще самодовольно глядя на нее, но не делая никаких попыток последовать за ней или даже заговорить.

Она не знакома с ним, но для нее он враг, и она чувствовала к нему отвращение. Совсем не такого человека она хотела видеть своим мужем. Всерьез Элис никогда не думала о том, кого бы выбрала себе в мужья. Она, конечно, знала, что наступит момент, когда ее заставят выйти замуж и она не сможет управлять собственной судьбой. По крайней мере она думала, что согласится с неизбежным. Теперь, в смятении отвернувшись от Брайерли, она точно знала, что не согласна.

Пробираясь сквозь толпу, Элис думала только о том, чтобы найти брата, который не допустит брака с членом предательской семьи Стэнли. Роджер пойдет к королю и как-то исправит положение, избавит от угрозы, нависшей над се жизнью. Вдруг кто-то схватил ее сзади за руку, чуть не опрокинув.

Глаза Мэдлин блестели.

— Элис, ты ни за что не догадаешься, как высоко мы поднялись в свете! Ее высочество желает вскоре удалиться, и мы должны сопровождать ее. Леди Эмлин говорит, что это большая честь — быть допущенной в королевскую опочивальню.

— Сначала я должна найти брата, — в отчаянии выговорила Элис, поправляя рукав своего платья, за который держалась Мэдлин.

— Ты здорова? — спросила Мэдлин и добавила, прежде чем Элис могла ответить:

— Ты должна быть здорова, потому что сейчас нет времени болеть, и братьев разыскивать тоже не время. Мы должны идти. — Она потащила Элис с собой, треща на ходу:

— Ты знаешь, что нам будут платить сорок фунтов в год — больше, чем я когда-нибудь держала в своих руках. Целое состояние!

— Ты богатая наследница, — напомнила ей Элис.

— Да, но у меня никогда не водилось и гроша, который я могла бы потратить сама.

— Ну, сорок фунтов — вряд ли состояние, — отметила Элис, позволяя тащить себя и тревожно оглядываясь по сторонам в поисках брата. — Анна тратила столько на одно-единственное платье.