Валентина Герман - Возвращённые тенью

Королева подошла ближе и мягко взглянула на него.

— Прошу тебя, присядем, Плоидис.

Он опустился вслед за ней на софу.

— Я в самом деле не расположен обсуждать это.

— Тебе нужно выговориться.

Плоидис усмехнулся.

— Нет.

— Что ж, — Алиетт чуть вздохнула. — Тогда, позволь, скажу я. Илли любит тебя, Плоидис…

— Алиетт, прошу тебя! — король пронзительно взглянул на нее. — Я же сказал, я не хочу говорить об этом.

— Так и будешь держать все в себе?..

— Я привык к этому, — ответил Плоидис.

И тут же осознал, что это было не совсем правдой. Все то время, пока Илли была рядом, он не был вынужден держать в себе свои чувства, он обсуждал с ней все, он открывал ей себя без оглядки. Но говорить о ней, обсуждать с кем-то их отношения, его чувства… нет, он не хотел делать этого. Даже с Алиетт.

Он чуть улыбнулся ей.

— Прости, Алиетт, я знаю, что ты хочешь помочь мне. Но я не стану говорить об этом. Поэтому прошу тебя, не пытайся.

Алиетт с усмешкой сощурилась.

— Упрямцы, вы оба. Ты знаешь, что вы друг друга стоите?..

Плоидис улыбнулся.

— Конечно.

— Что ж, извини, что побеспокоила тебя, — сказала Алиетт, вставая. — Я сомневаюсь, что ты передумаешь, но если что, знай, что я всегда готова выслушать.

Он встал вслед за ней и поцеловал ее пальцы.

— Я знаю. И я действительно благодарен тебе за это.

Алиетт скрылась за дверью тайного хода, и Плоидис вновь отошел к окну. В отражении стекла ему в сотый раз привиделась Иллиандра… и Каррес, жадно смаковавший ее шею.

Черт возьми!.. Как же она могла позволить ему такое… Плоидис сжал зубы, чувствуя, как внутри вновь зарождается буря. Боль, ревность, гнев… и эта картина, теперь как будто навеки застывшая перед его взором, и Каррес, победно прижимавший ее нежное тело к своему, и ее руки, упиравшиеся в его плечи… Плоидис хотел, но не мог забыть, и это сводило его с ума. Словно что-то непоправимо изменилось в нем, что-то, что он вовсе не хотел менять, но не в силах был противостоять этому. И он с ужасом и отчаянием понимал, что ему казалось невозможным теперь вновь коснуться ее после того, что он видел; он не мог отныне не думать о том, что, так же, как его руки, она чувствовала руки Карреса, и там же, где его губы нежно касались ее, она ощущала чужие, мерзкие поцелуи… это причиняло Плоидису такую боль, что он едва был в силах не выказать ее на людях. Он любил ее, о Боги, он ведь так ее любил, как же могла она сделать ему так больно?..

Плоидис сощурился, глядя в оконное стекло, и вспомнил, как этим утром она бросилась к нему по пустой аллее. «Я люблю тебя… и я знаю, ты любишь меня…» О да, она была права. Он по-прежнему любил ее — но было ли этого достаточно теперь, чтобы суметь забыть то, что, казалось, навечно отпечаталось в его памяти?..

На традиционную еженедельную прогулку по королевскому парку Дариан отправился без Иллиандры. Он, король, граф Делтон и еще несколько мужчин неторопливо шли по дворцовой аллее к прудам и вели непримечательные светские беседы, за ними привычно следовали остальные. Все было как обычно, и Дариан даже не был уверен в том, что король заметил отсутствие Иллиандры в кругу дам. Впрочем, — Дариан усмехнулся про себя, — конечно, он заметил.

Внезапно в нескольких шагах перед ними возник незнакомый юноша и остановился напротив, вынуждая их обратить на себя внимание. Он был совсем молод, одет по-дворянски, но без шика. Король, а вслед за ним остальные, остановились и, прервав беседу, слегка удивленно взглянули на незнакомца. Юноша, не говоря ни слова, стянул с руки темную перчатку и бросил ее под ноги королю.

Повисло молчание. Шедшие сзади обступили их и, увидев перчатку, застыли в изумлении.

Плоидис спокойно взглянул на юношу и произнес:

— Объяснитесь.

— Вы ответите за убийство, Ваше Величество, — произнес юноша, и Плоидис вдруг вспомнил, где видел это юное лицо. Несколько дней назад мальчишка был секундантом у Карреса.

— Я помню Вас, — Плоидис чуть сощурился и невозмутимо улыбнулся уголками губ. — И, пожалуй, Вы не хуже меня знаете, что Ваше обвинение ложно. Однако теперь позвольте узнать Ваше имя. Я хочу знать, кто смеет бросать мне в лицо подобные слова.

Юноша бросил на него полный ненависти взгляд.

— Барон Фатес Аматье, Ваше Величество. Полагаю, теперь Вы понимаете смысл происходящего.

— Вполне, — ответил Плоидис. — Вы уверены в том, что сейчас сделали, барон Аматье?

— Вполне, — вызывающе бросил юноша.

Напряженные взгляды окружающих разом устремились на него. Никто из стоявших здесь не мог представить, сколько дерзости нужно было иметь, чтобы бросить вызов королю. «И смелости», — добавили про себя те, кто хоть раз видел короля на тренировках гвардии. Одного взгляда на запальчивого юнца было достаточно, чтобы понять, что у него не было ни единого шанса.

— Что ж, — Плоидис сощурился. — В таком случае я принимаю Ваш вызов. Однако, позвольте заметить, что я не имел намерения убивать Вашего отца на состоявшейся дуэли, и я также не хочу калечить Вас, юный барон. Поэтому, учитывая Ваш возраст и пыл, я прошу Вас явиться в мой кабинет после этой прогулки. Возможно, мы сможем более мирным путем решить это недоразумение.

— Я не откажусь от своих слов! — запальчиво воскликнул юноша.

Плоидис пристально взглянул на него и тоном, не допускающим возражений, произнес:

— Я буду ждать Вас после прогулки, барон.

Юноша сжал зубы.

— С Вашего позволения, Ваше Величество.

Он бросился в расступившуюся толпу и исчез так же быстро, как появился. Плоидис оглядел вытянувшиеся лица и благосклонно улыбнулся.

— Продолжим прогулку, дамы и господа, — сказал он и первым зашагал к прудам.

— Глупец, — проговорил Делтон, когда они вновь возглавили шествие. — Мальчишка. Бьюсь об заклад, он ведь даже не понимает, что сделал. На моей памяти еще никто никогда не бросал вызов королю.

— Не волнуйтесь, Ронтан, — усмехнулся Плоидис. — Я не собираюсь убивать его за это.

Делтон кивнул, как показалось Плоидису, с облегчением.

— Он еще так юн. Вы полагаете, что сможете отговорить его?..

Плоидис пожал плечами.

— Зависит от того, насколько внимательно он станет меня слушать. Давайте сменим тему, господа, — улыбнулся он. — Это не стоит такого внимания.

Хотя Плоидис и сомневался в этом, Фатес Аматье все же появился в его кабинете после прогулки. Паж, впустив его, плотно закрыл дверь, оставляя короля наедине с посетителем.

— Я рад, что Вы пришли, барон, — начал Плоидис. — Теперь, когда рядом нет лишних ушей, позвольте узнать, что именно заставило Вас совершить этот невероятно дерзкий поступок.

— Вы убили моего отца! — воскликнул Фатес.

Плоидис слегка сощурился.