Ребекка Уинтерз - Обмани, но люби

У Беллы задрожал подбородок. Его охватило сумасшедшее желание схватить ее в объятия и начать целовать все ее прекрасное тело, но она, видимо, почувствовала опасность, осторожно отодвинулась от него и поднялась.

– Остаться в Италии надолго я не могу. Как ты не понимаешь: Дант будет мучиться! Это нечестно по отношению к нему. Он же не просил ни о чем подобном. Как и вы все, вот только он может не суметь с этим примириться.

Леон встал:

– Он примирится. Это только вопрос времени.

– Не знаю. Я вспоминаю его лицо, и становится так больно. Я должна уехать. В палаццо я сейчас жить не могу, ведь это всегда был дом Данта. Мне ничего другого не остается, как улететь в Нью-Йорк.

– Нет. Пока ты в Римини, ты останешься у меня, подальше от Данта и все-таки рядом с Люсианой.

Белла покачала головой:

Я не могу остаться у тебя… ты знаешь почему. Если я и задержусь еще на какое-то время, то только в гостинице.

Леон не успел ничего сказать, как она попятилась, схватила с песка полотенце и побежала к лестнице, ведущей наверх, к вилле.

Леон еще некоторое время стоял на берегу, ожидая, когда уляжется душевное смятение.

Охваченная паникой, вызванной новыми, незнакомыми для нее ощущениями, Белла вбежала в свою комнату и заперлась в ванной. Она разделась, включила душ и встала под струю воды.

Осуществив свою мечту и отыскав мать, Белла перевернула вверх тормашками свою жизнь и жизнь других людей. Никогда уже все не будет прежним, и это по ее вине!

За считаные минуты жизнь Данта превратилась в кошмар. Теперь Белла не сможет примириться с собой, не предприняв нечто радикальное, способное избавить его от боли.

Она не могла дольше оставаться у Леона. Боже, он же ее сводный брат! И она уже поняла ужасную правду – ее чувства к нему далеко не сестринские. Она не сможет, оставаясь в его доме, противиться желанию.

Высушив волосы, Белла надела единственные джинсы, которые захватила с собой, и блузку цвета хаки. Прежде чем выскользнуть из комнаты, Белла написала записку и оставила ее на туалетном столике. В ней она сообщала, что пошла прогуляться и скоро вернется.

Не встретив никого на пути, Белла снова направилась на пляж. Это был единственный способ покинуть хорошо охраняемую виллу. Она быстро миновала вышку спасателя. Насколько Белла знала, там дежурил один из телохранителей Леона. Но можно было не волноваться об этом – она уже оказалась в общественной части пляжа. Вскоре Белла вошла в один из отелей.

Взяв в вестибюле несколько рекламных проспектов на английском, она направилась к стоянке такси и назвала адрес водителю. Через несколько минут он высадил ее у старинного моста Тиберия.

Мучительно гадая, что делать дальше, Белла перешла реку и попала в исторический центр города. Почувствовав голод, она перекусила в маленьком кафе. Затем она решила поймать такси и вернуться на виллу. Но, поднявшись из-за стола, едва не натолкнулась на Леона, который катил перед собой коляску с Кончиттой.

– Леон! – воскликнула Белла, крайне удивленная.

При виде его высокой сильной фигуры в джинсах и белой тенниске у нее перехватило дыхание.

Его губы изогнулись в чарующей улыбке.

– А мы последовали за тобой.

Белла должна была догадаться, что охранники наверняка сообщат Леону о ее передвижениях. За ней незаметно следили, ее контролировали. Беллу бросило в жар, и, чтобы скрыть смятение, она присела на корточки и поцеловала Кончитту:

– Так вот чем ты занималась? Наверное, весело было?

Девочка улыбалась ей так, словно узнала ее и обрадовалась.

– Когда мы нашли записку, решили к тебе присоединиться, – добавил Леон.

– Я как раз собиралась поймать такси и вернуться.

– Очень хорошо. Я припарковал машину на противоположной стороне улицы.

Покоряясь неизбежному, Белла попросила:

– Можно я повезу коляску?

– Попробуй, только осторожнее лавируй между прохожими.

Белла погладила девочку по мягким волосикам:

– Нам это нипочем, да, солнышко?

Пока они пробирались сквозь толпы туристов к автомобилю Леона, наверное, каждая встречная женщина задержала на нем восхищенный взгляд. Его черные волосы, яркая внешность привлекали внимание.

– Остановимся по пути у delfinario.

– Что это?

Леон помог Белле с Кончиттой устроиться на заднем сиденье:

– Думаю, это тебя развлечет.

– Это животное, растение или минерал?

Он рассмеялся:

– Сейчас сама увидишь.

У Беллы затрепетало сердце. Они некоторое время ехали по набережной и остановились у какого-то парка, видимо с аттракционами.

– Я понесу Кончитту, – произнес Леон.

Они подошли к большому бассейну под открытым небом. В воде сновали какие-то млекопитающие.

– Дельфины!

– Да, дельфины. – Леон купил билеты и нашел свободные места на заполненных зрителями скамьях.

Выступление комментировали на итальянском, и Белла уловила несколько знакомых слов. Ей очень нравилось, как звучит этот язык. Дети на трибунах восторженно следили за представлением.

– Смотри, Кончитта. – Белла показала рукой. – Видишь delfino?

Белла не могла сдержать радость оттого, что она здесь, с Леоном и Кончиттой.

– Кажется, моя маленькая tesoro проголодалась, – вскоре заметил Леон.

– Можно я ее покормлю и уложу спать, когда мы вернемся? – Занимаясь девочкой, Белла ощущала спокойствие, в котором сейчас очень нуждалась.

– Конечно. Талия сможет немного отдохнуть.

– Ты слышишь, Кончитта? – Белла поцеловала девочку, наверное, уже в сотый раз.

Когда они приехали на виллу, Леон отнес дочку на кухню, посадил на стульчик и достал детское питание. В течение последующего получаса Кончитта ела, перемазавшись пюре.

Леон невольно засмеялся:

– Надо уметь так испачкаться.

– Все дети пачкаются, если кормление превращается в игру. Зато она очень счастлива. Смотри, как она сияет. Я не видела ребенка милее… Но теперь ее нужно хорошенько искупать, – ворковала Белла.

– Я как раз хотел это сказать. В ванной под раковиной ее маленькая пластмассовая ванночка.

– Я все приготовлю. – Белла хотела выйти из комнаты, но Кончитта заплакала, и Белле пришлось вернуться. – Солнышко, я только поднимусь наверх.

Снимая с девочки передник, Леон пристально взглянул на Беллу:

– Моя дочь уже так тебя полюбила, что больше не хочет забот Талии.

– Надеюсь, это не так, – пробормотала она. – Я вернусь через минуту, Кончитта.

Она торопливо поднялась по лестнице в ванную, наполнила ванночку водой и достала детский шампунь и полотенце.

– Леон! – окликнула она. – Все готово.

– Мы уже идем. – Он быстро вошел в ванную с девочкой на руках, уже раздетой, и посадил ее в ванну.

Кончитта залопотала, принялась шлепать по воде ладонями.