Анна Гурова - Черный Клан

Аптекарь в ужасе замахал руками, делая отвращающие знаки.

— И что будем делать дальше? — спросил Чудов. — Оставим сырье Виллемине или испортим праздник добрым жителям Уважека?

Я удивленно промолчал, не понимая, к чему он клонит. Аптекарь оказался более догадлив, чем я.

— Ясные боги, ну за что?! — простонал он. — Да будет проклят тот день, когда я связался с вами, господин Горан! Увы, вас теперь ждет эшафот, а меня — изгнание! А за городскими стенами меня сожрет первый попавшийся отступник…

— Не вой, — досадливо бросил Чудов-Юдов. — Выть будешь потом, когда тебя на допрос потащат…

Ян Хаген неожиданно совершил очень быстрый и точный бросок в сторону разбитого окна. Точнее, это мне показалось, что быстрый, потому что ответного движения Чудова я вообще не заметил. Просто аптекарь сменил траекторию полета и вместо окна с размаху въехал головой в каменный подоконник, да так и упал бездыханным на пол. Чудов-Юдов склонился над ним и небрежно коснулся его шеи.

— Вот вернемся — тогда иди куда пожелаешь, — произнес он, обращаясь к телу. — Хоть прямо к князю. Он как раз будет искать, кого бы публично покарать за похищение отступника…

— Ты хочешь сказать, — взволнованно спросил я, — что ты… что мы можем помочь Крому?!

Чудов-Юдов шагнул ко мне и спихнул со стола на пол вместе со сковородкой и всем хирургическим оборудованием:

— Хватит пустого трепа. Пора приниматься за дело.

Спустя несколько минут мы с Чудовым шагали по пустым улицам Уважека, озаренным лишь яркой рогатой луной. Дом Яна Хагена — узкий трехэтажный курятник с аптечной лавкой-витриной и зловонной лабораторией на заднем дворе — располагался в удаленной части города, в излучине реки, окружавшей город почти замкнутой петлей. Место было темное, грязное, пропахшее тухлой рыбой. Но когда мы выбрались на широкие улицы богатых кварталов, мне стало гораздо тревожнее. Где-то близко уже была главная площадь. Замок четко виднелся на фоне темной громады висевшего над ним небесного гнезда Лигейи. Лунный свет выбелил его галереи и башенки. В любую минуту нам навстречу мог попасться какой-нибудь ночной патруль — и что дальше?

Чудов-Юдов шагал очень уверенно, с таким видом, будто направлялся прямо к князю, причем князь был его лучшим другом. Эхо от подбитых железом каблуков гуляло по закоулкам. Я старался подражать Чудову, но всю дорогу не мог отделаться от ощущения направленного мне в спину недоброжелательного взгляда. И хорошо, если только взгляда, а не арбалетного болта! Это было бы совсем несложно проверить — достаточно просканировать окрестности драконьим зрением. Но Чудов еще в аптеке предупредил, чтобы магией я пользовался как можно меньше, даже самой невинной.

— Только в крайнем случае, — сказал он. — Если меня будут убивать, например.

— А если меня? — ядовито спросил я.

Чудов-Юдов только плечами пожал. Я решил не обращать внимания на его подначки.

— Но я смотрел драконьим взглядом сегодня на площади, и ничего…

— Значит, проскочило. На казнь пришло полюбоваться, считай, все взрослое население Уважека. А тут каждый второй пользуется какой-нибудь мелкой бытовой магией, не говоря уже о всяческих амулетах, оберегах, волшебных кольцах, неразменных пятаках, приворотных крючках и отворотных вилках. Но сейчас, когда все спят, вычислить нас — проще некуда. Было бы желание, а оно есть, уж поверь…

— Но как ты тогда убедишься, что за нами никто не следит?

— Примени обычную наблюдательность! На что тебе уличное освещение?

То, что Чудов-Юдов громко назвал «уличным освещением», было всего лишь факелами, расставленными на треногах в центре перекрестков. Света они почти не давали, зато помогали не промахнуться мимо нужного поворота. Воздух был очень сырой, над землей висел туман, редея на площадях и сгущаясь в переулках. Отовсюду доносился звук, который днем терялся в городском шуме, — монотонный шум текущей воды.

— Кром всю ночь проведет на площади? — невольно понижая голос, спросил я. — Пока не умрет?

— Нет, конечно. На ночь его оттащили в замок. Ты же слышал, что гранат извлекают из живого дракона? — Я содрогнулся, а Чудов продолжал: — Я опасался, что ему распилят башку прямо на площади, но, видимо, это не в интересах Виллемины…

— Это она зачаровала место казни?

— Кто же еще? Сегодня ночью она — наша главная проблема. Остановить двух драконов она, конечно, не сможет, но засечь и поднять тревогу — запросто. Хотя понаблюдал я за ней сегодня днем — похоже, ей пришлось выложиться по полной… Кром ведь не мальчишка вроде тебя, он неглуп, опытен и довольно силен — в своем роде. На самом деле я до сих пор не совсем понимаю, как им удалось… Ладно, неважно. Словом, надо вытащить его сегодня ночью — до утра он вряд ли доживет…

Слева осталась площадь, где мучили Крома. Мы все куда-то шагали. К шуму и плеску воды добавился скрип. Снизу пахнуло холодом. Мне удалось разглядеть слева здоровенное колесо водяной мельницы, а справа — горбатый каменный мост, ведущий к замку. Где-то на той стороне моста, по ту сторону реки, горел одинокий огонек.

— Хорошо, — раздался рядом довольный голос Чудова. — Успели. В полночь его поднимают.

Я резко остановился, слишком поздно сообразив, что мы направляемся прямо в главные ворота княжеского замка.

Чудов-Юдов подтвердил мою догадку:

— А что? Да, именно в замок. Да, через главный вход. Такого они точно не ожидают.

— Ты рехнулся? Нас же сразу схватят!

— Это не твои проблемы. Лично меня куда больше заботит, как мы оттуда выйдем!

К моей безграничной досаде, планом похищения Крома Чудов со мной делиться отказался.

— Чтобы ты его не выдал, когда тебя начнут пытать, — объяснил он.

— Может, все-таки «если»?!

— Если тебе так больше нравится, — безразлично пробормотал он и пошел на мост.

Я, скрежеща зубами от злости, последовал за ним.

Мост был подъемным только частично. Та часть, по которой шагали мы, была каменной и казалась продолжением берега или отростком скалы, на которой высилась Мгла-Крона. Непроглядно-черная скала, рваные цепочки огней в середине и призрачный, полупрозрачный верх — легкая галерея, замысловатые шпили и башенки… Белый арочный мост словно летел в звездном небе. Я несколько раз моргнул — показалось, что рогатый месяц светит прямо сквозь галерею…

— Что там, наверху? — Я запрокинул голову.

— Говорят, там-то и живет Виллемина, — ответил Чудов. — Ручаться не стану, сам у нее не бывал.

— Ясно. А вон там огоньки — это ведь окна? — спросил я, указывая налево, где стена замка казалась пониже.

— Да, бойницы среднего яруса.

— Почему бы нам не влететь с той стороны? Люди ничего не заметят, слишком темно…